Хотя всем жителям города было объявлено, что наместник отбыл с благочестивой целью, возблагодарить богов за обильный разлив Нила за прошлый период и испросить богатого урожая в будущем.
Эбана и Нол остались ждать. Нол сказал, что все равно Тети будет собирать войска.
— Ты думаешь? — спросил Эбана. — Но его отец…
— Ты не знаешь, что говорят о Тети. Отец его, царь Апопи, не слишком его любит, и сын платит ему тем же. Он немного развлечется на охоте, и снова станет вербовать наемников.
— Хорошо если это так.
— Я знаю, что говорю. Но вот как нам пережить это время? Кто нас станет кормить?
— За это не беспокойся, Нол. Я смогу раздобыть для нас все что нужно.
— Ты удивляешь меня, Эбана. Мне кажется, что ты египтянин знатного рода, который скрывается среди азиатов.
— Это не так, Нол. Я не знатен и не богат.
Они остались жить в восточной стороне города в квартале иноземных гостей. Здесь всегда было много купцов, которых привлекали пираты, что дешево продавали награбленное.
Богатые финикийцы арендовали несколько домов, и Эбана знал, что один из домов принадлежал Дагону. Дом в три этажа с большим складом для товаров.
— И ты уверен, что нам окажут гостеприимство? — удивился Нол.
— Уверен. Это не только купец, это финикиец.
— И что? — спросил Нол.
— Финикиец всегда чует выгоду. И ему плевать какой ценой она досталась пирату.
— Но мы не пираты.
— Мы наемники.
Строение из кирпича и известняка с ярким фасадом «кричало» о роде занятий своего владельца. Тогда было модно изображать в рисунках то чем занимались хозяева дома.
Изображения на домах купцов показывали трудности их жизни и все опасности дальних путешествий. На корабли в море нападали страшные чудовища, в пустыне их поджидали злобные твари, выдыхавшие огонь. И помогали купцам только боги, которым они приносили щедрые жертвы.
На стене дома Дагона сама богиня Баалит благословляла купца и его людей. Она поражала своими стрелами врагов и очищала путь для караванов. За это Дагон приносил ей богатые жертвы. И все могли видеть, что этот купец особенно удачлив. И с ним стоило заключать сделки в первую очередь.
— Ты знаком с богатым купцом? — спросил Нол.
— Я много раз нанимался к нему для охраны его товаров. И он сможет нам помочь пристроиться в армии Тети.
— Финикийцам верить нельзя. Они могут продать родного отца.
— На подобное способны и наши египетские купцы. Я много видал таких на своем веку, хоть я и молод. А за этого финикийца поручусь. Да и не увидим мы почтенного Дагона. Его самого здесь нет.
— Как же так?
Эбана постучал в ворота дома и быстро сумел убедить слуг, что он прибыл от самого хозяина, ибо знал тайное слово…
* * *
Принц Тети спустя 20 дней вернулся в крепость и назначил большие игры. Во время таких состязаний он и пополнял свою дружину храбрецами. Рядом с принцем был князь Хиан, бывший военачальник царского войска, изгнанный Апопи из Авара.
Царь Апопи в гневе едва не приказал удавить Хиана, но того спасло заступничество великого жреца Апопа. И князю было дозволено покинуть Авар и отказаться от своего дома в цитадели гиксов. Он много потерял из имущества, но сохранил жизнь.
С тех пор Хиан и возглавлял дружину наместника в крепости Гнездо Азиатов и был его первым советником.
— У тебя сейчас есть полторы тысячи воинов, принц, — говорил он Тети. — Но разве этого достаточно? В будущей войне твоя крепость станет важным стратегическим пунктом. Жаль, что царь Апопи не понимает того!
— Мой отец не желает ничего понимать! Он заигрывает с египтянами и их жрецами. Но истинные гиксы еще не утратили доблести! Ты договорился о новых займах у финикийцев?
— Да, господин, — ответил князь Хиан. — Купцы дадут тебе все, что нужно для снаряжения армии.
— И лошадей для моих колесниц!
— Триста голов будет здесь не позже, чем через месяц!
— Поторопись с этим, Хиан! Я не могу быть слабым! Все ли готово для испытаний? Мне пора пополнить отряды наемников.
— Все готово, мой господин! Множество воинов готовы показать тебе свое воинское умение. В городе собрались бойцы из разных концов мира, господин.
— Есть ли критяне? — спросил принц.
— Нет, мой господин. Критян среди них нет. Я, зная твое расположение к ним, это выяснил в первую очередь.
— Жаль. Ведь это критяне помогли Камосу создать его армию! Без них она ничего бы не стоила! Они умеют заставить солдат трудиться по-настоящему!
— Среди пришедших есть ливийцы, или те, кто служил у них много лет.
— Ливийцы могут быть отличными солдатами на колесницах. А мне нужны будут колесничие.
— Таких ты найдешь среди беглых гиксов, господин. Они пришли под твою защиту. Это прирожденные воины!
— Убийцы и воры? Так? — принц усмехнулся. Он знал, кто бежал под его покровительство, из царских полков в Аваре.
— И что с того, если они умеют сражаться и добывать победы? — спросил Хиан. — Нам нет дела до того, что они свершили ранее.
— Ты прав, князь! В конце концов, ты также опальный воевода моего отца!
Гиксы считали египтян плохими солдатами и отчасти были правы. Египтяне занимались созидательным трудом и неохотно шли в войска. Им не нравилась ратная работа, как гиксам, ливийцам, хеттам, маитанам, нубийцам. Эти народы всегда любили воевать в отличие от миролюбивых жителей страны Кемет. Это позже при великих фараонах 18-й и 19-й династии некоторые египтяне полюбили войну и сделали её своим ремеслом.
Египетские войска состояли из небольшого числа профессиональных солдат, которые всю жизнь посвящали военному делу и при случае, когда фараон объявлял войну, они становились офицерами армии и учили ратному делу горожан и крестьян, призванных на службу. Но это были довольно жалкие воинские контингенты, которые плохо владели оружием и почти не понимали тактики и маневра. Двигались полки неорганизованно и не могли, иногда, осуществить, простого перестроения.
Князь Тети считал победу фараона Юга Секенера II три года назад простой случайностью…
* * *
На следующий день рабы обрядили наместника в льняную простую одежду, ведь принцу предстояло показать свое воинское умение. Наместник любил показать, на что он способен. Иногда он заключал рисковые пари и гордился, когда выигрывал.
Он прибыл на колеснице к месту игрищ, где собрались тысячные толпы. Правил лошадьми принц сам, так как уже давно не мог подобрать стоящего возницу.
На большом пространстве за городом, огороженном изгородью, были установлены шатры для князя и его военачальников. Все готово к началу состязаний. Будущее наемники знали, что всем, кто пройдет испытание
