- Я хочу тебя, - шепчу ей на ухо. - Я давно за тобой наблюдаю, мне кажется, что мы могли бы друг другу помочь.
- Помочь? А чем? - она говорит мне на ухо, горячо дышит в шею.
Чувствую, во мне просыпается что-то животное, то что было похоронено с того момента, как я в ЗАГСе сказал “да”.
- У меня есть деньги, пока не очень много, но мы можем из нашей компании сделать огромную империю. Вместе.
И она оказалась волшебницей. Секс давно не приносил столько удовольствия. И не только потому он был на столе, в разных позах. И не потому что эти отношения были под запретом. Она дала почувствовать мне себя мужиком, я угадывал ее желания. Мне так казалось.
Одним махом допиваю бутылочку алкоголя. В голове уже гудит, все плывет. Злость утихает, приходит состояние - “а не говно ли я?”
И, кажется, я оно. Я же думал, что только в командировках будет классный левак, я научусь всему с Ингой и отнесу все в семью. И никуда я ничего не принес.
Сначала только командировки, через два месяца мы переспали впервые в моем кабинете. Это было еще лучше. И я не заметил, как все чувства к Лиле охладели. А к Инге разгорелись настолько, что я откровенно перестал париться, скрывать все. Даже к маме раз пришел. Повинился. Сказал, что у меня новая любовь, что я уже не очень счастлив с женой. Мама тогда ничего не сказала, через два дня приехала в офис.
Зашла с выражением, как будто у нее под носом использованная туалетная бумага.
- Леша, что-то у тебя с вкусом все плохо. Одна серость серая, вторая как будто с панели. В кого у тебя такие наклонности к уродству?
- Мам, но она классная, я себя с ней счастливым ощущаю.
- Сына, я тебе запрещаю семью ломать! Ты думаешь, эта твоя новая профурсетка будет тебе готовить, стирать, из командировок ждать. И закрывать глаза на твое откровенное, как бы это правильно сказать.
- Да, и терпеть твой золотой характер, - впервые я нахамил маме.
- И это тоже. Мне не надо, чтобы меня на порог не пускали, свое мнение имели. Досматривать меня кто будет? Вот эта фифа на ходулях? Я тебя умоляю, она от тебя сбежит, как только благосостояние поправит.
- А как же счастье? - наливаю маме кипяток в чашку, опускаю чайный пакетик. И знаю, что мне сейчас за это прилетит.
- Счастье - это когда сын помнит, что я пью цейлонский крупнолистовой только одной чайной компании. Какая бы Лиля не была, вот это она хорошо помнит. И в лицо уважительно относится. - Мама демонстративно отодвигает чай. - Нет, я тебе сказала. И даже не думай.
А сейчас, сидя на полу в ванной, с разбитыми руками и лицом, я понимаю, что сломал все. И с Ингой у меня ничего не будет, я только сегодня это увидел. И Лилю, кажется, я тоже уже потерял. И она столько всего ненужного обо мне узнала, и я не смогу простить ее предательства. Она ушла с чужим мужиком, и явно они сейчас не чай там пьют. Даже представить не могу, становится тошно, что моя Лиля сейчас может быть с другим мужиком, также выключает свет и застенчиво натягивает на себя одеяло. Так еще и с кем? Снова возвращается злость, желание проклясть весь женский род.
Опять смотрю в зеркало. На меня смотрит какое-то чмо, мне оно не знакомо. Наверное, когда одноклассники издевались надо мной, они уже тогда видели мою сущность.
- Ооо, что это ты тут сидишь, - комнате появилась Инга.- Хватит сопли на кулак наматывать. Завтра важная встреча.
Голос с металлической ноткой, она явно не довольна происходящим.
- Ты даже не представляешь, как мне плохо, меня все предали, - давлю на жалость, чтобы она успокоила, приголубила и пустила в свою койку.
- Ага, все твари. Вставай, умывайся и вали спать. Алкоголь я забрала, можешь не искать. Закрою номер снаружи, чтобы ты за ночь никуда не ускакал. Утром, перед завтраком открою.
Мне показалось, что потом она добавила “тряпка”.
Завтра на ужине я покажу, кто из нас тряпка!
Глава 22. Ночь вне дома
- Спасибо за прекрасный ужин. И то, что вытащил меня из этого всего, что на меня сейчас свалилось. Не знаю, как бы я это сейчас переживала, - чувствую себя разбитой.
