Геншов, обладающий большим авторитетом и занимающий должность заместителя начальника отдела, с самого начала на моей стороне. Быстро присоединяются и другие, всегда готовые к выполнению очередного поручения. Наша важнейшая цель — внедрение источника в ведомство федерального канцлера. В отличие от других правительственных учреждений и министерств мы получаем оттуда совсем мало информации. На других участках уже проведена солидная работа. Там есть и источники, и квалифицированные агенты с перспективой, иначе говоря, смена, которая готовится к выполнению заданий.
Хорошая исходная ситуация для выполнения трех главных задач: препятствовать превращению «холодной» войны в «горячую», поддержать СДПГ, если она возьмет на себя ответственность за правительство, признать усилия Запада по разрядке напряженности и содействовать им.
Создание в Бонне в декабре 1966 года Большой коалиции под руководством Курта Георга Кисингера было первым знаком. Выборы члена СДПГ и министра юстиции Густава Хайнеманна президентом ФРГ в марте 1969 года стали его четким сигналом. С образованием социал-либеральной коалиции под руководством канцлера Вилли Брандта в октябре 1969 года новая немецкая восточная политика становится официальной политикой правительства. Эгон Бар это метко определяет: «Перемены через сближение».
От нас заранее ожидают информации изнутри обо всем, что задумывает осуществить в политическом плане по отношению к Востоку новое правительство в Бонне. Конечно, мы не поддерживаем эту политику безгранично и не доверяем ей. Мы умножаем наши усилия и добываем ценную информацию в большом объеме. Министр иностранных дел Отто Винцер все еще определяет эту политику как «контрреволюцию в войлочных шлепанцах». Мы же хотим сделать все, чтобы стал возможным переход от конфронтации к кооперации. Настроенные таким образом, мы принимаемся за работу, и в период с 1970 по 1974 год сталкиваемся с тяжелыми проблемами.
В марте и мае 1970 года встречаются премьер-министр Вилли Штоф и канцлер ФРГ Вилли Брандт в Эрфурте и Касселе. В мае 1970 года начинаются переговоры Эгона Бара в Москве по договору о неприменении силы. 12 августа 1970 года следует подписание Московского Договора. Основными пунктами являются сохранение мира и пути к разрядке напряженности, неприкосновенность границ, отказ от территориальных притязаний и признание линии по Одеру и Нейсе в качестве западной границы Польши. 7 декабря 1970 года договор будет подписан в Варшаве. Вновь четко фиксируются линия Одер — Нейсе в качестве западной границы Польши, безоговорочное уважение территориальной целостности и отказ от территориальных притязаний. 3 сентября 1971 года заключается четырехстороннее соглашение о Западном Берлине между правительствами США, Великобритании, Франции и СССР. Западный Берлин получает особый статус, он не относится к ФРГ и не должен оттуда управляться. 17 декабря 1971 года подписывается Соглашение о транзите между ГДР и ФРГ, а 20 декабря 1971 года — Соглашение о пассажирских перевозках, заключенное между ГДР и западноберлинским Сенатом.
17 мая 1972 года западногерманский Бундестаг ратифицирует восточные договоры. 3 июня вступает в силу Берлинское соглашение.
8 ноября госсекретари Эгон Бар и Михаэль Коль подписывают Договор об основах отношений между Федеративной Республикой Германии и Германской Демократической Республикой.
11 мая 1973 года Договор одобряет Бундестаг. Оба немецких государства обязуются иметь нормальные добрососедские отношения равноправной основе. Спорные вопросы должны решаться мирным путем, без угроз и применения силы. Каждое из обоих немецких государств признает государственную власть другого на его собственной территории. Ни одно из них не должно представлять другого на международном уровне. Это важное условие для будущего членства ГДР в ООН.
Было принято решение разместить при резиденциях правительств постоянные представительства. 20 июня 1974 года вступают в должность в качестве постоянных представителей Гюнтер Гаус от ФРГ и Михаэль Коль от ГДР.
Для нас из этого вытекают совершенно новые последствия. Справимся ли мы с ними?
Министерство иностранных дел «оккупировано» нами блестяще. Там сидят три важных разведчика. С доктором Хагеном Блау я встречаюсь в ГДР и за рубежом — в целях безопасности местами встреч мы никогда не назначаем странах НАТО, с Людвигом Паули — только в ГДР. Личные контакты с Клаусом фон Рауссендорфом[2] оставляет за собой Маркус Вольф.
Мотивы разведчиков
Хаген Блау в конце пятидесятых годов изучает японологию в Западном Берлине. Он читает марксистскую литературу, занимается совокупностью идей социал-демократии и примыкает к молодым социалистам. Он член районного правления СДПГ в Берлине и занимается кружком внешней политики при правлении СДПГ в Берлине. В своей партии он относится к левым.
Члены СДПГ, с которыми у него совпадают политические взгляды, обращаются к нему. Он не знает, что они действуют по нашему заданию. Они говорят ему: «Поехали с нами в Берлин, мы там знаем хороших собеседников». После нескольких встреч сотрудники разведки раскрываются. Они быстро поняли, что Хаген Блау не может быть источником, который просто передает информацию. У молодого человека твердые политические убеждения, которые очень близки их собственным. Времена войны и фашизма, которые Хаген пережил ребенком и которые сидят у его родителей в печенках, он никогда не забывает в отличие от официального общества страны экономического чуда. Он хочет лучшего, мирного и человечного общества.
В связи с перевооружением ФРГ, запретом КПГ, привлечением прежних нацистов в политику и экономику он видит альтернативу реставрационной политике республики Аденауэра в социалистическом государстве на немец кой земле. Блау заявляет о своей готовности работать с нами. Его собеседники из Главною управления чувствуют: если мы ему предложим деньги, сделаем финансовые пожертвования основой нашего сотрудничества, он его тут же и безвозвратно прекратит.
В 1961 году Хаген Блау устраивается на работу в Министерство иностранных дел. В качестве защитившегося японолога с обширными специфическими знаниями и способности ми в других областях, таких, как языки, политика и история, он считает себя подходящи экспертом для дипломатической службы. Его уверенная манера держаться, его внешность, его превосходное умение вести себя в обществе действуют убедительно на его будущего работодателя. Благодаря аналитическим способностям и четкой манере формулировать, он быстро становится необходимым и уважаемым сотрудником Министерства иностранных дел. Сначала атташе, затем советник-докладчик посольства и, наконец, заместитель посла в Коломбо в Шри Ланке. Таланты Хагена, позволившие ему сделать дипломатическую карьеру, отличают и его отчеты для нас. Они деловые, точные, аналитические и написаны осторожно, чтобы не навредить ФРГ. Он старательно избегает сообщать данные об отдельных лицах из своего окружения. К шпионам он себя не причисляет. Своей работой хочет способствовать тому, чтобы «холодная» война не превратилась в «горячую», чтобы политика служила на благо
