Репутация Дна пережила Междуцарствие и в отличие от многих подобных случаев была действительно вполне заслуженной. Представители Батальона Белых Шарфов (под командованием баронессы Стоунмовер, которая, увы, не появляется на страницах нашей истории), ставшего основой полиции города Драгейра, никогда не отправлялись сюда, если их было менее четырех; а после наступления ночи отряды составлялись из шести, а то и восьми человек.
Более того, насколько нам известно, район никогда не патрулировался после наступления сумерек, и в то время, которое мы имеем честь описывать, полиция редко заходила сюда даже днем. Стало расхожей шуткой предлагать посетителю, слишком засидевшемуся в гостях, сбегать к Мосту и вернуться обратно за призом. Если у кого-то возникали сомнения относительно какой-то новой сделки, то говорили, что «она попахивает Дном». Впрочем, упоминание о неприятных запахах, насквозь пропитавших район Дна, ни в коей мере не грешило против истины.
Его величество в сто восемьдесят третий год своего правления подписал Эдикт о сточных водах, один из забытых и в то же время благотворных законов, заслуживающий высочайшей оценки истории. Сохранились свидетельства об эффективности и тщательности, с какой проект проводился в жизнь, однако нигде нет упоминаний о том, что действие его распространилось и на Дно.
Воздух Дна наполняли «ароматы», которые мы не станем описывать, дабы не портить нашим читателям аппетит, отметим лишь, что, хотя бойни барона Уайтмилла находились здесь же, вряд ли вам попадется воспоминание о запахах, кои они источали. Кроме того, известно, что в тех редких случаях, когда дул северный ветер, все окна во дворце в Крыльях Джарега и Валлисты закрывались, но иногда вонь проникала даже в Императорское крыло.
Что до описания условий и самой жизни тех бедолаг, которые обитали в этом районе, мы постараемся рассказать о них максимально правдиво.
Итак, давайте задержим дыхание и закроем глаза до тех пор, пока не окажемся в сравнительной безопасности маленькой таверны. Нам нет необходимости разглядывать это заведение, поскольку оно похоже на тысячу себе подобных. Спустившись на три деревянных ступеньки вниз, вы попадали в большое, тускло освещенное помещение, в конце которого были две маленькие комнатки, отделенные занавесками. В главном зале стояли четыре или пять круглых столов с простыми деревянными скамьями, а также длинная высокая стойка, за ней торчал хозяин, дородный криота, чье прошлое было для всех тайной.
Таверна находилась на улице, которая вполне могла бы остаться безымянной, поскольку практически ничем не отличалась от соседних. Здесь обитали поденщики, мелкие воришки и самый разнообразный люд, недовольный своей жизнью, – и там появляется еще один человек. Его, признаться, все называли Серым Котом по неизвестным нам причинам.
Но описать его внешность нам вполне по силам. Первое, что привлекало внимание, был розовый отекший шрам над правым глазом – словно дикий зверь пытался вырвать глаз и только в самый последний момент его обладатель успел увернуться и спасти свою собственность. Надо сказать, шрам этот являлся не единственной отметиной на лице Серого Кота, испещренном следами множества мелких ран, покрывавших его лоб, шею и даже голову возле макушки. Правый глаз – из-за шрама – постоянно щурился, а левый временами составлял ему компанию как бы по собственному желанию. Впрочем, присмотревшись, вы замечали, что перед вами человек благородного происхождения.
Серый Кот не отличался могучим телосложением, однако от него исходило ощущение мощи, скрывавшейся за хрупкой оболочкой, – с первого взгляда становилось ясно, что он из костей и мышц, с маленькой добавкой крови, – и больше в нем ничего не было. Он носил скромную темную одежду и шляпу с обвисшими полями, скорее подходившую шуту или нищему, но ни в коем случае не человеку с выражением лица Серого Кота. Серый Кот производил зловещее впечатление – настолько зловещее, что даже в этой таверне, где люди привыкли к жестоким законам Дна, никто не осмеливался к нему приблизиться. Имелись и другие причины, по которым с ним предпочитали не связываться, не последней из них была его репутация.
Чтобы закончить наш набросок, добавим, что Серый Кот был вооружен. На боку у него висел длинный тяжелый клинок; судя по простой гладкой рукояти, оружие солдата. Ходили слухи, будто Серый Кот и в самом деле служил солдатом-наемником в одном из отрядов мятежного герцога Хоруольского. Поговаривали, что Серый Кот дезертировал во время сражения при Айронтауне, когда герцог попал в плен и был казнен. Но окажись эти россказни правдой, никто не сомневался: дезертировал Серый Кот вовсе не из трусости, а по каким-то другим причинам.
Впрочем, о нем рассказывали много разных историй. Утверждали, будто он состоял с императрицей в интимной связи и его величество приказал его пытать, однако Серый Кот каким-то чудом спасся. Кое-кто уверял, будто он наемный убийца-джарег; более того, ему предлагали золото за то, чтобы он хорошенько поколотил или убил чьего-нибудь врага, но Серый Кот никогда и никому подобных услуг не оказывал.
В чем бы ни состояла истина, тяжелые испытания и невзгоды оставили свой отпечаток, и если Серый Кот не предлагал никаких объяснений, то и скрывать ничего не пытался. Все знали – «он не тревожит тех, кто не тревожит его». И даже в редких случаях, когда Серый Кот сильно напивался, он лишь становился все молчаливее и молчаливее, пока не засыпал. И вот как-то выждав такой момент, воришка с избытком храбрости, но недостатком ума попробовал испытать на нем свое мастерство. Серый Кот прервал свой пьяный сон ровно настолько, чтобы перерезать ему горло, после чего снова мгновенно заснул.
Вот каким был Серый Кот. Возможно, он показался вам отвратительным типом, но без него наша история не случилась бы. Как только вечер спустился на Драгейру, несколько посетителей таверны, среди которых мы видим и Серого Кота, собрались на встречу, имеющую прямое отношение к интересующим нас событиям.
Первой прибыла та, что выглядела наиболее безобидной – маленького роста, элегантная, в черных рейтузах, черных сапогах и черной рубашке с серой отделкой. Казалось, она была не вооружена, но слева на воротнике виднелась эмблема джарега, а на среднем пальце правой руки внимательный наблюдатель разглядел бы перстень с аналогичной эмблемой – чего вполне хватало, чтобы гарантировать ей безопасность или большие неприятности для того, кто не поймет, с кем имеет дело. Звали ее Ларал.
Она заметила одиноко сидевшего за столом Серого Кота и присоединилась к нему. Когда она подошла, он встал – автоматически демонстрируя уважение даме. Ларал кивнула, как должное принимая его манеры хорошо воспитанного человека, и они стали молча ждать. Причем ни он, ни она не притрагивались к выпивке – что, если учесть качество вина и эля, обычно подававшихся в тавернах Дна, можно было посчитать весьма разумным поведением.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
