поступал, только раньше мне было пофиг и я не обращал внимание, но теперь всё изменилось.
— Почему?
— Потому что теперь мне есть кого защищать. И он это прекрасно знает и давит на меня. Не удивлюсь если ещё какую-нибудь гадость выкинет.
— Я же тебе говорила, что он будет мстить.
— А то я и сам не знал? За себя я не боюсь, но ты… — с этими словами он схватил мою руку и сжал сильно-сильно, горячо-горячо так, что я поверила…
Мы совсем перестали обращать внимание на секретаря, сидевшего напротив, и, тихонько кашлянув, он дал знать о своём присутствии. Мы тут же обернулись и огляделись по сторонам. Двери машины распахнулись.
— Ах, да… Уже приехали, выходим, — скомандовал Александр и, не выпуская мою руку, вылез с той же стороны, что и я.
— Мог бы хотя бы сейчас отпустить. Вцепился как клещ! — возмутилась я.
— Прости, я не специально, — мило улыбнулся он.
Неожиданно нас осыпал град камней. Александр прикрыл меня, прижав к груди, и все камни посыпались на него. Охрана не успела вовремя и их хозяину досталось много шишек. Нападавших быстро скрутили. Под сопровождение диких криков толпы мы забежали в дом. Крики стихли.
Александр медленно опустился на пол, старательно придерживаясь рукой о стену. Я присела рядом.
— Больно? Куда попали? — повторяла я одно и то же и беспорядочно ощупывала его голову, спину, плечи.
— Вот только в такие мгновения можно добиться от тебя хоть какой-то ласки?
— Дурак, — я легонько задела его по плечу и отстранилась.
— Ай! — вдруг воскликнул он и прижал руку к больному месту.
— Здесь болит? — дрожащей рукой я поймала его руку, но не рассчитала силы.
— Можно нежнее?
Я помогла ему аккуратно снять пиджак, расстегнула пуговицы рубашки на его запястье и бережно, не спеша закатала чёрный рукав. На плече красовался свежий синяк. Почему-то захотелось подуть на него, что я и сделала.
Александр свободной рукой нежно провёл по моим растрёпанным волосам. Одно стремительное движение его сильной руки и наши губы встретились. Я чуть не упала в его объятия, но успела удержаться за стену, упёршись левой рукой. Даже не знаю почему я не сопротивлялась. Не люблю я его всё равно. Всё это бесполезно.
Ругать больного не хотелось, тем более он рисковал своим здоровьем ради меня. И я не отругала его за поцелуй.
— Помочь тебе подняться? — предложила я.
— Это всё, что ты можешь сказать?
— Спасибо, что защитил меня, — недовольно пробормотала я себе под нос.
Он продолжал внимательно рассматривать меня и прошептал:
— Я тебя люблю.
На что я отвернулась и тут же встала на ноги, отряхивая руки.
— Сам поднимайся.
— А что такого я сказал?
— Я ничего не слышала. Пойдём уже, хватит сидеть здесь. Развалился, — и уже сделала несколько шагов в сторону, но до моего слуха донёсся жалобный стон.
— Помоги мне… Мне трудно идти.
Я обернулась, и увидела как он прижимает ладонью правое колено. Пришлось подойти, помочь.
— Можешь облокотиться на моё плечо, — сказала я и встала рядом.
Так мы доковыляли до его комнаты. Я бережно усадила его в кресло.
— Спасибо, — поблагодарил он, прижимая рукой левое колено.
— У тебя же только что болела правая нога? — усомнилась я и нахмурила брови.
— Обе ноги пострадали, — кашлянув, оправдывался он.
Я уже направилась к выходу, когда снова услышала за спиной:
— Уже уходишь?
Я кивнула.
— И ты оставишь больного совсем одного? А вдруг я умру?
— Что за бред? Получил парочку синяков и уже умираешь?
— Ты меня не любишь, — пробормотал он и опустил голову.
Последняя фраза заставила меня недовольно вздохнуть.
— Да, я тебя не люблю и ты это прекрасно знаешь. Скажи, что ты ещё хочешь?
— Просто побыть вместе, поговорить.
— Я думала тебе ни с кем не нравится разговаривать?
— Кроме тебя.
Я смутилась и покраснела, подошла ближе:
— Так о чём ты хотел поговорить?
— Просто… Даже не знаю… Что ты знаешь о мифах Древней Греции?
— А что так вдруг? — я растерялась.
— В детстве любил, когда мама читает мне.
— Хочешь, чтобы я тебе почитала?
— Если это возможно? Твой голос меня успокаивает.
Он так мило смотрел на меня, что я просто не могла отказать. Все мы в душе маленькие дети. Но я не его мамочка! И не девушка и вообще не пойми кто. Пока эти мысли затмевали моё сознание, он в очередной раз начал рассказывать мне, что знает. За время, проведённое с Александром, я поняла, что знает он слишком много в разных областях и что мне с ним никогда не сравниться. Я никогда не встречала такого умного человека. Если бы только все его умные мысли пустить в дело, он был бы правителем не только своего мира!
— Нужно взять книгу в библиотеке. Пойдём вместе, — он приподнялся на локте.
— У тебя же ноги болят, как ты пойдёшь?
— А сама справишься?
— Конечно, я уже большая девочка.
— Тогда найдёшь книгу прямо на столе.
Я согласно кивнула и как только вышла из комнаты и захлопнула за собой дверь, снова обо что-то споткнулась, но не упала, устояла на ногах. Посмотрела вниз — опять эта коробка! Да кто её сюда постоянно подбрасывает? Я не удержалась и в очередной раз пнула её. В коробке что-то зазвенело. Очевидно, что там лежит много всякой всячины. Мне стало интересно. Я аккуратно приоткрыла крышку, но там было пусто. Ещё несколько раз проделала то же самое, но в коробке всё также царила пустота. Я приподняла её, и она показалась мне тяжёлой. Снова открыла — ничего. Ну ладно. Поставила её на стол в прихожей и пошла по своим делам, в библиотеку.
Конечно, книги не оказалось на том месте, где указал Александр, и пришлось немного поискать. Пользуясь случаем, я забралась по лестнице на второй этаж и прогулялась там среди книг, наслаждаясь стариной.
Сверху я заметила то, чего раньше не видела. Быстро спустилась по лестнице и подошла к столу. Что здесь делает эта безвкусная копилка в форме ёжика? Я схватила ёжика и потрясла. В ответ раздался звон монет и… Бой старинных часов у входа. Часы вдруг ожили и напугали меня двенадцать ударов подряд. Я повертела безделушку в руках, но так и не нашла как её открыть, а разбивать не хотелось. Не моя же вещь, жалко. А вдруг хозяин заметит пропажу? И вернула её на место. Опасливо поглядывая на часы, я поспешила уйти.
Когда я вернулась, Александр дремал. Я не стала его будить. Тихонько вышла и прикрыла за собой дверь.