- И тебе спасибо. Лиля, ты красивая и очень приятная в общении девушка. Странно, что твой мужик это не ценит, - Кирилл выглядит довольным.
- Если ты не против, я бы в душ и спать, - почти шепотом. Боюсь, что он скажет, что в душ и в кровать пойдет со мной. Что тогда делать?
- А я же тебя без одежды принес? Ну, прости, женской одежды у меня нет. А вот своими футболками, рубашками и халатом с удовольствием поделюсь.
Я, как китайский болванчик мотаю головой, что согласна на любой вариант.
- Лиль, - подходит почти вплотную. Мое сердце замирает. - Не бойся меня, пожалуйста. Я тебя не обижу.
Ничего не могу ответить. Смотрю Кириллу в глаза, в сердце тепло, чуть ноет внизу живота. Он отвечает взглядом.
- Пойдем, выберешь одежду, - аккуратно берет меня за руку. На запястье синяки от сегодняшнего “концерта” с Лешкой. Аккуратно проводит по ним большим пальцем. - Прибью.
- Дай мне футболку, которую не жалко. - стараюсь перевести тему.
- Лиль, выбирай любую, - открывает шкаф. Он битком набит одеждой.
- Фиолетовую, можно?
- И фиолетовую, и оранжевую. Шорты надо? Вот.
Набираю несколько “луков”. Иду в душ. Так быстро я никогда не мылась. Намыливаю голову, а глаза с дверной ручки не свожу. Боюсь, что зайдет Кирилл, что воспользуется ситуаций. За три минуты моюсь полностью. Одеваюсь быстро-быстро.
Выхожу из ванной, в кухне Кирилл заваривает чай.
- Ты в армии не служила? - защелкивает крышечку заварочного чайника.
- Нет, а похоже? - не понимаю, это шутка, или он серьезно.
- Помыться и одеться, пока горит спичка - это нужно годами отрабатывать. Шучу. Я тебе чай с ромашкой и чабрецом заварил. Не знаю, любишь ли травяной, мне такое сочетание нравится.
- Спасибо.
Подхожу к столу, беру чайник и направляюсь в комнату.
- Лиль, а ты из чайника отхлебывать будешь? - мило улыбается. - Вот поднос, поставь, я сам все принесу. Мед, орехи, курага. От сердца отрываю.
Подходит ко мне, ставлю на поднос чайник. Кирилл идет в спальню первым, семеню за ним. Ставит все на прикроватный столик. Поворачивается ко мне.
- В этой футболке ты похожа на приютскую девочку, - улыбается как-то с грустинкой.
- Откуда ты знаешь, как выглядят девочки в приюте.
- У меня был опыт. Давай не будем об этом.
- Прости, если напомнила о чем-то ...
- Все нормально. Не переживай. Спокойной ночи.
Целует меня в щеку.
- Лиль, - протягивает мне ключ. - Это от твоей комнаты. Не волнуйся, спи спокойно.
Забираю. Как только Кирилл выходит, закрываюсь на ключ, оставляю его в скважине. У окна кресло отодвигаю его к двери. Стараюсь как можно тише, но, кажется, все равно слышно, что я строю баррикады.
Ложусь в кровать. Футболка немного пахнет мужскими духами. Кажется, меня это волнует. Лиля! Я никогда не думала, что я такая легкомысленная. Как я могу остаться на ночь у чужого мужчины. И неважно, что между нами ничего нет, и мы спим в разных комнатах. Уверена, что окружающие, уже придумали, что мы спим вместе после бурного секса. Какой кошмар. Стыдно. А как там Лешка? Он же мог позвонить и моей маме, и своей, и такого наговорить. Как после этого смотреть всем в глаза.
Смотрю на прикроватный столик. С заботой заваренный чай. Наливаю в стакан немного. Пахнет вкусно. В голову начинают лезть ужасные вещи - а вдруг он что-то подсыпал? А зачем? Переспать со мной, чтобы отомстить Лешке - самая бредовая вещь, которая могла родиться в моей голове.
Не поняла, как погрузилась в сон.
Просыпаюсь в чужом номере. Сегодня ночью или завтра рано утром, зависит от погоды, все закончится. А моя жизнь уже закончилась. Привычная. А что ждет впереди, не знаю. И это пугает.
Спала отлично. Не могу сказать, что выспалась, но отдохнуть получилось. Смотрю на дверь и нагромождения рядом - Лиля, что в твоей голове?
Переодеваюсь в свою одежду. Мысленно возвращаюсь во вчера. И становится по-настоящему страшно.
