в общем, идея-то не нова.
— Именно.
— И ничего не выходит?
— И ничего.
— Значит, ты что-то делаешь не так.
— Не сомневаюсь. Но пока ничего другого я не придумал.
— Ничего другого? А что ты делаешь? Ты разве не просто сидишь и не мозолишь глаза об этот ствол?
Тася ткнула пальцем в ствол джунгабаса.
— Не совсем. Я закрываю глаза и пробую увидеть то, что… — Митяй замолчал.
— То, что видит дерево? — С заумным видом спросила Тася.
Он только вздохнул.
— Согласен, звучит бредово.
— Да нет, нормально.
Однако сказать это убедительно у Таси не вышло. Наверное, поэтому Митяй, наконец, перестал сверлить дерево упрямым взглядом, вздохнул и пошёл спать.
Проснулись они на рассвете. Было очень тихо.
Тасе вдруг очень сильно захотелось посмотреть на этот самый рассвет. Она когда-то вставала на работу очень рано, и безумно любила это время — минут пятнадцать-двадцать, когда зарождается день, а город и люди ещё спят.
Рассвет — он очень красивый. Таких цветов — небо, свет — она не видела больше нигде и никогда. А тут рассвет какой?
Тася встала и вышла из палатки.
Остановилась сразу же за порогом. Медленно огляделась.
Ну что же… идеально. Это, конечно, не город, который из серого становится нежно-розовым, трогательно невинным. Но тут своя изюминка — зелень приобрела нежный сиреневый оттенок, стала почти бархатной. И тишина. Кажется, ты в вакууме… в безвременье.
Тася вдохнула полной грудью. Собственное дыхание было громким, живым.
Она почувствовала себя удивительно живой. Впереди целый день… как маленькая вечность.
— Всё в порядке?
Митяй словно вырос рядом.
— Да. Смотри как красиво. — Шёпотом ответила Тася. И улыбнулась ему.
Он улыбнулся в ответ и тоже поднял голову к небу. Ну, или к веткам, которые закрывали небо. Они тоже не шевелились, по утрам не бывает ветра…
Так они и стояли. Минут двадцать точно.
Здорово, когда есть человек, с которым комфортно молчать.
Потом взошло солнце и зашумели птицы. Зашелестели листья. Ящерицы забегали. Так как Тася стояла неподвижно, одна — маленькая, белесая — забежала ей на босую ногу, но видимо, поняла свою ошибку и стрелой метнулась в траву. Но настроение повысилось.
— Завтракаем и выходим. — С улыбкой сказал Митяй.
На завтрак были грибы. Ну конечно, что же ещё? Но теперь не тушёные, а жаренные на палочке. И со специями из рюкзака Митяя они были очень вкусными! А то, что они слегка подгорели — какая разница?
Потом они собрались и снова пошли дальше.
— Через час дойдём. — Сказал Митяй, прикинув расстояние.
И действительно, сегодня дорога была ровной, всего пару раз пришлось лезть через стволы джунгабасов. Но и это к лучшему — и разминка, и развлечение. Тасе нравились фиолетовые наросты на стволах, они иногда будто бы светились изнутри. А ещё из них можно было сделать тарелки. Красивые. Может, если они когда-нибудь остановятся надолго, Тася обязательно этим займётся. А пока так ими полюбуется, со стороны.
Но вот впереди, наконец, показалось что-то другое. Тася уже привыкла к мешанине растительности и грибов, и сразу уловила отличие. Цвет. Это было серого цвета, того оттенка, который не встречался в джунглях. И довольно большое. И ещё, что немаловажно — статичное.
— Это катер? — Быстро спросила она.
— Да.
Остаток пути Тася летела как на крыльях, не отводя от катера взгляда. Ей было жутко интересно! Какой он внутри?
Снаружи катер был, пожалуй, размером с небольшую яхту. И внешне похож на яхту — обтекаемой формы, слегка вытянутый, разве что с крышей, которой обычно у яхт нет.
Катер стоял на земле на подпорках. Они подошли и перед ними сам собой открылся люк — большая овальная дверца. Внутри катера загорелся холодный голубой свет.
Тася взволнованно вздохнула. Она на пороге великих открытий! Перед ней настоящий космический корабль! Как тут не волноваться?
— Заходи, будь, как дома. — Обыденно сказал Митяй. Он никакой принадлежности к чуду не чувствовал.
Она, конечно же, не заставила себя упрашивать. Схватилась руками за поручни у люка и вошла.
Коридорчик был всего два метра в длину и выливался в круглое помещение. Тася на дрожащих ногах прошла в него и остановилась посередине, вертя головой, как сова. Увидела два кресла перед огромным обзорным иллюминатором и ещё по два у стен.
Тася сразу же уселась в одно из двух главных кресел. Панели управления не было, только покатый узкий столик под иллюминатором. Тася решила, что панели управления выдвигаются, как все здешние экраны.
И точно. Митяй сел во второе кресло, схватил у столика что-то невидимое, вытянул, и прозрачная панель тут же появилась и перед ним, и перед Тасей.
Она смотрела во все глаза и не знала, о чём первым делом спрашивать.
Митяй включил иллюминатор Если раньше изображение было обычным, как сквозь простое стекло, то теперь изменилось. По бокам поплыли полосы текста, таблицы и графики. Само изображение наполнилось тонкими линиями, которые повторяли контуры растительности за бортом, и то появлялись, то исчезали.
— Что мы будем делать? Улетим?
— Я думаю. — Митяй запустил какое-то приложение. В углу иллюминатора открылась карта, наверное, поверхность планеты, на которой тут же появились жёлтые пульсирующие круги.
— Проверка с минимальным излучением. — Сказал Митяй. — Радиус — сто километров.
— Приказ принят. Приступаю к выполнению. — Сказал приятный голос. Женский или мужской, Тася не поняла, он был совершенно нейтральным. И откуда он звучит, она тоже не поняла, хотя старательно осмотрела потолок и стены.
Через минуту тот же голос сказал:
— Проверка проведена, знакомых и незнакомых устройств не обнаружено.
— Очаги тепловой энергии?
— Очагов тепловой энергии не обнаружено.
— Скопления объектов не растительного происхождения?
— Объектов не обнаружено.
Митяй вздохнул и откинулся на спинку сидения. Посмотрел на Тасю.
— Нам нужно решить, что делать дальше.
— А какие есть варианты? — Тихо спросила Тася.
— Первый — улететь. Но большая вероятность, что Саблезуб нас засечёт и тогда уже будет жарко. Он нас не оставит. Ты сбежала и теперь недоступна. И вряд ли у него запас симпатичных анабиозных девушек. — Митяй усмехнулся. — Пока он не знает, что я тут, будет действовать более осторожно.
— Ты уверен? Он вчера взрывал джунгли, где вполне могла бы быть я!
— Тоже верно. — Не стал спорить Митяй. — Или мы можем остаться здесь. Заняться связью и попробовать дождаться моих друзей в тени. Остаться незаметными. Тогда есть вероятность, что Саблезуб утихомириться, хотя бы на время. Затаится, чтобы придумать новый план. А время-то идёт. Любая задержка — в нашу пользу.
Они помолчали, переглянулись.
— Ладно, я неправ. Обманывать себя не стоит. — Вздохнул Митяй. — Он не успокоится в любом случае. Просто есть шанс, что после вчерашнего выброса эмоций он станет действовать осторожно. А
