Я могу только предполагать, как началась эта история. Вероятно, это была семья крылатых, попавшая в плен к подземным жителям. По какой-то причине их решили не убивать. Кто-то из рукастых хищников решил разводить этих странных крылатых человечков. Значит, где-то должны существовать и другие колонии крылатых. Только почему мы раньше о них ничего не знали? Почему ни один из караванщиков не обмолвился о странных жителях городка? Может быть, раньше жители эти были не такие странные?
Мир вокруг меняется слишком быстро. Иногда мне кажется, что он меняется не только сегодня и завтра, но кто-то пришел и заменил наше «вчера».
И, кстати: кто надиктовал Отцу пророчество?
* * *
Этой ночью Дракон охотился успешно. Три дохлых грызуна терпеливо ожидали моего пробуждения. С учетом вчерашних метаморфоз моего кота, могло быть что-нибудь и покрупнее. Костер давным-давно прогорел, но беспокоил меня даже не холод. И даже не сумасшедший взгляд Данилы, обращенный куда-то вдаль. После того, что ему пришлось испытать, будет просто удачей, ели он отделается всего лишь некоторой странностью во взгляде. Через три дня у нас назначена встреча с князем Порфирием. И даже если каким-то чудом полумертвый Ярослав, не выздоровевший до конца Данила и Алекс Каховский, несколько подрастерявший свою лучшую форму, доберутся до места… Я бы на месте Порфирия крепко задумался, прежде чем решился поддержать монарха с такой сомнительной свитой. Впрочем, за Порфирия можно быть спокойным – колебаться ему не придется. За оставшийся срок нам не преодолеть и половины пути.
Ну вот. У Ярослава взгляд не лучше, чем у Данилы. Может, это заразно? У меня взгляд стал примерно таким же секунд через шесть. Ровно настолько мне хватило силы воли, чтобы не смотреть, на что уставились мои не вполне здоровые друзья. А смотреть было на что. Отряд чернокрылых в полном обмундировании с флагами и штандартами смотрелся очень внушительно. Двести человек в черном на белой снежной равнине просто-таки обязаны смотреться впечатляюще.
– Маг, не знающий своей силы, господин Олекса, – мы готовы сопровождать вас!
Надо же, они готовы! Готов ли к этому я?
Глава тринадцатая
Несколько видов смерти
Любой неожиданный удар – это удар в спину.
Из объяснительной записки гетмана Мазепы
Не больше двадцати километров. С тем же успехом это могло быть не больше ста или пятисот… Крылатые летать толком не умеют. То есть летают примерно так, как я плаваю под водой: плыть плыву, но до рыбы мне далековато. Зафиксированный мною рекорд полета крылатых составлял метров двадцать. Ходят на любые расстояния – но медленно – крылья мешают. Не воины, а две сотни инвалидов. А ведь так и не скажешь – парни все крепкие, с хорошей реакцией. Ну, свихнувшиеся слегка на пророчествах, так не они первые… Утром нужно быть на месте встречи, и кажется, что время есть и его много, только двадцать километров – это по прямой. А так – все сто. Скорость же отряда, как известно, равна скорости его самого медленного бойца. В нашем случае это носилки с Данилой. Носилки с Ярославом передвигаются несколько быстрее – миллиметра на два в час. То есть какая-то польза от крылатых все же есть. Если бы они сообразили и мне – ужасному магу Олексе – предложить носилки, я бы перестал злиться на то, с какой скоростью они переставляют нижние конечности. Увы. Вероятно, в их глазах я слишком велик, чтобы нуждаться в помощи.
К сожалению, мое величие никак не повлияло на препятствие, которое заметило нас раньше, чем мы его. Это не трудно, если препятствие тебя ждет, а ты его – нет. Последние метров пятьсот меня не оставляло ощущение, что мы не единственные существа с развитым зрением в округе. То ли разведчики из крылатых никакие, то ли мои «ощущала» сработали слишком рано, но подтверждение явилось только сейчас. Голубой Дракон тоже не обрадовался. Думаю, ему не понравилась раскраска знамени, под которым собралась встречающая нас делегация. Белый рыцарь на красном фоне. Даже не знаю, что могло быть хуже: нас ждала встреча с родным братом княжны Лоретты литовским князем Эдмундосом и его уланами. Целую секунду я мечтал о том, чтобы нас попытались взять в плен. Но, судя по свисту арбалетных болтов, князь Эдмундос был бы вполне удовлетворен нашими тушками, даже если их кожный покров не будет сохранен в целости и сохранности.
Может, ходило мое войско недостаточно быстро, зато бегало оно в правильном направлении – ближе к лесу, дальше от арбалетчиков. Бедняге Эдмундосу все-таки придется подсуетиться, чтобы испить нашей кровушки: пришпорить коня, взять в руки пику…
Если бы эти всадники атаковали не нас, я смог бы лучше оценить красоту сомкнутого строя отряда из пяти сотен кавалеристов. Добежать до леса не успеем. Жаль, я бы точно предпочел заблудиться. Пусть даже половина уланов останется в этом снегу – оставшиеся не оставят нам ни грана надежды.
Командир из меня никакой. То есть командир большого отряда – никакой. Зато у меня был Ярослав. Не знаю, каким чудом он умудрялся стоять, да еще и командовать… Когда я оторвался от созерцания мчащейся смерти, то обнаружил за своей спиной смерть другого рода – выстроенный по всем правилам отряд пехотинцев, готовый встретить конницу. Им бы еще правильные щиты и копья…
Арбалеты снова выплюнули болты, проредив наш строй… Крылатые стояли, будто им снова было известно что-то из пророчества. Какая-нибудь строка наподобие такого: «Враг будет разбит, из нас никто не умрет». За войском литовцев стала видна характерная повозка, которая не оставляла вопросов, каким образом уланы оказались здесь. На таком транспорте в Киев явились литовские колдуны. Меня совсем чуть-чуть (глупо всерьез волноваться за несколько секунд до смерти, поэтому чуть-чуть) смущали два факта. Первый: как они узнали, где именно стоит нас ждать. И второй: если они все так правильно вычислили, то где второй отряд, который, по всем раскладам, должен атаковать нас сзади?
Всё просто. Быть быстрее. Всаживать железо в мясо, в жилы, в кость. Не парировать – уходить. Потому что, когда железо встречается с железом – боль и слабость растут с каждым ударом и убивают вернее любого противника… Еще быстрее. Литовец еще не понял, что уже мертв. Его сердце еще гонит кровь. Он успевает увидеть, как клинок выходит из-под его ребра. Он успевает нанести удар. Слишком медленно.
Рядом Данила. Пока держится. Шансы есть, слева от него Мальчик – было бы у меня на пару сотен таких «мальчиков» побольше…
Штандарт Киевской Короны немного впереди. Только вокруг Ярослава всё меньше бойцов. Единый материк нашего чернокрылого войска постепенно превращается в островки, которые один за другим тонут в море уланов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
