— Какая горячая малышка, — ухмыляется Искандер, только подстегивая мою ярость. — Каков хитрец, брезгуешь моими девочками, а сам такую красоту от меня прячешь. А я сразу понял, что жена тут не причем, — хохотнув, дядя поднимается, собираясь рассмотреть объект его недвусмысленного интереса поближе. — Где ты её взял, Амиран? Строптивая, не объездил еще? — я опережаю его, стремительно встав на ноги и загораживая Алису собой. Теперь между нами не больше метра. Она не пытается скрыть свой гнев, в то время как я из последних сил держу в узде свой.
— Что ты тут устраиваешь, Амиран? — на повышенных тонах обращается только ко мне tatlim, игнорируя почуявшего неладное Искандера. Дядя предусмотрительно отступает подальше, чтобы его ненароком не задело намечающимся взрывом. —Решил повеселиться? — продолжает возмущаться Алисия, привлекая к себе все больше откровенно удивленных взглядов. — Для мальчишника слишком поздно. Не находишь?
— Вернись к себе, — приказываю, смерив её ледяным взором. Она упрямо вздергивает подбородок, сжимает кулаки, словно планирует наброситься на меня в присутствии толпы народа. — Сейчас же! — рявкаю, угрожающе сощурив глаза.
— И не подумаю, пока ты не объяснишь, что тут происходит! — бледнеет от страха, но стоит на своем. Растрепанная, с горящими злыми глазами и полуголая, а вокруг не только элитные проститутки, но и близкие друзья Искандера. Большинство из них с пристальным любопытством рассматривают отчаянную блондинку, посмевшую орать на наследника. Никому и в голову не может прийти, что это его жена почтила гостей своим присутствием.
— А ты не видишь? Мне стало скучно, и дядя устроил для меня праздник, — понизив тон, меняю тактику. Запугивание и угрозы не работают. Значит, попробуем другим путем. Пусть думает, что шоу заказано специально для неё. Незаметно киваю дежурившим на другой стороне охранникам, глазеющих на развязных танцующих пьяных красавиц. Неудивительно, что они пропустили Алису. Уволю всех к Шайтану. Завтра же заменю команду бодигардов.
— Если ты развлекаешься, то и мне можно! —заявляет «моя покорная». — Мне тоже с тобой скучно, Амиран. Хочу танцевать и веселиться.
— Алиса, вернись в свою спальню и жди меня. Обещаю, я устрою тебе веселье, когда закончу здесь, — мрачно обещаю, властно взяв за запястье. её бешенный пульс стучит мне в ладонь. Лицо горит алыми пятнами.
— Меня тошнит от твоего веселья, Ран. Можешь заканчивать тут хоть до самого утра, —огрызается Алиса. — Не стоит отказываться от щедрости дяди.
— Не откажусь, — отзываюсь ровным тоном, ощущая онемение в скулах от адского напряжения. В распахнувшихся аметистовых глазах мелькают презрение и холодная ярость. — Ты уходишь, tatlim, —сообщаю, и, заметив двух подоспевших телохранителей, показываю на неожиданно притихшую жену: — Проводите до виллы и проследите, чтобы она оттуда больше не выходила.
— Ты не посмеешь! — разъярённо шипит Алиса.
— Посмею, — невозмутимо заверяю я. — Не вынуждай тащить тебя силой, — указываю взглядом на топчущихся рядом с ней побледневших бодигардов. — Иначе за то, что они прикоснутся к тебе, я прикажу их высечь, а потом уволю. Или наоборот, — не сомневаясь, что она больше не станет упираться, поворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и иду прямиком к окруженному толпой девушек бару. Искандер аль-Мактум следует за мной, благоразумно и тактично удерживаясь от комментариев на счёт поведения моей юной супруги.
Заметив нас, девицы мгновенно расступаются, улыбки становятся шире, услужливее.
— Ты и ты, — показываю на двух первых попавшихся девушек. — Остальные вон.
— Отличный выбор, — удовлетворенно произносит Искандер. Сделав глоток виски, я вскидываю на него равнодушный взгляд. Никак не комментирую его фразу, и он воодушевленно продолжает: — Чтобы сбить спесь с женщины, надо показать её место. Иногда жестко, чтобы поняла и запомнила.
