Следует еще раз подчеркнуть, что, если задержание выполняется без причинения вреда, оно не является уголовно-правовым задержанием, а должно называться уголовно-процессуальным доставлением с целью уголовно-процессуального задержания.
В случае, когда уголовно-правовое задержание осуществляется непосредственно после совершения преступления, задерживающие – граждане или сотрудники правоохранительных органов – действуют инициативно на основании имеющихся у них сведений об очевидно совершенном преступлении или (только для сотрудников правоохранительных органов) также на основании полученных поручений от вышестоящих начальников или следователя. В последнем случае они снабжены необходимой информацией о личности человека, которого предстоит задержать, но, как правило, еще отсутствуют процессуальные документы: о возбуждении уголовного дела, о задержании в порядке ст. 91 УПК, о заключении под стражу (без предварительного процессуального задержания).
Уголовно-правовое задержание не всегда влечет за собой уголовно-процессуальное задержание, так как органом дознания или следователем предварительно проводится проверка на предмет выявления в действиях задержанного признаков состава преступления, а также действительно ли это то лицо, которое необходимо задержать. Если эти признаки обнаружены не будут, то и уголовно-процессуальное задержание не будет производиться, и задержанный будет освобожден.[139] Если же после осуществления уголовно-правового задержания проверка подтвердила факт совершения преступления задержанным, то происходит оформление уголовно-процессуального задержания соответствующим протоколом.
Таким образом, отличие уголовно-процессуального задержания от уголовно-правового по форме и сущности состоит в следующем:
1) уголовно-процессуальное задержание – это документальное оформление задержания лица, совершившего преступление, с тем чтобы зафиксировать его процессуальное положение, а также обеспечить проведение дальнейших следственных и судебных действий, выполняемых в уголовном процессе, а уголовно-правовое задержание – это физическое задержание лица, совершившего преступление, с причинением ему вреда (форма);
2) уголовно-процессуальное задержание не предполагает причинения вреда здоровью или жизни задерживаемого, тогда как уголовно-правовое задержание обязательно сопряжено с причинением вреда задерживаемому (сущность);
3) уголовно-процессуальное задержание могут произвести только лица, уполномоченные провести дознание или предварительное следствие, и прокурор, а уголовно-правовое задержание могут осуществить любые граждане, чтобы обеспечить доставление подозреваемого или преступника органам власти для реализации задач правосудия (форма);
4) уголовно-процессуальное задержание может быть произведено только на основании возбужденного уголовного дела, а уголовно-правовое – также и до возбуждения уголовного дела при очевидности совершенного преступления (форма);
5) уголовно-процессуальное задержание имеет обязательный признак: оно сопровождается водворением в места изоляции; а при уголовно-правовом задержании возможны и другие варианты (форма);
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
1990–2000 гг. были омрачены резким ростом преступности, в том числе тяжкой, о чем свидетельствуют следующие статистические данные: общая преступность за десять лет выросла на 64 % – с 1800 тыс. в 1990 г. до 2950 тыс. в 2000 г (в 2001 г. зарегистрировано преступлений больше, чем в 2000 г., на 0,5 % – 2968,3 тыс.). За этот же период рост тяжких и особо тяжких преступлений составил 61 %: в 1990 г. их было зарегистрировано около 1080 тыс., а в 2000 г. – 1735 тыс. (в 2001 г. зарегистрировано по сравнению с 2000 г. почти на 2 % – 1769, 6 тыс.). Резко увеличилось число убийств, умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, разбоев и грабежей. По Алтайскому краю за период 1998–2000 гг. число убийств также возросло – на 70 %. Появились преступления, отсутствовавшие в структуре преступности предыдущих периодов, такие как терроризм, захват заложников, убийство по найму. См.: Криминология / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, Г. М. Миньковского. М., 1994. С. 85–86; Российский статистический ежегодник: Статистический сборник. М., 2000. С. 201–202, 243.
2
См.: Брайнин Я. М. Уголовная ответственность и ее основание в советском уголовном праве. М., 1963. С. 254–255; Баулин Ю. В. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. Харьков, 1991. С. 17.
