Обойдя машину, он сел на место шофера и открыл Фелиции дверцу.
— Я лучше сяду на заднее сиденье, — напряженно проговорила она. — Разве послушные арабские женщины могут ехать рядом с водителем?
— На это раз мы будем придерживаться западных обычаев, — сухо сообщил Рашид. — Иначе мне придется постоянно подвергать опасности наши жизни, поворачиваясь спиной к дороге, чтобы разговаривать с вами. Надеюсь, вы не усмотрели какой-то другой смысл в моих словах? У вас слишком богатое воображение, мисс Гордон.
Фелиция покраснела, поняв, что он просто издевается над ней.
— Если бы я даже захотел, то все равно никогда бы не стал заниматься любовью в машине, да еще недалеко от своего дома. Кувейтские шоферы не самые вежливые в мире, они терпеть не могут помех на дорогах. Заранее прошу прощения, если я не смогу сравниться по мастерству с вашими предыдущими шоферами, но на Востоке мы стараемся соблюдать правила.
Фелиция стояла около машины, испытывая сильное желание хлопнуть дверцей и уйти. Она не подумала, что Рашид может видеть выражение ее лица в зеркале, и вздрогнула, когда он медленно проговорил:
— Вы выглядите так, как будто собираетесь вонзить нож мне в сердце, мисс Гордон. Будьте осторожны. В нашей стране еще верят в кровную месть.
— Сердце? Какое еще сердце? — язвительно проговорила она, не обратив внимания на его последние слова. — У вас его нет, шейх Рашид!
— Садитесь в машину, мисс Гордон, и используйте свою энергию для чего-нибудь более конструктивного, чем ненависть ко мне.
Фелиция, кипя от негодования, уселась рядом с ним. Он с улыбкой протянул руку, чтобы закрыть дверцу. Фелиция краем глаза видела его тонкие черты лица, длинные ресницы. Она вздрогнула, почувствовав его взгляд.
— Ну, как, я прохожу по конкурсу?
Краска бросилась ей в лицо. Фелиция злилась, что он заметил ее интерес к нему. Как странно, что при смешении Запада и Востока получился такой великолепный экземпляр мужской породы, в то время как чистая арабская кровь Фейсела текла в человеке гораздо более невзрачном.
Пока Фелиция боролась со своим гневом, ей пришло в голову, что пора научиться подавлять свои эмоции и быть кроткой и послушной.
Машина свернула на дорогу, тянувшуюся вдоль побережья. День стоял теплый, но не жаркий, работал кондиционер, кожаные сиденья были очень удобны, из динамиков лилась тихая музыка. Казалось бы, такая обстановка способствовала тому, чтобы полностью избавиться от напряжения, но Фелиция не могла преодолеть волнения. Она невольно стиснула пальцы.
— Расслабьтесь, — внезапно проговорил Рашид. — Или вам больше нравится водить машину, чем быть пассажиркой? Ведь вы, европейские женщины, предпочитаете все делать сами!
— Возможно, это происходит потому, что мы по опыту поняли, что на мужчин нельзя полагаться? — парировала Фелиция, вспомнив о дяде Джордже и о том, как он контролировал свою жену и племянницу, лишая их даже самых невинных удовольствий.
— Именно поэтому вы хотите выйти замуж за Фейсела? — спросил он. — Вы видите в нем плечо, на которое можно опереться? Странно, вы казались мне более независимой и самостоятельной. Что ж, в этом случае мне нужно изменить стратегию. Фейсел слаб, мисс Гордон. Та женщина, которая выйдет за него замуж, должна стать ему матерью, любовницей, а иногда даже тюремщицей. Вы уверены, что готовы исполнить все эти роли?
— Очень легко осуждать человека в его отсутствие, когда он не может защитить себя, — горячо возразила Фелиция, не желая признавать правдивости слов Рашида. Но в глубине души она не могла не согласиться с тем, что Фейсел любил притворяться маленьким беспомощным мальчиком.
— Вы преданы ему, — с неудовольствием признал Рашид, словно это огорчало его, и сменил тему, обратив внимание спутницы на посольство Великобритании.
Зачем он это делает? — задумалась Фелиция. Думает, что скоро ей понадобится посетить это здание, чтобы вернуться домой?
Уже не в первый раз она пожалела о своем опрометчивом поступке. Как можно было позволить уговорить себя поехать в Кувейт? Фейсел оплатил ей билет на самолет. Она потратила почти все собственные небольшие сбережения на новый гардероб. Жених уверял ее, что очень скоро прилетит в Кувейт, считая само собой разумеющимся, что она будет дожидаться его там, пока они не поженятся. Но если это произойдет не раньше, чем он достигнет двадцати пяти лет, то ей придется вернуться в Лондон. Это значит, что она вынуждена будет просить у него денег на обратный билет. Теперь Фелиция почему-то была уверена в том, что Рашид никогда не позволит племяннику приехать домой, пока она находится здесь.
После дня рождения Зары я напишу Фейселу письмо и все объясню, пообещала она себе и немного успокоилась.
Они миновали дворец эмира, около которого стояла стража. Над высокой квадратной башней развевался флаг.
— В этой стране даже беднейший из нас может встретиться с эмиром, чтобы рассказать о своих проблемах.
— Если он мужчина, — не удержавшись, добавила Фелиция.
— Как вы болезненно относитесь к этому вопросу, мисс Гордон. Может быть, обретя независимость, вы поняли, что она не так уж и нужна вам?
Фелиция отвернулась, избегая его пронизывающего взгляда. Она не считала себя феминисткой и поэтому откровенно спросила:
— Но ведь вы не можете отрицать, что женщины в вашей стране занимают подчиненное положение?
— И это вас возмущает? Вы будете удивлены, но наши женщины тоже имеют свои права. Они могут жаловаться эмиру и даже развестись, если докажут, что муж с ними жестоко обращается. Но тот факт, что они очень редко пользуются такой возможностью, говорит сам за себя.
— Или доказывает, что они забитые существа, лишенные даже самолюбия, — резко ответила Фелиция и, оглянувшись, обожглась о пронзительный взгляд сузившихся серых глаз.
Рашид, не снижая скорости, развернул машину, и Фелицию по инерции качнуло к нему. Его рука случайно коснулась ее груди, и она вдруг испытала чувство, которое никогда не посещало ее в объятиях Фейсела. Фелиция испугалась.
— Теперь мы находимся в деловой части города. Здесь расположены крупнейшие банки, — как ни в чем не бывало сообщил Рашид. — А теперь я припаркую машину, и мы немного пройдемся пешком. Вы не возражаете?
Они оставили «мерседес» на огромной подземной стоянке рядом с кварталом офисных зданий.
— Здесь расположена главная контора нашей фирмы, — рассказывал Рашид. — Этот дом был построен одним из первых.
— Но не последним, — проговорила Фелиция, вспомнив рассказы Фейсела о том, что их банк помогал финансировать строительство отеля и многих других зданий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
