Читаем без скачивания Список донжуанов - Татьяна Полякова

В трубке что-то грохнуло. Подозреваю, муж свалился со стула или на чем он там сидел. Если бы он свернул себе шею ненароком, меня бы это очень устроило. Но нет, не повезло, потому что он вновь обрел дар речи.

– Ты мне что, грозишь?

– Да, – в два голоса ответили мы.

– И убери своего Гену на «Опеле», – продолжила Марья. – Наши люди его давно засекли. – В трубке опять что-то грохнуло. Что он там без конца роняет? – Лучше исповедуйся, пока не поздно. Ибо самое страшное для христианина умереть без покаяния, злые бесы будут терзать твою душу…

– Господи, дай мне силы, – с такой мукой, точно бесы его уже терзали, простонал муж и отключился. А я тяжко вздохнула.

Через минуту в комнате появилась Марья, с видом сироты замерла у двери и сказала:

– Извини, я погорячилась. Планы ему наши выболтала. Теперь убрать его будет не просто. Предупрежденный враг, наполовину… забыла, как дальше. Злишься?

Сил злиться на нее у меня давно уже не было.

– Ничего, – вздохнула я, – как-нибудь.

Через некоторое время позвонил Олег и тоже не порадовал: суды завалены заявлениями о разводе, он приложил максимум усилий, но ранее, чем через месяц, заседания суда ждать не приходится.

– К тому же твой муж на заседание скорее всего не явится.

– В этом случае нас не разведут?

– Как правило, нет. Конечно, если ты сможешь убедить, что вы уже давно, по сути дела, не являетесь мужем и женой… Очень бы помогли фотографии, изобличающие его измены.

Я в печали постояла возле телефона, повесив трубку. Как же забрать пленки? Теперь о том, чтобы просто наведаться в бывшее жилище, не могло быть и речи, война началась нешуточная. Домработница может позвонить супостату, а тот в милицию нажалуется, что я его ограбила, в отместку на мое заявление. Значит, в квартиру придется проникать тайно, что совсем не просто, если на хвосте у меня неведомый Гена. Может, даже не один Гена… Я хотела посоветоваться с Марьей, но эту идею пришлось оставить – что-то она последнее время чересчур кровожадна, чего доброго, предложит избавиться от слежки самым радикальным образом.

Я сидела, почесывала затылок и наконец кое-что придумала. Позвонила Олегу и первым делом спросила:

– Ты на каком этаже живешь?

– На втором. А что? – удивился он.

– Подходяще, – обрадовалась я и коротенько его проинструктировала.

– Господи, – тихонечко пискнул он, но быстро собрался с силами, и мы спокойно обсудили мой план.

Осуществлять его Олег начал немедленно, о чем и сообщил мне, позвонив через полчаса, и я со спокойной душой смогла вернуться к работе, правда, ненадолго, потому что позвонил Гридин-сын. Андрей Петрович был ласков до приторности и заявил, что нам необходимо встретиться. Встречу назначили на семь часов. Андрей Петрович обещал заехать за мной. Я пошла на кухню, решив посвятить Марью в свои планы. Оказалось, что делать это необязательно, Марья усердно подслушивала все разговоры и была практически в курсе.

– Значит, пока Олег будет заговаривать Сереге зубы в ресторане, мы проникнем в квартиру и заберем пленки, – восторженно прошептала она. Глаза ее сияли, и я подумала: не ту старушку Марья встретила, не в церковь ей дорога, а… в совершенно другое место. – А этому хмырю что надо? – нахмурилась она, имея в виду Андрея Петровича.

– Это я узнаю, когда встречусь с ним.

– Я с тобой пойду, он на стороне Сереги, а от того можно ждать любых пакостей.

– Ты останешься дома, – покачала я головой и, не дожидаясь ее возражений, добавила: – Может, нас тоже из дома выманивают.

– Точно, – вытаращила она глаза. – Небось бомбу подложат, придем, свет включим – и тю-тю.

Я кашлянула, решив, что Марья натура чересчур увлекающаяся, и посоветовала:

– Марья, держи себя в руках.

Так что, когда Андрей Петрович появился в нашем дворе и посигналил, я отправилась одна, а Марья осталась, заверив, что в дверь мышь не проскочит. Андрей Петрович вышел из машины, поцеловал мне руку и, устроив с удобствами, сообщил, что ужинать мы будем во «Фламинго». Я не возражала, хотя вполне могла бы обойтись без ужина.

Через полчаса мы устроились за столиком на двоих, сделали заказ, потратив на это минут пятнадцать. Андрей Петрович предлагал мне вкусить различные блюда, демонстрируя завидную эрудицию в этом вопросе, а я решила: он просто тянет время, потому что разговор предстоит неприятный. Мы выпили, и он наконец-то начал:

– Сегодня я разговаривал с Сергеем. Он утверждает, что вы ему грозили расправой. Это что, шутка? – Он улыбнулся, однако взгляд, сопровождающий улыбку, был скорее укоризненным.

