Жена словно утратила волю к жизни. Через пять дней она тихо угасла на моих руках. И я в одночасье лишился семьи. Остался совсем один. – Борисыч остро глянул на руку Алекса, обнимающую меня за талию и продолжил: – Люди по-разному переживают свое горе. Кто-то пьет спиртное лошадиными дозами. Кто-то рыдает день и ночь. Кто-то с головой уходит в работу. Я же поставил перед собою цель: отомстить за моих девочек. Уничтожить тех, кто сломал их жизни. Я поклялся положить на этот кровавый алтарь свою жизнь. И у меня получилось. Не буду вдаваться в подробности, но через полгода меня заметили. На меня вышли люди, сделавшие охоту за иными своей профессией. Так сильный ведьмак похоронил свой дар и стал профессиональным чистильщиком. – Шеф усмехнулся нашей с Алексом реакции на услышанное. И поинтересовался: – Вампир, ты удовлетворен моей откровенностью?
Алекс молча кивнул. Хотя нет, вру. Не кивнул. Он поклонился Борисычу, отдавая дань его горю и его силе. Шеф вздохнул:
– Хорошо. Теперь ответь на мои вопросы. И в первую очередь меня интересует: что для тебя значит Аня?
Алекс сильнее прижал меня к себе и поцеловал в висок. Я слышала, как он вдыхает запах моего тела.
– Аня для меня все. И это не описать словами. Ради нее и ее безопасности я пойду на абсолютно любой шаг. Я уже предложил ей самой выбирать, что она хочет. Здоровье я ей верну в любом случае. Остальное – по ее выбору.
Взгляд шефа на мгновение потеплел.
– Ты собираешься ее обратить?
И тут я с изумлением ощутила, как Алекс напрягся, вытягиваясь в струнку. А вампир очень осторожно подбирал слова:
– Мне очень не хочется причинять вам дополнительную боль. Но тот вампир, которого встретила ваша дочь, он был из низших, обращенных. И очевидно, что того, кто его обратил, рядом не было. Поэтому у него ничего не получилось с вашей дочерью. Низшие вампиры сами по себе не могут никого обратить. На это способен только высший. Или низший, но под присмотром своего мастера.
Шеф опасно прищурился:
– Почему ты так решил?
– Главным образом потому, что вашу дочь не обратили, а просто выпили, лишив жизни. Низший, лишенный определенных магических сил, даже зная весь процесс, ничего не сможет поделать.
– А ты – высший? Ты сможешь?
Как в кошмарном сне или на замедленном воспроизведении видео, я наблюдала, как Алекс медленно покачал головой:
– Не смогу.
Глава 14
У меня сердце замерло в груди. Как же так?! Алекс же предложил мне вечность? А теперь выясняется, что он не сможет меня обратить. Что же он тогда мне предлагал?
Борисыч весь подобрался и жестко выплюнул:
– Почему?
– Потому, – Алекс с сожалением вздохнул, – что я не высший, я – рожденный вампир. И я не могу воспользоваться силой и магией выпитой человеческой крови. Конечно, она меня поддерживает, дает силы жить, выходить под солнце, не стареть и не болеть. Но не более того. Хотя, нет, вру. Я могу обратить Аню и в этом мире. Но тогда она станет низшим вампиром, не способным переносить не только солнечный, но и просто дневной свет, полностью зависящим от выпитой крови. Мне бы этого не хотелось. Я хотел бы, чтобы моя любимая была мне равной. Чтобы могла разделить со мной все, что даст нам жизнь. Чтобы могла сполна наслаждаться этой жизнью.
Борисыч задумчиво изучал Алекса. Словно никогда ранее не видел ему подобных.
– Не знал, что существуют еще и рожденные. Как это? Что нужно, чтобы вампир родился? Где твои родители, и кто они?
Алекс хмыкнул:
– Мои родители тоже вампиры, как вы понимаете. Ну а где… Я сам не знаю. Дело в том, что родился я не в этом мире. Ваш мир мне чужой.
Я с любопытством наблюдала, как отвисала челюсть шефа по мере осознания услышанного. Как все больше он таращил на вампира глаза.
– Как это – чужой? – Борисыч так и не смог до конца справится с волнением. И голос его едва заметно подрагивал. – Откуда ты?
Алекс склонил голову к плечу, пряча от Борисыча взгляд. Но я со своего места успела поймать промелькнувшую по его лицу тень. Тоска. Вот что это было. Лютая тоска по утраченному. У меня ладони зачесались от неимоверного желания прикоснуться, утешить, забрать хотя бы часть его боли на себя. Но Алекс быстро справился со своей слабостью и выпрямился:
– Я думаю, это уже не важно. Я несколько столетий искал способ вернуться назад. И не нашел. Значит, его не существует. А теперь тем более, для меня это уже утратило актуальность. – Алекс легко и светло мне улыбнулся, осторожно провел костяшками пальцев по щеке. – Я больше не один. У меня есть Аня. Так какая разница, под каким светилом я разделю ее жизненный путь?
Борисыч смотрел остро, пристально. Словно искал подвох, хотел уличить в обмане. Я растерянно переводила взгляд между мужчинами, обостренно ощущая возникшее напряжение, невольно ожидая нападения. Но ни вампир, ни чистильщик не двигались.
Прошло довольно много времени, пока мужчинам не надоело меряться взглядами. Шеф расслабился, переменил позу и, прищурившись, поинтересовался:
– Ну хорошо. А дальше что ты будешь делать? Раз обратить Аню ты не можешь. Про ее диагноз, я надеюсь, ты знаешь?
Алекс небрежно пожал плечами:
– Знаю, конечно. И не считаю это большой проблемой. Нам нужно только продержаться, не привлекая внимания ваших подчиненных, до того момента, как Аня уволится.
– А дальше что?
– Своей кровью я могу поддерживать ее бесконечно долго. Я сегодня рискнул поделиться только крохотной капелькой, опасался, что резкое улучшение вызовет ненужное внимание и подозрения. Как только мы исчезнем, я дам Ане столько, сколько будет нужно до полного выздоровления. И в дальнейшем смогу поддерживать ее на том же уровне пока живу.
– А дальше? – Шеф пристально смотрел в глаза вампиру.
– А я просто постараюсь не попадаться чистильщикам на глаза, чтобы не было "дальше"
Шеф фыркнул:
– Не придуривайся! Ты понял, что я
