– Ну… днем удобнее всего их закалывать. – Элизабет была поражена, что способна говорить: сознание работало с перебоями. – Давно пора их подстричь… – Она запнулась: Андреас пристально смотрел на нее. – Но в последние несколько месяцев все было вверх дном… Не помню, когда я в последний раз была в парикмахерской. Сто лет назад. – Она могла бы продолжать развивать эту мысль и дальше, но с усилием остановилась.
– Я рад.
– Почему?
Андреас ощутил, что победа близка. Он улыбнулся:
– Возможно, я преувеличиваю, но мне кажется, что женщины стали похожи на кукол. Так необычно в наши дни встретить кого-то, кто не беспокоится о своей внешности.
– Я бы не сказала, что это лестный комплимент.
– Поверьте, в моих устах – да. Мне до смерти надоели худющие длинноволосые блондинки, покрытые тоннами косметики.
У Элизабет возникло ощущение, что он сам удивился тому, что сказал. Она пыталась заставить себя наконец уйти. Но Андреас велел ей прекратить топтаться у порога и приглашающе похлопал по кровати рядом с собой, и Элизабет, словно в трансе, двинулась к нему.
– Итак… – пробормотал Андреас. – Неужели ты не позволишь мне утолить любопытство? – Его руки снова покоились под головой, тонкое одеяло не скрывало мощной эрекции.
Элизабет представила себе, каким именно образом он собирается «удовлетворять любопытство», и эти видения одновременно пугали ее и привлекали. Он излучал животную притягательность. По спине Элизабет пробежали мурашки.
Никогда в жизни она не была объектом столь очевидного, пристального внимания. Словно сильнодействующий наркотик, новое ощущение выдуло из ее головы последние крупицы здравого смысла. Она плавно подошла и склонила голову, так что кончики ее волос почти коснулись одеяла, слегка прикрывавшего смуглое тело Андреаса. Он соблазнительно улыбнулся, и остатки ее защитной системы вышли из строя, а дыхание замерло. Она еще попыталась выдавить что-то в духе: «Теперь вам бы все же неплохо поспать…» – но замолчала, не закончив фразы.
Андреас медленно намотал прядь ее волос на палец. А потом притянул Элизабет к себе. Ее халатик распахнулся, и, когда она сделала попытку прикрыться, Андреас удержал ее руку в своей.
– Я мечтал об этом уже некоторое время, – промурлыкал он, касаясь губами ее губ: сперва нежно и осторожно, а потом – страстно и настойчиво.
Они упали на постель, слившись в тесном объятии. Элизабет издала слабый стон, когда его язык проник в ее рот и принялся его исследовать, и сама начала дрожащими пальцами изучать его обнаженное тело. Словно лишенная зрения, только прикосновениями получающая информацию об окружающем мире, она нежно поглаживала его, завороженная очертаниями мускулов.
– Кажется, ты тоже, – прошептал Андреас. Она ответила ему кивком и тихим стоном, и этого было вполне достаточно. – Ласкай меня, – страстно прошептал он. – Посмотри сама, как я мечтал о тебе. – Он взял ее руку и направил туда, где его мужское достоинство вздымалось, твердое, словно камень.
Андреас хрипло застонал, когда Элизабет прикоснулась к нему и сжала. Ему пришлось остановить сладостное движение ее пальцев, потому что иначе с ним случилось бы то, чего никогда раньше не случалось, – он кончил бы раньше, чем планировал.
– Нет уж… – Его голос был приглушен и дрожал от страсти, – давай-ка слегка замедлимся… – Он жестко прижал ее руки, а сам навис над ней.
– Не двигайся, – приказал Андреас, и она повиновалась, зажмурившись, в то время как Андреас снял с нее халат, обнажив грудь.
Она была еще более прекрасна, чем он представлял. Элизабет лежала вытянувшись, руки были подняты над головой и сжаты в кулачки. Андреас провел кончиками пальцев по ее шее, а его следующий поцелуй был долгим и медленным. Он хотел, чтобы она поняла: им некуда торопиться.
Его губы медленно спускались по ее шее к груди. Андреас провел языком по одному из сосков, и Элизабет вздрогнула. Он велел ей не шевелиться, но не могла же она, в самом деле, лежать, словно каменная статуя, если ей хотелось большего! Она запустила пальцы ему в волосы и притянула его голову ближе к груди. Андреас взял нежный подрагивающий сосок в рот и принялся ласкать его и дразнить языком, пока Элизабет не застонала от удовольствия, нетерпеливо извиваясь.
Андреас опустил руку на самую чувствительную точку ее тела, по-прежнему скрытую тонкой тканью трусиков, и ощутил, как она горяча и возбуждена. Элизабет выгнулась под его рукой так, что его пальцы соприкоснулись с ее клитором, но Андреас немедленно убрал руку и усмехнулся.
– Ну уж нет, моя дорогая, – промурлыкал он. – Я приведу тебя туда, куда ты так жаждешь попасть, но чуть позже.
Он продолжал исследовать ее тело, наслаждаясь шелковой гладкостью кожи. На мгновение задержался, чтобы обвести языком нежный пупок. Затем очень медленно стащил с нее трусики.
Элизабет не могла на него взглянуть, потому что тогда бы просто потеряла сознание. Андреас делал с ней то, чего никто и никогда раньше не делал, и это было невыразимо приятно. Ее тело давно уже жило собственной жизнью, подаваясь навстречу его языку, который устремлялся все глубже, навстречу пульсирующему клитору.
Элизабет сходила с ума от желания почувствовать его внутри, но Андреас, словно маэстро, досконально знающий свой инструмент, остановился только тогда, когда они оба были всего в шаге от наслаждения. Необходимые защитные меры заняли у него всего несколько секунд, но Элизабет не могла вытерпеть даже их. Наконец Андреас вошел в нее, продвигаясь все глубже и сильнее до тех пор, пока она не прильнула к его шее, и он сам, сотрясаясь всем телом, не испытал ослепительный, всепоглощающий оргазм.
Глава 6
– Элизабет, ты опоздала. – Андреас выразительно посмотрел на часы.
При обычных обстоятельствах ее опоздание не составило бы проблемы, но сегодня он никак не мог сосредоточиться на делах. Вообще говоря, всю ту неделю с тех пор, как они стали любовниками, с его концентрацией творилось что-то невообразимое.
Элизабет наотрез отказалась допускать какие-либо вольности во время рабочего дня, даже несмотря на заверения босса, что это тот уникальный случай, когда он готов смешать работу и отдых.
– Офисный стол, – зазывающе произнес он, – будет смотреться гораздо лучше, если сверху посадить тебя. На тебе даже будет вся твоя одежда – за исключением трусиков. Черт побери, да мне даже с кресла не надо вставать! Тебе-то и нужно только раздвинуть ноги.
Элизабет рассмеялась, покраснела – и отказала ему. Тогда Андреас предложил ей диванчик у книжного шкафа и даже свое огромное вращающееся кресло, обтянутое черной кожей, но оба варианта были отклонены. Понять этого Андреас не мог.