– Он первый начал, – обиделась я. – Обещал убить меня. Мне это надоело, и я ответила, что не худо бы ему и о своей безопасности подумать. Конечно, все это ужасно глупо, но когда люди ссорятся…

– У меня создалось впечатление, что он отнесся к угрозе серьезно.

Я даже вилку отложила в сторону, перестав обращать внимание на прекрасный салат из крабов, так меня потрясли его слова.

– Он что, с ума сошел? – смогла наконец произнести я. Андрей Петрович пожал плечами. – Слушайте, вы человек здравомыслящий, так скажите на милость, каким образом я могу убить своего мужа? Отравить мышьяком и через пару дней оказаться в тюрьме? Он все это нарочно придумывает, чтобы…

– То же самое утверждает он. Не было никаких ночных гостей и никакого покушения. Вы все выдумали.

– У меня свидетель есть.

– Его бывшая любовница, у которой на него большой зуб?

– Хорошо. Допустим, я все выдумываю. Что дальше?

– Я сказал Сергею, что такие дела решаются полюбовно. В вашем случае все вообще просто, ведь раздела имущества вы не требуете. На что он ответил, что теперь абсолютно уверен, вы не требуете своей доли только потому, что решили избавиться от него до суда. Попросту убить. И тогда все и так достанется вам.

– Зачем мне его деньги, если я окажусь в тюрьме?

– Совсем необязательно убивать самой, – равнодушно пожал плечами Андрей Петрович.

– Вы киллера имеете в виду? – Я тяжко вздохнула. – Все точно с ума посходили.

– Так вы с кем-то обсуждали это?

– Я… допустим… это просто предположение. Так вот, допустим, я решила нанять киллера, допустим, мне даже удалось каким-то образом его найти, хотя с трудом представляю как. Но ведь это стоит денег. А у меня их нет. К тому же до конца жизни я буду бояться шантажа или роковой случайности, в результате которой окажусь все в той же тюрьме. Если вам нетрудно, растолкуйте, пожалуйста, моему мужу, что моего здравомыслия хватит на то, чтобы не делать глупостей.

– А если это сделает кто-то другой?

– У Марьи тоже денег нет, – усмехнулась я и разозлилась на себя; совершенно ни к чему приплетать сюда Марью.

– Я бы согласился с вами и думать забыл бы обо всех этих угрозах, если бы не одно обстоятельство: у вашего мужа много врагов. Вам об этом известно?

– Теперь, конечно, да, раз вы об этом сказали.

– Так вот, Сергей опасается, что вы найдете общий язык с кем-то из его недругов.

– То есть приду и попрошу: убейте моего мужа.

– Примерно так, – серьезно кивнул Андрей Петрович. – В ответ вам предложат сделать что-то, когда ваш муж покинет нас. То есть вы можете заключить взаимовыгодное соглашение.

Я сидела, таращила глаза на Андрея Петровича, и страшная истина открылась мне: я умудрилась вляпаться во что-то скверное. Люди, вроде Андрея Петровича, дурака не валяют, и если он говорит все это…

– Вам налить воды? – заботливо спросил он. – Вы побледнели. Знаете, почему я завел этот разговор? – продолжил он, когда я, хлебнув минералки, понемногу пришла в себя. – Вы мне очень симпатичны. Более того, я вам верю, вы действительно просто хотите развестись с мужем, хотя бывали случаи, что я верил напрасно и… В общем, вы мне симпатичны, и я хочу уберечь вас от ошибки. Заявлениями, вроде сегодняшнего, вы просто загоняете своего мужа в угол, и он, беспокоясь о собственной безопасности, вынужден будет…

– Пусть он даст мне развод, и больше никогда обо мне не услышит.

– Да-да, – с грустью кивнул Андрей Петрович. – Ситуация неразрешимая, вы не находите? – Тут он взял мою руку и закончил совершенно неожиданно: – А не махнуть ли нам куда-нибудь на пару недель, а? Вас это отвлечет от печальных мыслей, а я буду спокоен за вашу безопасность.

– Я вас правильно поняла? – спросила я с недоумением.

– Абсолютно.

– Кажется, вы женаты?

– Пока да. Но мой брак, как и ваш, не принес мне счастья. Ни мне, ни супруге. Живут чужие люди под одной крышей. А когда я увидел вас… Со мной давно такого не случалось. Жизнь вдруг показалась мне прекрасной, и чувство такое, будто что-то ждет впереди, то, что принято называть счастьем.

– Спасибо, – пробормотала я.

В голове билось: «Вот мерзавцы, нарочно все подстроили, чтобы обвинить меня в неверности. Только что от этого Сергей выиграет? Допустим, не верна, и что? Лишний повод развестись, а может, в законах что-то есть по этому поводу? Законы я знаю плохо, точнее, вовсе не знаю».