Созданное вами и применяемое атомное оружие положило конец нашим сомнениям, и вы были отнесены к видам с извращённым разумом. Подобным видам не позволено покидать свои звёздные системы. Вы устроили хорошее шоу для всех сотен разумных видов союза, взрослым иногда тоже бывает интересно смотреть на игры детей. Мы создали для вас планету, аналог вашей родины. И вы видите, как она прекрасна! Но мы считаем, что вам надо измениться, потому что агрессия, ненависть и алчность не достойны разумных существ. А цель разума — это создание гармонии и развитие прекрасного. Разумные не плодятся как тараканы. Победив болезни и старость, вы тоже увидите истину.
А теперь займите свои места в модулях. Ваш звездолёт без препятствий, сразу же выйдет на орбиту вашей планеты…
И мы, как бараны, побрели к модулю, заняли свои места и опять провалились в сон без сновидений.
Эпилог
Прошло всего два года, а мне уже кажется, что нашего путешествия к звёздам не было, что это просто плоды моего болезненного воображения. Только Ани, тепло её тела и бесконечное терпение к моим выходкам убеждают меня в обратном.
После приземления мы провели месяц на карантине, так как правительство долго не могло решить, что с нами делать. Наконец, получив десяток электронных подписей о не разглашении информации, нас отпустили. Но теперь каждые две недели мы отмечаемся в Сети и предоставляем спецслужбам отчёт, чем мы занимались это время. Иногда я не сдерживаюсь и пишу, что нахожусь в запое и посылаю их в задницу. Мне сохранили мою комнату на третьем уровне. Всем участникам «закрытого проекта», как именуют теперь наш полёт, назначили небольшую пенсию, так что с голода не умрём.
Из звездолёта «Орёл» на орбите сделали очень дорогой и модный отель с кичливым названием «Под звёздами», в его модулях прорезали широкие окна, и теперь богатенькие дяди могут видеть роскошную россыпь по-прежнему далёких звёзд, и с сытой отрыжкой восторгаться видами Земли, которая с орбиты остаётся такой же прекрасной, как и тысячи лет назад.
На Земле всегда было так: у одних место под звёздами, у других на разных уровнях или на самом дне. Может, ещё и поэтому человечество классифицировано как вид с извращённым типом мышления.
Я сейчас увлекаюсь историей. Изучая прошлое, я мучительно пытаюсь найти ответ, где и в каком времени человечество свернуло не на ту дорогу. Иногда ночью, когда мне особенно тревожно, я спрашиваю Ани:
— Ты помнишь Радугу? — И с тоской о несбывшейся мечте уточняю свой вопрос, — чужую Радугу?
Валерий Казарцев
Я — геронт
2-е место в номинации «Через тернии к звёздам»
Прибытие моё в отряд спецназа эхом прокатилось по казарме.
— Дед, ты в каком музее свою пушку украл, а? — допытывался совсем молодой спецназовец с наивно-детским выражением лица.
— Дед, вот койка свободная, товарищ мой месяц назад погиб, — подошёл второй.
— Здесь от прохода подальше, поспокойнее. Только если воздух портить будешь, прогоню, — добавил он мрачно.
— Строиться! — раздался громкий крик дежурного, рядом с которым я увидел сержанта.
Взвод с привычной сноровкой, отработанной тысячами тренировок, неспешно замер в строю посередине широкого прохода между койками. Стараясь не привлекать внимания, я встал в конце строя подальше от сержанта. Тот, двухметровый детина с жёсткими, но правильными чертами лица, с лычками старшего сержанта на плечах устало-равнодушным взглядом окинул строй.
— Вольно, — негромко выдохнул он.
— Ну что, отоспались, отъелись, завтра опять в дело. В 10.00 по местному в полной экипировке погрузка в транспорт. Идём к Синим Горам, там мутанты немного потрепали наших.
— Да, представляю нового члена команды, геронт Вик, позывной придумаете сами.
— Геронт, мой позывной — Бизон, — сказал он, изучающее посмотрев на меня.
— Старшина, обеспечь всем необходимым и проведи инструктаж. Разойдись! — скомандовал сержант.
— Дед, со мной пойдём, — обратился ко мне круглолицый вояка — грудь колесом, с чуть раскосыми глазами и шевроном старшины на рукаве полинявшей рубашки.
«Старшина, а рубашку потёртую носит, почему?» — подумал я.
— Мягкая, меньше шею трёт, а то жарко здесь. Бывает, и по трое суток не удаётся помыться, — сказал он, заметив мой взгляд.
«Хороший солдат, наблюдательный, не зря шеврон старшины носит», — отметил я мысленно.
— Мой позывной Арбуз, — добавил он.
— А почему арбуз? — невольно вырвалось у меня.
— Эх, где я вырос, нигде больше таких арбузов нету, только ножом дотронешься — он с треском пополам разваливается и светится рубиновыми багровыми искорками… А запах… вкус… сейчас бы попробовать, — он мечтательно прикрыл глаза.
— А какой позывной у того мальчика, что про музей у меня спрашивал? — мне до сих пор трудно было представить, как с таким воодушевлённо-романтическим лицом можно стрелять в людей, а то и просто расстреливать их сотнями, если будет приказ и так сложатся обстоятельства.
— Кай, — пробормотал старшина, — ты держись от него подальше, у него в голове что-то съехало, когда его бабу со второго взвода убили.
— А того, что койку мне предложил?
— Кит, нормальный мужик, миномёт ещё таскает и здорово из него лупит, — добавил Арбуз.
— Ну давай, Дед, думать, что делать с тобой будем? — открывая неприметную дверь оружейной комнаты, задумчиво сказал он.
— Начнём со шлема, в правом углу на забрале координация оружия, захват цели, прицеливание, выбор боеприпаса-чёрт, это тебе не нужно с твоей пушкой, менять не будешь?
— Нет.
— Тогда в левом углу панорама боя, отметки бойцов команды, режимы видения, по центру текстовой дубляж команд…
— Проходили, — остановил я его.
— Комплект белья, комбинезон «Хамелеон», сапоги ЗД-1 (защитные десантные) — хорошую вещь придумали, не натирают, всегда ноги сухие, носки не нужны и запаха от ног не бывает. Недавно поставлять начали, одобряю. Вот это сразу застёгивай и включай идентификацию — он протянул наручный коммутатор специального образца, — в нём много всего наворочено, потом разберёшься. Раз тебя Дедом окрестили сразу, вводи позывной, он на него реагировать будет. Оружие брать будешь?
— Нет, только патронов закажи штук 500, Арбуз, специальных, полицейских по 9 картечин, а то у меня 20 всего, — погладил я чехол своего помпового дробовика ремингтон 870 с укороченным стволом.
— Да их 300 лет не выпускают, ты что, Дед?
— Раз мне оставили это ружьё, значит можно найти, — резонно заметил я.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
