оглянулся на Шейлин дракон, и она закивала в ответ.
– Тут… невероятно! Будь у меня такая библиотека… – проговорила и осеклась, вспомнив, что у неё не то что собственной библиотеки нет, но и дома тоже. – Наверное, ваши… твои предки долго собирали столь впечатляющую коллекцию? – спросила Шейлин.
– Очень долго, – отозвался Кайрин. – Однако при этом некоторые из них пренебрегали составлением каталогов. Поэтому мне теперь и приходится так сложно.
– Я готова помочь хоть сейчас! – с энтузиазмом заявила она.
– Хорошо, – согласился он. – Но после обеда идём на прогулку и заглянем на каток. Договорились?
– Я не против, – улыбнулась Шейлин. Кажется, у неё намечались самые настоящие зимние каникулы – даже не верилось. – А там дают коньки напрокат?
– Да, конечно, но, если хочешь, можешь одолжить у Кэти, её коньки совсем новые, – предложил дракон.
– Нет, пожалуй, не стоит, – отказалась она. – Я… не очень понравилась твоей сестре. Думаю, она была с предубеждением настроена по отношению ко мне ещё до нашей встречи.
– Почему? – нахмурился собеседник.
– Возможно, Кэти просто ревнует? Я ведь отнимаю у неё любимого старшего брата. Ну… во всяком случае она так считает, – тут же уточнила Шейлин, чтобы Кайрин не решил, будто ей вздумалось возомнить себя не фальшивой, а настоящей его невестой.
– Я поговорю с ней.
– Не нужно, не хочу, чтобы вы из-за меня поссорились. Я ведь всё равно уеду после праздников. И больше она меня не увидит.
Шейлин очень надеялась, что в её словах не прозвучало сожаления, которое она внезапно испытала, подумав о том, что больше никогда не вернётся в Айсверн, не переступит порог замка, не увидит Кайрина дэ Льюиса… Она напомнила себе, что это часть договора, который они заключили. А пока лучше не тосковать заранее и вместо этого получить удовольствие от этих неожиданных каникул и по мере возможностей помочь дракону в его поисках.
– Что тебе уже удалось выяснить? – спросила Шейлин.
– Пока немногое. Я не так давно начал искать, хотя задумывался об этой несправедливости и раньше. Вероятно, мой дедушка мог бы рассказать что-нибудь полезное, но, к сожалению, он погиб, спасая горожан от пожара.
– Он тоже был драконом?
– Да, в Айсверне ему даже поставили памятник. Я покажу тебе его. Отец тоже умер, а дяде Эктору ничего не известно. Как и остальным моим родным. Эдмунд мог бы поискать какие-нибудь зацепки вместе со мной, но он считает, что я занимаюсь глупостями, к тому же сомневается, что разгадка семейной тайны способна одарить его способностью менять облик.
– А если это возможно? – предположила она. – Нам в академии рассказывали одну старую историю о том, как с рода её основателей было снято проклятие. И в результате судьбы всех потомков изменились!
Глава 11
Кайрин
Дракон недоверчиво уставился на девушку. Честно говоря, подобного энтузиазма он вовсе не ожидал. Уже столкнувшись с тем, что его родственники, которых это касалось напрямую, не пожелали ему помогать, Кайрин не думал, что подобное желание выразит его случайная знакомая. Но Шейлин, похожа, и вправду была преисполнена уверенности в том, что вместе они отыщут столь необходимую ему зацепку. Может, только из благодарности?..
– Ты правда хочешь этим заниматься? – ещё раз уточнил он. – Тратить праздничные дни на сидение в библиотеке? У тебя ведь каникулы, и ты вовсе не обязана…
– Ну и что? – улыбнулась собеседница. – Кайрин, поверьте… поверь, что я не пожалею о своём предложении тебе помочь! Подумаешь, каникулы! Я люблю библиотеки! А из такой, как эта, готова и вовсе никогда не выходить!
– Ну уж нет, не выходить отсюда я тебе точно не позволю, – ответил ей дракон. – Праздники никто не отменял. Но, пожалуй, до обеда у нас есть время. Вот, взгляни, что я уже успел изучить. Я делал записи, надеюсь, ты поймёшь мой почерк.
Отчего-то, демонстрируя Шейлин результаты своих изысканий, Кайрин почувствовал некоторую неловкость. А что если и она в итоге посчитает, что он занят бессмысленным делом? Но у неё буквально глаза загорелись, когда она села за стол и склонилась над бумагами, которые положил перед ней дракон. Зашелестев листами, девушка закусила губу и принялась читать. Затем подняла на него взгляд.
– Ты и правда уже проделал большую работу.
– Но ничего путного не нашёл, – развёл руками Кайрин.
– Ну почему же? Вот, посмотри сюда… Тут говорится о том, что сын одного из твоих прадедов, не будучи драконом, родился со слабым здоровьем, о чём его отец-дракон сокрушался, но сказал, что, значит, такова судьба, а они должны чтить заветы предков и ничего не менять. Ты же сам выписал эти слова! Выходит, они навели тебя на какую-то мысль!
– Угу, – кивнул он. – Навели. На мысль о том, что его – и мои предки – сами что-то сделали для того, чтобы драконов стало меньше. И я даже догадываюсь, почему было принято такое решение. Вот только они не предусмотрели, что всем остальным мужчинам из рода дэ Льюисов это на пользу не пойдёт.
– Почему? – заинтересовалась Шейлин.
– Видишь ли, я тут заглянул ещё в совсем старые книги. Предания о драконах. Когда с этой способностью рождался каждый в семье, к примеру, несколько родных братьев, со временем они начинали враждовать между собой, и нередко это доходило до кровопролития. Боролись за главенство, за власть, за то, кто станет владыкой-драконом в городе. Полагаю, именно это и послужило причиной того, что мы наблюдаем сейчас.
– Что ж, версия выглядит достоверно… – согласилась она. – А что если… если всё станет как было раньше, но между драконами снова начнётся вражда? Не боишься?
– Сейчас не прежние времена, – качнул головой Кайрин. – Всё можно решить иначе, не так, как было тогда. Жизнь не стоит на месте. Да и мы, дэ Льюисы, всё равно не живём мирно и дружно, сама же видишь, как ведёт себя Эдмунд. И, если я ничего не смогу изменить, в следующем поколении все потомки будут лишены способности менять облик и слабы здоровьем, в том числе и мои собственные сыновья, – добавил он. – А когда-нибудь, возможно, род и вовсе прервётся. Об этом я тоже думал… и мне не хочется, чтобы так случилось.
Шейлин сочувственно вздохнула и вдруг легонько коснулась его руки, но тут же смутилась и отдёрнула ладонь.
– Я понимаю. Мой род ведь, можно сказать, прервался. У меня нет братьев, я не знаю никого из родственников, кто бы носил ту же фамилию, что я и я. Да и с матушкиной стороны никого не знаю. А ведь именно по её линии мне и достался
