Огромным усилием воли оторвав глаза от Луиса, Холли внимательно огляделась по сторонам, пытаясь оценить ту жизнь, в которой для нее не было места.
Расписные стены, огромные витражи, дерево в кадке, роскошный диван… И это только начало, ведь она еще даже в прихожую не вошла! Что ж, похоже, придется признать, что, живя в таком доме, поневоле начнешь осторожничать, выбирая тех, кому можно доверять. Особенно когда за плечами у тебя уже есть негативный опыт.
– Если хочешь, можешь прямо сейчас сказать, что я не имел права все это от тебя прятать, но я бы предпочел сразу перейти к делу.
– Должна признать, что ты неплохо устроился.
– Сними куртку.
– Что?
– Я хочу собственными глазами убедиться, что ты беременна.
– То есть на слово ты мне не веришь?
– Верю. – Луис неторопливо подошел к Холли, помог снять куртку и притронулся к ее животу.
От неожиданности Холли резко вздохнула и уставилась на него огромными глазами.
– Ну и что ты на меня так смотришь? – Отстранившись, Луис засунул руки в карманы. Притронувшись к ней, он ощутил налившийся живот, в котором уже прорастала его плоть и кровь. – Только не говори, что у меня нет на это права.
– Но у нас уже не те отношения. – Его прикосновение длилось не больше двух секунд, но Холли почувствовала, как впервые за много недель ее тело оживает, и, покраснев, торопливо шагнула назад.
При всем желании Луис просто не мог не представлять ее обнаженной. Круглый гладкий живот, к которому он только что прикасался, налившаяся грудь с крупными сосками…
– Ты сказал, что хочешь поговорить и…
– Ужинать будешь?
– Я не голодна.
– Тогда выпей чаю.
– Не стоит.
– Если ты собираешься спорить с каждым моим словом, далеко мы не продвинемся, – холодно заметил Луис. – Я тебе соврал, а потом наши пути разошлись. Но теперь все изменилось.
Холли закусила губу. Как же больно все это слушать… Нет, она, конечно, понимала, что Луис уже давно про нее забыл и двинулся дальше, но сама она, как ни старалась, все равно раз за разом мысленно к нему возвращалась. А теперь он невозмутимо говорит об их будущем ребенке как об обычной деловой проблеме, которой всегда можно подыскать подходящее решение. Но чему она удивляется? В нем-то не кипят эмоции и гормоны.
– Ладно, – выдохнула Холли и следом за Луисом прошла в роскошную гостиную.
Луис сразу же уселся на диван за столик, где его ждал недопитый бокал вина, рядом с которым, очевидно для нее, стоял графин с водой.
– Прежде чем ты скажешь, что моя жизнь останется прежней, – протянул Луис, пристально глядя ей прямо в глаза, – хочу сразу предупредить, что ты лишь напрасно потратишь мое и свое время. Моя жизнь полностью изменится.
– Как и моя!
– А значит, нам обоим нужно придумать, как жить дальше. – Подавшись вперед, Луис наполнил опустевший бокал. Он весь день думал над этим вопросом и нашел лишь одно верное решение. Он возьмет Холли в жены. Разве могут быть еще какие-то варианты? Луис вырос в традиционной семье и прекрасно понимал, что сможет нормально общаться с ребенком, только если тот будет жить в его доме.
– Я понимаю, что нам обоим придется непросто, но, в конце концов, ничего необычного в нашем положении нет. Ты можешь приезжать, когда захочешь… когда найдешь время. Я не стану вмешиваться в твои отношения с ребенком и постараюсь оказать всю посильную помощь… Если же ты не захочешь с ним общаться, я согласна принять и такой выбор. Я понимаю, что у тебя уже давно другие отношения и тебе нужно все обсудить с твоей… э… девушкой, так что я ничего от тебя не жду и ты вправе решать по-своему.
Луис слегка склонил голову к плечу, делая вид, что действительно ее слушает.
– Нет.
– Нет? Что значит – нет? – Она же перечислила все возможные варианты, так с чем именно он не согласен? Со всем? Неужели он не понимает, что она и так озвучила все доступные для них возможности?
– Меня не устраивает ни одно из твоих предложений. – И как это она только пропустила вариант с «золотой жилой»?
– Но нам больше ничего не остается.
– Остается. По-моему, я просто обязан взять тебя в жены. Мой ребенок родится в законном браке, это не обсуждается. Разумеется, тебе придется подписать брачный контракт, но можешь даже не сомневаться, я готов полностью тебя обеспечивать, так что совсем скоро ты станешь богаче своих самых смелых фантазий.
Холли уставилась на Луиса так, словно у него выросли крылья и он собрался лететь на Луну. Она не ослышалась? Он собирается на ней жениться? Да еще брачный контракт заставит подписать?
Она так разозлилась, что снова почувствовала, как у нее краснеют щеки.
– Это невозможно.
– Ошибаешься.
– Нет, Луис. Я никогда не прощу твоей лжи и того, что ты хоть на минуту мог серьезно подумать, что я стану гоняться за твоими деньгами. Ты ведь даже после того, как узнал меня ближе, так ничего мне и не рассказал. Да о чем я вообще говорю! Ты и сейчас предлагаешь заключить мне брачный контракт. Этим все сказано.
– Нравится тебе или нет, – холодно заметил Луис, – но я часть этого уравнения. Я не рассчитывал ни на что подобное, но, раз уж так получилось, готов взять на себя ответственность.
– А мне не нужно, чтоб ты что-то там на себя брал! Я ни за что на свете ни выйду за человека замуж просто потому, что он обязан жениться на мне ради ребенка! – Вскочив, Холли принялась расхаживать по персидскому ковру, невольно залюбовавшись причудливым узором настолько, что заметила Луиса, лишь когда в него врезалась. Она резко отскочила, но он уже крепко держал ее за руки, не давая убежать, и смотрел прямо в глаза. И под этим взглядом Холли почувствовала, как теряет над собой власть, ее дыхание учащается, а ноги сами собой шагают к нему навстречу.
– Чувство долга – это далеко не единственное, что я к тебе испытываю, – выдохнул Луис.
Не в силах больше сдерживаться, он приник губами к ее губам, одновременно запуская руку под платье, вновь знакомясь с полузабытыми прелестями.
– Я хочу с тобой видеться, – хрипло выдохнул он.
– Мы не должны… – Холли уже не могла нормально мыслить. От того огня, что яростно вспыхнул в его глазах, у нее задрожали коленки и закружилась голова. Она отлично понимала, что должна отстраниться, но была просто не в силах противостоять нарастающему внутри ее желанию. Она безропотно позволила уложить себя на огромный темно-красный диван, расстегнуть платье, бюстгальтер…
Что ж, приятно сознавать, что между ними хоть что-то осталось по-прежнему, Холли, как и раньше, не в силах перед ним устоять. Что бы она там ни говорила, но стоило ему лишь вновь к ней прикоснуться, как она сразу же растаяла в его руках.