3
Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования / Отв. ред. В. Н. Кудрявцева и С. Г. Келина. М., 1987. С. 120.
4
Уголовный кодекс Российской Федерации. Принят Государственной Думой 24 мая 1996 г.
5
Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., 1993. С. 449.
6
Уголовное право России. Общая часть / Под ред. В. Н. Кудрявцева, В. В. Лунеева, А. В. Наумова. М., 2003. С. 313.
7
В связи с этим отметим заслуживающее внимания интересное предложение в теорию обстоятельств, исключающих преступность деяния, которое внесено Л. Д. Гаухманом. Он предложил называть признаки, исключающие преступность деяния, при внешней схожести деяния с преступлением, негативными признаками состава преступления, т. е. такими признаками, которых нет в составе преступления. По его замыслу, эти негативные признаки должны отличать деяние, исключающее его преступность, от преступления. Если негативные признаки отсутствуют и совпадение признаков деяния с преступлением является полным, возникает ситуация, когда преступность деяния не может исключаться, наоборот, является реальностью См.: Гаухман Л. Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. М., 2003. С. 250–254.
8
См., например: Якубович М. И. Вопросы теории и практики необходимой обороны. М., 1961; Тишкевич И. С. Условия и пределы необходимой обороны. М., 1969. Ткаченко В. И. Необходимая оборона по уголовному праву. М., 1979; Курс уголовного права. Общая часть. Т. 1 / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. М., 1999. С. 453–462 и др.
9
См., например: Домахин С. А. Крайняя необходимость по советскому уголовному праву. М., 1955; Козак В. Н. Вопросы теории и практики крайней необходимости. Саратов, 1981; Советское уголовное право. Общая часть / Под ред. Г. А. Кригера, Н. Ф. Кузнецовой, Ю. М. Ткачевского. М., 1988. С. 153–158. и др.
10
См., например: Тишкевич И. С. Право граждан на задержание преступника. Минск, 1974; Баулин Ю. В. Право граждан на задержание преступника. Харьков, 1986; Уголовное право России. Общая часть / Под ред. В. Н. Кудрявцева, В. В. Лунеева, A. В. Наумова. М., 2003. С. 319–325; Смирнова Л. Н. Уголовно-правовое задержание (теория, законодательство, практика). Барнаул, 2003.С. 69-137.
11
См., например: Курс уголовного права. Общая часть. Т. 1 / Под. ред. Н. Ф. Кузнецовой, И. М. Тяжковой. С. 478–483; Уголовное право России. Общая часть / Под ред. B. Н. Кудрявцева, В. В. Лунеева, А. В. Наумова. С. 332–334.
12
См., например: Слуцкий И. И. Обстоятельства исключающие уголовную ответственность. Л., 1956. С. 17–18; Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования. / Отв. ред. В. Н. Кудрявцев, С. Г. Келина. М., 1987. С. 133–135;Уголовное право Российской Федерации. Общая часть / Под ред. А. И. Рарога М., 2003. С. 320–325.
13
См., например: Уголовное право России. Общая часть / Под ред. В. Н. Кудрявцева, В. В. Лунеева, А. В. Наумова. С. 338–343.
14
См.: Пархоменко С. Деяния, преступность которых исключается уголовным законом /Уголовное право. 2000. № 4 С. 54. Автор указывает, что в гл. 8 УК РФ речь идет о конкретных ситуациях, в которых обстоятельства проявляют себя. Таким утверждением она поддерживает теорию каузальности, господствующую в немецком уголовном праве, с чем мы не согласны, так как полагаем, что каждое из обстоятельств имеет не частные, а обобщенные этим обстоятельством особенности.
15
Баулин Ю. В. Обстоятельства, исключающие преступность деяния. С. 33.
16
Это учитывается в гражданском законодательстве, позволяющем взыскивать вред, причиненный в состоянии крайней необходимости третьим лицам, не повинным в возникшей опасности ущерба – ст. 1067 ГК РФ.
