весь отель Сандал, обнаружил лишь несколько занятых номеров. Видимо свитский Леры решил, что проще всего будет ориентироваться по цене и выбрал самое дорогое заведение города.
Хотя, стоило признать, сервис был на уровне. Когда я спустился вниз, сразу около лестницы меня встретил вышколенный служащий в ливрее, который вытянулся едва-ли не по стойке смирно и вопросил:
— Пан желает ранний завтрак? Может быть кофе? Утренние выпуски газет?
Я уже было собирался пройти мимо, отказавшись от всего предложенного. Тем более в холле маячили фигуры ганзейцев, с которыми, судя по всему, всё же придётся поговорить. Но последние фразы заставили остановиться и повернуться к юноше.
— А что в газетах? Есть что-то интересное?
Тот сделал едва уловимое движение пальцами левой руки и к нам подскочил юный смертный, тоже одетый в красную ливрею, с целой кипой бумажных изданий, переброшенных через руку.
— Пишут, что Его Величество сошёл с ума и приступил к массовым арестам во дворце. Некоторых даже казнил на месте. Якобы он ещё и затронул шляхту. Ограбив их и нанеся оскорбление чести. Польша бунтует, пан. В столице объявили о формировании Варшавской конфедерации шляхты, которая требует немедленно отречения Его Величества.
Сдержав усмешку, я потянулся было к карману, чтобы достать бумажник, но служащий предупредил моё действие.
— Свежая пресса входит в стоимость номера. Извольте.
Забрав у юнца всю кипу газет, чуть развернул их, демонстрируя мне заголовки передовиц. Неплохой сервис. Возможно, не зря мы столько заплатили за номера.
Забрав несколько изданий, которые лежали сверху, я попросил принести мне кофе и двинулся к той части холла, где меня ожидали ганзейцы. Те, при виде меня, моментально поднялись на ноги и через несколько секунд мы уже удобно расположились в креслах, за низким столом, напротив друг друга.
— Ваше Сиятельство, я крайне признателен, что вы решили не затягивать и немедленно обсудить дела, — начал приказчик Владетели Данцига.
— Не беспокойтесь, мне всё равно нужно было спуститься, чтобы встретиться нового управляющего своего банка, — улыбнулся я в ответ.
На какие-то доли секунды в глаза Марка Геннера проступило недоумение, но он сразу же совладал с эмоциями.
— Вы так быстро нашли себе управляющего? У вас потрясающие способности к бизнесу, Ваше Сиятельство. Никогда не думали о том, чтобы погрузиться в это дело полностью?
Я отрицательно качнул головой.
— Скучно. К тому же не так рентабельно, как война.
Ганзеец снова осёкся. Правда лишь для того, чтобы через мгновение продолжить.
— Дело в том, что мы давно вели с Потоцкими переговоры о покупке их банка. Не знаю, в курсе ли вы, но финансовое учреждение находится в весьма плачевном состоянии. Для того, чтобы банк смог восстановить свою деятельность, понадобится не меньше двухсот миллионов злотых. Это серьёзные деньги, Ваше Сиятельство.
Я сделал удивлённый вид и оторвав взгляд от газетной статьи, которую изучал, поинтересовался.
— Позвольте узнать, зачем он тогда вам?
Тот ответил доброжелательной улыбкой.
— Мы лишь протянули руку помощи. Сами понимаете, если банк разорится, масса людей потеряет свои сбережения. Конечно, со временем, они их вернут. Но… Внешнее управление, санация, расследование обстоятельств пропажи денег — это может затянуться на годы. А Ганзе по силам, поставить банк на ноги сразу же.
Я согласно покивал. И сделал свой ход.
— Весьма благородно с вашей стороны. Но если вы прибыли, чтобы попросить меня продать банк, то я вынужден отказать.
Приказчик моргнул.
— Вы же слышали, что в его балансе пробоина на двести миллионов злотых? Такую сложно залатать. Даже с учётом того, что вы получили от Абэ и Лецзюнь.
Каков пройдоха. Даже я до сих пор не глянул, сколько точно денег нам передали маньчжуры, свалив всё это на Кристину. Как говорил Юпитер, тот кто стремится контролировать каждую мелочь, рано или поздно утонет в пустяках, пропустив нечто важное.
Снова посмотрев на ганзейца, я пожал плечами.
— Найду ещё. Неужели вы думаете, что Потоцкие, единственные, кто считают себя сильнее всех вокруг?
Смертный ещё раз моргнул. Задумчиво протянул.
— Если посмотреть с этой стороны, то может и так. Но позвольте, Ваше Сиятельство, зачем вам банк? Да ещё и в Польше? Или вы собрались сюда перебраться?