— Я давно не нуждаюсь в твоих советах, дядя, — напоминаю стальным тоном, ощущая, как одна из выбранных девушек прижимается грудью к моей спине, настойчиво шарит ладонями по телу. Следом присоединяется вторая. — Не сейчас, —коротко бросаю, отталкивая навязчивые женские руки. — Больше не пить, — обе послушно оставляют неполные бокалы на столешнице и отступают в сторону, замерев в терпеливом ожидании.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Знаю, что не нуждаешься. Взрослый и независимый, — с лицемерным сожалением кивает Искандер. — Но не забывай, что первого котенка для твоего зверинца и первую сучку в твою постель подарил тебе я.
— У меня очень хорошая память, дядя.
Глава 5
Алисия
Разговор с Амираном оставляет еще один неприятный осадок в душе. Но терпеть такое унижение, сотню эскортниц и его родственника в комплекте с друзьями на этом острове дальше, я не намерена.
Нам нужно поговорить наедине.
Естественно, что перед взором посторонних эмир не пойдет ко мне навстречу и всем своим видом будет демонстрировать, что последнее слово всегда остается за ним. И то, что ему, как принцу Анмара, подобный беспредел позволителен. Более того — судя по его ответам на мои претензии, Амиран не считает, что происходит что-то из ряда вон выходящее.
Вернувшись в свою комнату, я сразу улавливаю нежно-цветочный аромат, пропитавший весь воздух в пространстве. На моем журнальном столике появился фантастический букет лавандовых пионов.
Закрываю глаза и делаю медленный выдох, а в мыслях непроизвольно всплывает горячая картинка из воспоминаний. Амиран мягко ведет лепестками бутона по моей коже, обводит ими соски и грудь, опускаясь к пупку и бедрам. Медленно и плавно доводит до исступления, даже не прикасаясь ко мне.
Как ни крути, но та ночь и то утро были самыми эротичными в моей жизни. Я ощутила, как моя чувственность раскрылась тогда, заиграла красками, подобно распустившемуся цветку.
Через две минуты я уже направляюсь в спальню Амирана.
Подожду его там. Рано или поздно он вернется со своей мерзкой вечеринки у бассейна и ему придется за все передо мной ответить. Возможно, мне удастся с ним договориться, и мы вернемся в Анмар: нужно заняться переездом Сэви, подготовить мою крошку к глобальной смене обстановки. К тому же, я надеюсь встретиться с семьей, и узнать у мамы и отца хоть какие-нибудь новости про Нейта.
В общем, я могла бы провести время нашего медового месяца с большей пользой, чем созерцание обнаженных тел, прилипающих к наследнику.
Сделав шаг в комнату Амирана, я медленно изучаю его спальню, исследуя комнату вдоль и поперек. Рефлекторным движением провожу пальцами по шелковым рубашкам, проходя мимо гардеробной Рана…его запах атакует мои легкие, забивается в каждую пору и клеточку, рождая в голове и сердце сразу несколько приятных воспоминаний.
То утро. Я не могу его забыть. Слишком силен контраст в сравнении с тем, кого я вижу перед собой сейчас.
А ведь все могло бы быть, между нами, иначе…сам Амиран аль-Мактум покрывал меня поцелуями. С головы до ног, сантиметр за сантиметром. Я сходила с ума, ощущая себя такой хрустальной, защищенной, обласканной, податливой, главной одержимостью в его жизни.
Есть что-то невероятно пленительное, одурманивающее, умопомрачительное в том, что безоговорочно сильный мужчина, диктующий правила этому миру, ставит на несколько минут в его эпицентр — тебя. Не оставляет без внимания все самые интимные места на теле, разрушает границы, проникая языком внутрь. Для всех он — Амиран аль-Мактум, наследник Анмара, властный и справедливый эмир и будущий король, а для меня в тот момент был мужчиной, который сходит с ума от желания, от одного взгляда на мое тело. Я чувствовала, каждой клеточкой чувствовала, каких усилий ему стоит сдерживать себя и растягивать прелюдию и в то же время, насколько ему необходимо обозначить и закрепить свое право на абсолютное обладание мной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Все это уже не имеет значения. После того, что он сделал с нами, с Нейтом…то утро уже перестает приносить очки лояльности и симпатии в его пользу. Или мне хочется убедить себя в этом.
