- Ой! Прости, - лепечу испуганно, рукой упираюсь о бедро Даниила, чтобы подняться, но рука вновь соскальзывает, и я носом ударяюсь о мужскую грудь.
Больно! Глаза вмиг наполняются слезами, к тому же ещё со стыда сгораю от своей неуклюжести, хочется провалиться сквозь землю.
- Аккуратнее, не ушиблась? – чужая рука оказывается на моей спине, чуть выше пояснице, вторая обхватывает меня за подбородок, приподнимает лицо вверх.
Зажмуриваюсь, не хочу показывает ему, как мне больно, но делаю только хуже. Чувствую, как из уголков глаза по щекам скатываются накатившиеся слёзы.
- Чёрт! Сильно ударилась? – лицо опаляет чужое дыхание.
Сильно! Но я отрицательно качаю головой.
- Открой глаза, - летит приказ, и я опять подчиняюсь.
Неужели так теперь всегда будет, пока мы изображаем пару?
Стоит только открыть глаза, как наши взгляды встречаются.
- А теперь ещё раз, сильно ударилась? – повторяет вопрос.
Соврать не получиться, врать смотря в глаза я не умею!
- Уже почти не больно, - говорю и отвожу глаза в сторону.
Боль и вправду уже не такая, как в первые секунды.
- Прости, не думал, что так получиться, - убирает руку с моей спины, и её же вытирает практически высохшие дорожки слёз.
Молчу, не знаю, что сказать ему в ответ.
- Нужно ехать, - разрывает тишину Даниил, - давай, перекидывай ногу вот сюда, - говорит и хватается за мою ногу, что ещё находиться сзади, а другая уже спереди.
Боже! Как же стыдно, раскорячилась, что корова на льду! С помощью Даниила перелезаю на переднее сидение, пристёгиваюсь ремнём, но следом отстёгиваю его. Дару! Нам ехать меньше минуты!
Зарецкий разворачивается можно сказать на месте и медленно едет в сторону универа.
- Когда я остановлюсь, не спеши вылазить, я сам тебе открою дверь, помогу с пуховиком, нас должны увидеть, как можно больше народу, - говорит Даниил и заворачивает на парковку университета.
Мне его идея не нравиться, но деваться некуда. Даниил паркуется на свободном месте, оно, как назло, с самого края, мы как на ладони. Всё, как обычно – студенты стоят небольшими группами, разговаривают о своём.
- Сиди, - бросает Даниил и выбирается на улицу.
Замечаю, как большинство студентов поворачивают головы в нашу сторону, смотрят на брата Виктора. Дверь открывается в лицо бьёт холодный воздух, ёжусь.
- И как ты только ходила в тех шмотках и ещё не заболела? – качает головой Дан.
Вместо того, чтобы просто подать мне руку, он ныряет в салон и быстрым движением подхватывает меня на руки, вытаскивает на улицу. От неожиданности с губ срывается негромкий вскрик.
- Тихо, - раздаётся над головой, - расслабься, - следует приказ, а дальше мои губы опять целуют без спроса.
Мне впервые хочется сбежать с пары, спрятаться под одеялом, и не показываться никому на глаза. Девочки – одногруппницы не сводят взглядов, перешёптываются, кто-то посмеивается, кто-то смотрит хмуро. Парни ведут себя более сдержанно, но также тихо обсуждают мой новый гардероб. А мне снять его хочется, уж лучше голой ходить, и то меньше внимания привлеку. Один только Виктор ухмыляется, смотря на меня, но не обсуждает.
Я мышкой юркую из аудитории в аудиторию, стараюсь не привлекать лишнего внимания, но не получается! После второй пары ко мне начинают подходить девочки, с прямым вопросом «правда ли я встречаюсь с Даниилом Штормом?». По началу я терялась – слыша незнакомую фамилию, но по имени понимала, что спрашивают про брата Виктора. Я даже и не знала, что у них фамилии разные.
Я отвечала коротким «да» и сбегала от дальнейших вопросов. На третий паре ко мне подсел Виктор. Я всегда сидела одна, впереди всех, поближе к преподавателям, чтобы не упустить ни капли материала.
- Расслабься, Мышкина, - первое, что произнёс Виктор, нагло занимаю свободное место рядом, - сделай вид, что тебе пофиг на все эти взгляды и пересуды, - кивнул головой назад, где сидели остальные одногруппники.
