загружать Бориса Семёновича ещё и этим.
— Вы ещё что-то затеяли? — спросил царь.
— Да, дело в том, что гальванические батареи дороги. Есть более дешёвый способ получения электричества: с помощью электрогенераторов. Якоби — изобретатель одного из них. Но генераторы несовершенны. Я подал Борису Семёновичу несколько идей, он обещал проверить. Если это сработает, думаю, надо строить электростанцию, которая будет снабжать электричеством телефоны и, возможно, городское освещение.
— Электрическое освещение? — переспросил царь.
— Да. Якоби мне рассказал про трубки Гейслера, которые светятся при пропускании тока. Думаю, они нуждаются в усовершенствовании, но у меня есть ещё несколько идей.
— Хорошо, работайте, — разрешил папа́.
А Саша поймал на себе взгляд девятилетнего Николы. Он смотрел на него примерно, как Женя Лейхтенбергская.
— Вернёмся к твоему путешествию, — обратился царь к Константину Николаевичу. — Продолжай!
— В Штутгарте меня встретила Олли, — продолжил дядя Костя. — Мы с ней смотрели наши детские альбомы.
— Помнишь тётю Олли? — спросил папа́.
Саша на минуту завис, но в памяти всплыла нарисованное Никсой родословное древо.
— Ольгу Николаевну? — спросил Саша. — Очень смутно.
Ольга Николаевна — дочь Николая Первого была супругой наследного принца Вюртенбергского Карла.
— Она несколько месяцев жила в России в год смерти твоего дедушки, — заметил царь. — Четыре года назад.
— Может быть, и узнаю, если увижу, — сказал Саша.
Дальнейшее путешествие дяди Кости по Европе напоминало тур по родственникам с семейными обедами и пышными приёмами царственных особ.
Родственники и домочадцы были примерно везде.
В Карлсруе тетка жены Константина Николаевича маркграфиня Елисавета. В Цюрихе старушка Вольф — бывшая гувернантка тёти Санни. В Женеве — Анна Фёдоровна — бывшая супруга дедова брата Константина Павловича, которая сбежала от него через три года брака и счастливо развелась с ним ещё в 20-м году.
Там же, в Женеве, обед с пятнадцатилетним двоюродным братом тёти Санни принцем Альбертом.
— Он учится в Лозанне, — сказал дядя Костя, — и мечтает служить у нас моряком.
Саша думал о том, что, чувствуя себя в Европе, как дома, в окружении родственников, трудно считать Россию, принадлежащей к другой культуре, например, азиатской или ордынской. Или полагать, что нам ближе всего Китай.
— В конце ноября мы отправились по чугунке в Савойю, — продолжил Константин Николаевич. — Чудные места. Маленький кусок чрез Францию. Встреча сардинцев. Чудные виды.
— Погоди! — остановил Саша. — Дядя Костя, Савойя — это разве не Франция или я что-то путаю? Почему «маленький кусок»?
— Пока Сардинское королевство, — объяснил Константин Николаевич. — Но по Пломбьерскому соглашению прошлого года, говорят, обещана Франции Сардинским министром Кавуром. В обмен на поддержку в войне с Австрией.
— Почему «говорят»? — спросил Саша.
— Соглашение было секретное, — улыбнулся дядя Костя. — Но недолго. Потом пошли слухи о том, что Кавур будет отдан под суд, как государственный изменник, продавший в Пломбьере Наполеону Третьему Савойю и Ниццу.
— Ницца — тоже не Франция? — спросил Саша.
— Пока Сардинское королевство, — сказал дядя Костя. — Я, кстати с ним встречался, с Кавуром…
Папа́ строго посмотрел на младшего брата, и дядя Костя осёкся.
— Отдадут французам, да, Саша? — спросил царь.
— Видимо, да, — кивнул Саша, — я думал, что это уже Франция.
— Австрийцы терпят поражение за поражением, — заметил Константин Николаевич.
И выразительно посмотрел на папа́.
— Увидим, — сказал царь.
— Потом на колёсах на верхушку Мон-Сени, — продолжил Константин Николаевич, — там чудные виды при спуске. Благополучно приехали в Сузу, где отдохнули, переоделись и позавтракали.
— Суза — это тоже Сардинское королевство? — спросил Саша.
— Да-а, — протянул Константин Николаевич. — А ты, думал Франция?
— Нет, — признался Саша. — Италия. Кажется, это на границе.
— На границе между чем и чем? — поинтересовался царь.
— Францией и Италией, — тихо сказал Саша и почувствовал, что краснеет.
— Италией… — задумчиво повторил царь.
И они с дядей Костей переглянулись.
— Саш, а столица Италии в каком городе? — поинтересовался Константин Николаевич.
— В Риме, — сказал Саша. — Где же ещё?
Царь вздохнул.
— Саша, Итальянское королевство действительно существовало при Наполеоне Первом, но столицей был Милан.
— Мне, наверное, нужен курс политической географии, — сказал Саша. — Что куда впадает я примерно помню, а политическая карта совсем другая… то есть странная… непривычная… я совсем плыву.
— Осенью, — пообещал папа́.
Шкодливый Никола, который путешествовал вместе с отцом, с усмешкой смотрел на Сашу. Куда только восторг подевался!
— Из Сузы мы поехали по чугунке в Турин, — продолжил дядя Костя. — Кариньян встретил нас на станции.
— Кариньян? — переспросил Саша.
Имя не говорило ему ровно ничего и вызывало ассоциации с сортом винограда.
— Принц Евгений Эммануил, князь ди Кариньяно, — объяснил папа, — сардинский адмирал и родственник короля Виктора-Эммануила Второго.
«Понятно, — подумал Саша, — что-то вроде дяди Кости».
— Турин — столица Сардинского королевства? — спросил он.
— Да! — обрадовался царь.
— Король ждал нас внизу у подъезда дворца, — продолжил Константин Николаевич. — Потом был обед с семьёй короля и великолепный приём. А спустя два дня мы уже простились с королём и отправились по чугунке в Геную.
— Это тоже Сардиния? — спросил Саша.
— Да, конечно, — кивнул дядя Костя, — главный порт Сардинского королевства. Наша эскадра стояла в гавани: «Ретвизан», «Полкан» и «Баян». Был большой обед с местными властями, после тотчас на корабль. Вышли в море после одиннадцати, почти ночью. Дул очень свежий норд с дождем, но в море было потише и качки никакой. Утро было хорошее и вид берегов прекрасный. В десять часов, мы уже встали на якорь в Виллафранке. Тотчас пошёл дождь.
— Виллафранка — это ещё Сардинское королевство? — полюбопытствовал Саша.
— Да, да, конечно, — улыбнулся дядя Костя. — Пьемонт. Встречать нас приехали власти и Георг Мекленбургский. Потом поехали к Кате в Ниццу, на виллу «Орестис».
Немного поднапрягшись, Саша понял, что Катя — это Екатерина Михайловна — дочка Елены Павловны, а Георг (чаще Жорж) Мекленбургский — её муж и сын герцога Мекденбург-Стрелицкого, государя очередного мелкого немецкого княжества. Жили супруги главным образом в Питере, Жорж состоял на русской службе, и Екатерину Михайловну Саша пару раз даже видел на царских
