– А кем бы вы хотели видеть меня, малышка? – осведомился он. – Женщины обычно приходят в восторг от титулов. Понравится ли вам, если узнаете, что я герцог?
– Вы можете быть разбойником, – взорвалась смехом Уитни, – или даже пиратом! Но вы такой же герцог, как я!
Улыбка незнакомца из веселой превратилась в недоумевающую:
– Могу я спросить, почему вы так уверены, что я не герцог?
Припоминая единственного герцога, которого она когда-либо видела, Уитни дерзко оглядела его с головы до ног.
– Ну… начать с того, что, будь вы герцогом, наверняка не расставались бы с лорнетом.
– Но как бы я мог пользоваться лорнетом в маске? – удивился он.
– Герцогу ни к чему пользоваться лорнетом – это просто признак принадлежности. Он подносит его к глазам и оглядывает каждую из присутствующих дам. Но есть и другие причины, по которым вы просто не можете быть герцогом. У вас нет трости, вы не чихаете и не храпите, и, честно говоря, сомневаюсь, – чтобы вы имели право жаловаться даже на легкую форму подагры.
– Подагры? – фыркнул он, задыхаясь от смеха.
Уитни кивнула.
– Ни палки, ни подагры, ни храпа, ни лорнета! Как же вы надеетесь убедить кого-то в своем герцогстве?! Не стоит ли выбрать какой-то другой титул, на который собираетесь претендовать? Вы могли бы выдавать себя за графа, если бы хоть немного косили и косолапили.
Незнакомец откинул голову и вновь зашелся смехом, а потом неожиданно окинул ее задумчивым, почти нежным взглядом.
– Мисс Стоун, – поинтересовался он с веселой торжественностью, – неужели никто не научил вас, что благородные титулы необходимо почитать, а уж подтрунивать над ними по меньшей мере неприлично!
– Пытались учить, – едва выговорила Уитни, давясь смехом.
– И?
– И, как видите, потерпели неудачу. Несколько долгих мгновений Сатана не сводил глаз с ее сияющего лица, оживленного и изменчивого, как сама природа.
– Но вы уверены, что я не герцог, прежде всего потому, что у меня нет лорнета? – рассеянно спросил он.
Уитни кивнула, играя лентами маски.
– Вы должны постоянно носить его с собой.
– Даже на охоте?! – настаивал он.
– Будь вы герцогом, положение не позволяло бы вам ездить верхом, – слегка пожала плечами Уитни.
Он обманчиво небрежным движением завладел ее руками, притягивая к себе, пока их бедра не соприкоснулись.
– Даже в постели? – тихо осведомился он.
Уитни, парализованная его неожиданными действиями, вырвала руки и пригвоздила к месту ледяным взглядом. Десятки уничтожающих реплик были готовы сорваться с ее губ. Но как только девушка открыла рот, незнакомец встал, почти угрожающе нависая над ней.
– Могу я принести вам бокал шампанского? – как ни в чем не бывало предложил он.
– Вы можете идти прямо в…
Проглотив конец реплики из какого-то неясного страха, который он вызывал в ней своим огромным ростом и мощной мускулатурой, Уитни кивнула.
– Пожалуйста, – выдохнула она.
Он постоял несколько мгновений. Спокойные, непроницаемые серые глаза встретились с мятежными зелеными. Наконец он повернулся и направился к дому.
Как только незнакомец исчез за дверью, Уитни облегченно вздохнула и, повернувшись, поспешила перебежать газон и войти в бальную залу с противоположной стороны.
С этого момента вечер для нее был испорчен.
Уитни нервничала, выходила из себя, раздражалась, постоянно ожидая увидеть фигуру человека в черном плаще, которого совершенно искренне считала сатаной. Но он больше не подошел к ней и весело беседовал о чем-то в кругу маленькой компании.
Ожидая, пока тетя и дядя попрощаются с хозяевами, Уитни исподтишка наблюдала за Сатаной, идущим вдоль длинной линии отъезжавших гостей. Незнакомец наклонил голову, внимательно слушая улыбающуюся блондинку. Неожиданно он расхохотался над какой-то репликой, и Уитни покраснела, припомнив, как он смеялся с ней в саду. Интересно, кто эта женщина? Конечно, любовница, злорадно решила она. Вряд ли такой, как он, станет зря тратить время на женщину, не пожелавшую играть эту роль по крайней мере на одну ночь? Незнакомец внезапно обернулся, и во второй раз за этот вечер Уитни была поймана за недостойным занятием. Их взгляды скрестились, и Уитни гордо подняла подбородок, пытаясь заставить его первым отвести глаза. Странная загадочная улыбка играла в уголках его губ. Сатана отвесил вежливый поклон, и Уитни рассерженно поджала губы. Надменный, самовлюбленный… она мысленно награждала его самыми ужасными эпитетами.
– Ради Бога, дорогая, что случилось? – прошептала сзади тетя Энн.
Уитни, нервно вздрогнув, осторожно показала головой в направлении входной двери, где Сатана как раз накидывал элегантный плащ на плечи блондинки.
– Ты знаешь, кто она, тетя Энн?
Леди Джилберт, нахмурившись, несколько секунд рассматривала пару и уже покачала было головой, но в этот момент блондинка сорвала с лица полумаску.
– Это Мари Сент-Аллермейн, знаменитая певица. Да, да, я в этом уверена.
И в этот миг Уитни заметила странное, почти зачарованное выражение лица тети, рассматривавшей темноволосого мужчину в черном плаще.
– Но если она – Сент-Аллермейн, значит, он…
О Боже! Это он!
Энн внимательно вгляделась в лицо племянницы, но та как раз наблюдала за тем, как незнакомец, переступив через порог, ласково провел ладонью по спине блондинки. Девушка вспомнила, как эти самые руки обнимали ее, и покраснела от стыдливого возмущения.
– Почему ты спрашиваешь? – сухо поинтересовалась Энн.
Но у девушки просто язык не поворачивался признать, что она оказалась настолько глупа, чтобы отправиться с сад с человеком, которого в жизни раньше не встречала.
– Мне показалось, я знаю эту женщину, но теперь вижу, что ошиблась, – пробормотала Уитни и облегченно вздохнула, когда тетка предпочла заговорить о другом.
По правде говоря, Энн была рада сменить тему. Слишком долго она мечтала о счастье племянницы, чтобы увидеть, как Уитни станет очередным завоеванием герцога Клеймора. Мари Сент-Аллермейн вот уже почти год как была его любовницей, и ходили слухи, что он два месяца назад даже сопровождал ее в Испанию, куда певица поехала по личному приказу короля и королевы.
Много лет сплетники связывали имя герцога с именами самых прекрасных женщин благородного происхождения в Европе, причем брак не входил в список тех вещей, которые он предлагал. Этот титулованный красавец оставлял за собой шлейф разбитых сердец и разрушенных надежд на счастливую семейную жизнь, заставивших бы любую разумную незамужнюю женщину содрогнуться от ужаса! Да он был последним мужчиной на континенте, которого Энн хотела бы видеть рядом с Уитни. Последним мужчиной в мире!