Легко говорить, когда не на тебя смотрят словно червя, что неожиданно приобрёл крылья.
Я не отвечаю Виктору, делаю вид, что занята повторением прошлой темы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Ну что? Поможешь бедному родственнику? – явно намекает на доклад.
- Мы не родственники, - тихо бурчу в ответ, не смотря в его сторону.
Но даже не видя, я чувствую, как он усмехается.
- Ну, как же? Если ты встречаешься с моим братом, значит мы родственники, - заявляет мажор, и говорит он далеко не тихим голосом.
Его слышит вся аудитория. После того, как Виктор подсел ко мне, вокруг все замолчали, слушают нас.
Вот же сволочь? Неужели он и правда поверил своему брату? Но ведь не спроси же! Но зато можно узнать про другое, что не даёт покоя.
- Почему у вас с Даниилом разные фамилии? – поворачиваю голову в его сторону, спрашиваю тихо.
- А ты как думаешь? Неужели братец с тобой не поделился такой информацией? Вроде находящиеся в отношениях люди должны знать друг о друге всё, ну или практически всё, - с ехидством и прищуром глаз, произносит мажор.
- Мы не разговаривали на эту тему, - нахожусь с ответом, - да и спрашивать Дана о таком я не стала, - с трудом ворочаю языком, вру мажору, отворачиваюсь обратно в тетрадь.
- У нас отцы разные, его погиб, когда Дан ещё ребёнком был, - неожиданно без ехидства произносит Виктор, - мой отец с нашей мамой познакомился гораздо позже, поженились, но Дан отказался менять фамилию, вот поэтому они у нас у нас разные, - поясняет Зарецкий.
Я уже поняла и без его ответа, что отцы у мажоров разные.
- Ну так что, родственница? Доклад мне сделаешь? – вновь завёл пластинку.
Конечно, можно сделать, чтобы он отстал, но обида за порванную вещь ещё не утихла.
- Включи свои мозги, Виктор, и сделай его сам, - отвечаю наглому мажору.
- Не! Так не пойдёт! – качает головой, - не хочу перенапрягать свои извилины, они мне в другом деле пригодятся, - прижимается ко мне вплотную, закидывает свою огромную лапищу на моё плечо, - помоги мне, Катенька, я же не отстану, - шепчет на ухо.
А мне становиться плохо, он слишком близко и со стороны явно смотреться не то, что есть на самом деле, и шёпотки позади это подтверждают.
- Отодвинься, - прошу с мольбой в голосе, - сделаю я твой доклад, сделаю, только отстань! - сдаюсь, лишь бы он отодвинулся, а лучше и вовсе пересел обратно к своим друзьям!
- Ой как хорошо! Ты просто чудо, Катюша! Правильный выбор сделал Дан! Привёл в семью очень хорошего и нужного человека! – громко произносит на всю аудиторию, - с меня новый рюкзачок, Мышкина, - продолжает мажор, - а то этот, - тычет в мой старенький, - не вписывается в твой новый гардероб, - звучит очень тихо, настолько, что слышу только я.
С трудом сдерживаю себя, чтобы не встать и не убежать прочь, закрывая полыхающею от стыда лицо.
Виктор возвращается на место к своим друзьям, и я наконец-то остаюсь одна. Доклад тебе нужен! Мажор хренов! Будет тебе доклад, да такой, что на всю жизнь запомнишь! Мысленно радуюсь своей затее. Знаю, что так нельзя делать и возможно у меня будут с ним проблемы ещё хуже, но ничего поделать собой не могу. Отомщу я ему и за сумку, и за наглость его, которой в нём больше, чем стыда! Да, наверное, того и вовсе в нём нет!
Последнюю пару я отсиживаю, как на иголках, я нервничаю, до общежития я поеду с Даниилом, что с минуты на минуту должен подъехать на парковку универа и забрать нас с Виктором.
Игоря я за весь день не встретила, видела его группу, но его среди них не было, прихожу к выводу, что его сегодня нет в универе.
Стены университета мы с Виктором покидаем вместе, быстро идём на парковку, где в первом ради стоит машина Даниила, а рядом с ней кружиться стайка девушек – старшекурсниц.
- О! Смотри! Дан кастинг проводит, - громко хмыкает парень.
Хмурю брови, не понимаю, о каком кастинге говорит младший мажор? К тому же самого Даниила не видно, он, наверное, в машине сидит. Так и есть! Дверь с водительской стороны открывается и на улицу выбирается Даниил.