Положив кипу газет на столик, я посмотрел мужчине в глаза.
— Вам нужен честный ответ?
Тот кивнул, всем своим видом выражая желание слушать. Я же чуть сбавил громкость голоса.
— Понимаете, у меня есть давняя мечта, до которой всё никак не доходили руки. Но сейчас, судьба говорит, что самое время её реализовать.
Лицо у него оставалось невозмутимым. Но вот оттенки разума показывали некоторое смятение. Рискну предположить, ганзеец ожидал встретить расчётливого молодого Одарённого, который идёт по трупам, выстраивая свою личную империю и с радостью отдаст им банк. В крайнем случае, продаст, запросив пусть и не один злотый, но какую-то не слишком солидную сумму. А вместо этого увидел сумасброда, мыслящего странными категориями.
— Какая же это мечта, Ваше Сиятельство?
Я улыбнулся и громко прошептал.
— Клубничные поля. Вы только представьте, сотни и сотни квадратных километров земли, засаженных клубникой. Это же прекрасно.
Влетевший в холл Сандал, моментально заполнил его рыком.
— Это прр-р-росто идеально!
Подлетев ближе, завис сбоку от нас, разглядывая одним глазом ганзейцев.
— И они хотят забрр-р-рать это у нас? Давай я прр-р-ридумаю им песню?
Удержавшись от усмешки, мысленно приказал патрулировать территорию дальше. Соглядатаи никуда не делись — здесь их стало чуть меньше, но рядом всё равно крутилось несколько экипажей и десяток пеших агентов наблюдения. Текущей задачей дракона было слушать разговоры и определять, на кого именно они работают.
Слегка разочарованный спутник умчался наружу, а Геннер наклонился вперёд.
— Но позвольте… Я не совсем понимаю, как связана клубника и банк. Если хотите, мы можем продать вам сельскохозяйственные угодья, которые идеально подходят для выращивания этой ягоды. Да что там! Я могу их вам подарить в честь заключения сделки.
Я с горестным лицом покачал головой.
— Понимаете, мне обязательно нужен банк. Как говорил один мудрый человек, если ты не контролируешь свои деньги, то они уже и не совсем твои. Потому я восстановлю работу банка и превращу его в ядро клубничного бизнеса.
Старший ганзеец всё ещё держал лицо. А вот тот, что помладше, смотрел на меня, как на спятившего фавна, что примчался на пиршество Вакха и решил станцевать посреди кувшинов с амброзией.
— Ваше Сиятельство, при всём уважении, но видимо вы не слишком разбираетесь в том, как работают банки. Учреждение Потоцких не подходит для задач такого рода. Оно слишком велико. Понимаете? Да ещё и отрицательным балансом. Зачем вам такой груз? Если хотите, вы можете открыть новый банк и проводить все свои операции через него. Я могу обещать, что Ганза поможет с получением лицензии.
Увидев мой кивок, он на момент обрадовался. Но вот когда я начал говорить, в глаза снова плеснулось недовольство.
— Вы правы, ранее я не имел дела с банками. И потому нашёл себе отличного управляющего. Он кстати, с секунды на секунду должен прибыть. Собственно, два этажа этой гостиницы забронированы как раз для него самого и его сопровождения.
Геннер, уже не скрывая рвущегося наружу негодования, к которому примешивалось удивление, поинтересовался.
— Могу я полюбопытствовать, кто он? Что за управляющий, путешествует с подобной свитой?
Я обозначил лёгкой движение плечами.
— Свита, необходима ему в соответствии со статусом. Человеку его положения не пристало отправляться в столь далёкие земли без своих слуг, телохранителей и ближайших вассалов.
Лицо приказчика вытянулось, а оттенки разума демонстрировали жестокие душевные терзания.
— Он из числа аристократов?
Удивление было понятным — редко кто из знати, решал пачкать руки таким грязным делом, как управление финансами. Они предпочитала лить кровь врагов, грабить и собирать налоги. Храня свои деньги в банках, доверяя им инвестирование и становясь зависимыми от чужих решений. Да, солидное их число старалось пользоваться родовыми финансовыми учреждениями. Либо своим собственными, либо сюзерена, которому они служили. Но имелась одна маленькая проблема — число подобных, стремительно сокращалось.
— О, берите выше. Это член одного из королевских родов.
Геннер окончательно сбросил маску и смотрел на меня глазами, в которых отражалась вся гамма чувств — от тотального изумления до неверия. С его точки зрения, человек являющийся членом одного из правящих родов, никак не мог
