К концу января 1648 года у Хмельницкого уже имелось достаточно сил, чтобы двинуться на Запорожскую Сечь, находившуюся под контролем поляков. Охранявший ее польский полковник Гурский бежал. Был разбит и присланный на подмогу Чигиринский полк, причем многие реестровые перешли на сторону восставших.
После этого Богдан Хмельницкий был избран казаками гетманом. Начался новый этап борьбы. Его посланцы отправлялись в Киевщину и Брацлавщину готовить восстание. Призыв бороться против поляков находил живой отклик у тысяч казаков и крестьян. Последнее десятилетия «золотого века польской шляхты» накалило страсти до предела, достаточно было искры, чтобы вспыхнул настоящий пожар.
Маленькая трагедия маленького человека получила такой эффект, потому что почти у каждого жителя Украины в своей семье, семье друга или соседа тоже случилось нечто подобное. И в трагедии Хмельницкого, как в капле воды, все видели собственную судьбу.
Началась массовая подготовка к восстанию. По селам ходили кобзари, в своих песнях воспевавшие казацкую вольность, в церквях священники говорили о бесчинствах униатов и католиков, о необходимости с оружием в руках защищать православие. Попытки поляков конфисковывать оружие только еще больше накаляли ситуацию.
Но дальнейшие события не стали развиваться по знакомому сценарию казацких восстаний. Богдан был по натуре скорее искусным дипломатом, прошедшим прекрасную иезуитскую школу, нежели шальным казацким атаманом. Прекрасно понимая всю силу военной машины Речи Посполитой, он не довольствовался сбором добровольцев, а решил заручиться союзниками, и прежде всего военной поддержкой Крыма. Опереться на татар казацкие лидеры пробовали и до Богдана, но только ему, во многом благодаря знаниям и контактам, приобретенным в годы плена, удалось добиться от хана реальной помощи. Привлечение на свою сторону татар стало совершенно нестандартным шагом гетмана, адекватного ответа которому поляки долго не могли найти.
Кобза. XVII в.
В феврале были отправлены посольства к турецкому султану и к крымскому хану. Тогда же отослали письма и к донским казакам. Судьба благоприятствовала Богдану. Голод и массовый падеж скота в Крыму подтолкнули хана Ислам-Гирея к союзу с казаками. В конце февраля был заключен союз, а в марте прибыли первые татарские чамбулы (отряды)33. После прихода войска перекопского мурзы Тугай-бея (того самого, с которым еще недавно воевал Богдан) должен был прибыть и сам хан. Татары обещали грабить и убивать только поляков, не трогая украинские города и села. Заложником в Крыму остался Тимош Хмельницкий.
В это же время Полторакожух по приказу Богдана вел пропаганду среди реестровых казаков.
Богдан настаивал на возвращении старых «вольностей», на отставке поляков с должностей полковников, на автономии казацкого края. Но польские власти еще не до конца осознали всю серьезность ситуации. Войско, предназначенное для похода на Запорожье, собиралось медленно, раздавались голоса, чтобы разрешить морские походы и этим успокоить казаков. Об этом, в частности, в марте 1648 года писал король. Именно запрет походов считали корнем всех проблем канцлер Е. Оссолинский и брацлавский воевода А. Кисель. И только коронный гетман Н. Потоцкий настаивал на немедленных военных действиях. Он практически блокировал все попытки мирных переговоров с казаками, и в гневе писал Хмельницкому: «Скорее попадете на кол, чем дождетесь вольностей». На это Богдан отвечал философски: «Будет, пан гетман, так, как Бог даст».
Хан Ислам-Гирей. Гравюра XVII в.
Потоцкий не собирался ждать. Он не знал, что король издал указ, запрещавший поход на Запорожье. Впрочем, он вряд ли бы ему подчинился. Двадцать первого апреля Потоцкий отправил в поход своего сына Стефана с отрядом в четыре с половиной тысячи человек (вместе с вооруженной челядью, которую польская шляхта всегда брала с собой в поход, силы достигали семи тысяч34) и десятью пушками. В составе отряда были реестровые казаки Переяславского и Белоцерковского полков, а также польские хоругви (т. е. полки). В их задачу входил захват Запорожья. Через некоторое время с главными силами должен выступить и сам Потоцкий.
План был хорош. Поляк знал – казаки чаще всего прибегали к обороне в таборе (в чем были очень сильны). Ему и в голову не приходило, что Хмельницкий может выйти из Запорожья и броситься в лобовую атаку. Это противоречило всей логике казацких действий. Но в этом и была сила Богдана: он не собирался оглядываться назад. Не ожидая подхода поляков, он выступил им навстречу.
Вечером 28 апреля отряд сына Потоцкого расположился в урочище Княжие Байраки (около Желтых Вод). Хмельницкий, имея около пяти тысяч казаков и пяти тысяч татар, выступил из Запорожья и 29 апреля осадил лагерь поляков. В это время второй отряд, отправленный Н. Потоцким, состоявший из реестровых казаков, на челнах подошел к Запорожью. Сторонники Хмельницкого подняли среди реестровых мятеж, казнили пропольски настроенных старшин и избрали старшим Ф. Джалалию. Двенадцатого мая они подошли к Княжим Байракам, после чего реестровые казаки Белоцерковского и Переяславского полков тоже перешли на сторону восставших. Оказавшись перед лицом многократно превосходящего противника, С. Потоцкий попробовал отступать под прикрытием табора, но 16 мая казаки и татары прорвали оборону и разгромили поляков. В плен попало около трех тысяч человек, Стефан Потоцкий умер от полученных ран.
Одержав первую блестящую победу под Желтыми Водами, Хмельницкий предпринял быстрый марш, чтобы не допустить объединения Н. Потоцкого с силами Левобережных магнатов, и прежде всего – с И. Вишневецким. Правда, личное соперничество поляков играло ему на руку: Иеремия не спешил к Потоцкому, желая ослабления своих соперников.
Двадцать четвертого мая Хмельницкий уже переправился через реку Тясмин, направляясь к Корсуни. Н. Потоцкий, получив страшное известие о разгроме, пытался отступить к Белой Церкви. В его распоряжении было пять с половиной тысяч конницы и одна тысяча шестьсот пехоты (вместе с вооруженной челядью – почти четырнадцать тысяч). Однако Потоцкий задержался, позволив своим солдатам разграбить Корсунь. Утром 25 мая появилась украинская конница и татары. Хмельницкий приказал перекрыть (и даже перекопать) все дороги, отрезая тем самым путь полякам к отступлению. Потоцкий решил отступать, но в глубокой балке попал в засаду. После четырех часов страшной битвы польское войско прекратило существование. Н. Потоцкий и польный гетман М. Калиновский попали в плен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
