— Удачи! И храни в сердце наш девиз, — сказал король и захлопнул за принцем дверь.
Не успел Ричард ничего понять, как почувствовал странное ощущение, что под ногами у него нет тверди. Он медленно отвел взгляд от двери и посмотрел под ноги.
Это было похлеще, чем знакомство с фантастическими тварями в подземелье Соулвилля! Ричард действительно странным образом висел в воздухе, высоко над землей, и тот холодный сквознячок на пороге был не чем иным, как слоем ледяного воздуха на той высоте, где летают, пожалуй, только орлы.
Ричарду показалось, что он стоит на небольшой монете, которую он видеть не может, точно так же, как и отрицать тот факт, что он все-таки на чем-то стоит.
У принца перехватило дыхание при мысли о том, что стоять в воздухе невозможно, и в тот же момент он потерял равновесие и стремительно полетел вниз. Ричарду казалось, что глубокий вздох, который он сделал только что, остался где-то наверху, а выдох он сделать просто не сможет и даже не успеет услышать треск, с которым разлетится его голова при ударе о землю.
В его открытые от ужаса глаза врезалась пыль и песчинки, но Ричард продолжал смотреть вниз, как зачарованный, пытаясь понять, куда падает. Наконец он нашел в себе силы зажмуриться. Свист ветра в ушах мгновенно стих.
«Я умер, — спокойно подумал Ричард и не испугался этой мысли. — И что дальше?»
* * *
Мгновение затянулось на века. Он внезапно понял, что такое Вечность, а когда открыл глаза, понял, как эта Вечность коротка. Раз — и она прошла или ее и не было совсем…
Первое, что принц увидел, были его руки, упирающиеся в горячую каменную плиту, на которой он лежал. Он поднял щеку, почувствовав, что шея занемела, как от долгого сна.
«Я спал? — спросил себя Ричард. — И как долго, интересно?»
Тело было слабым, принцу захотелось потянуться, что он и сделал. Он чувствовал себя хорошо отдохнувшим.
Ричард поднялся с плиты и осмотрелся.
Оказалось, что он стоит на плоской вершине каменной колонны диаметром метра три, окруженной пустотой. Это было не небо, а именно пустота, глубокая и мертвая, как воздух в бездонной пещере. Вокруг плавала сизая вата влажных облаков, каждое из которых передвигалось по своим собственным законам, в своем направлении. Одно из таких облаков прошло сквозь Ричарда, оставив на лице неприятное ощущение прикосновения призрака.
«Пустошь…» — В его голове крутилось название, но он не мог его вспомнить.
Принц осмотрелся и увидел появляющиеся и исчезающие то тут, то там пьедесталы светящихся колонн, таких же, как та, на которой он стоял. Вдалеке виднелась витая башня, уходящая высоко-высоко в небо. Ричард понял, что, скорее всего, его путь лежит к этой белой башне, но как туда попасть, оставалось для него загадкой.
Ричард подумал, что, возможно, для этих молчаливых рыцарей из ордена Рыцарей Тени во главе с Фагустом подобная прогулка — как ежедневная разминка и ему, принцу, было бы очень стыдно растеряться.
Вдруг следующая сизая туча, плывущая к нему, стала обретать более четкие очертания, превращаясь в образ человека в длинной узкой лодке. Человек греб единственным веслом по воздуху, точно это была река.
Призрачная фигура приблизилась и, ни слова не говоря, уставилась на Ричарда пустыми глазницами черепа. Принц понял, что должен что-то сказать, иначе действия незнакомца могут быть самыми непредсказуемыми. От него веяло смертью.
В голове принца всплыли последние слова отца, сказанные перед тем, как король захлопнул за ним дверь в этот странный иллюзорный чужой мир. Только эти слова были сейчас для принца последним мостиком в тот мир, что он знал…
— То, что нас не убивает, делает нас сильнее, — произнес Ричард девиз Виздомов.
Лодочник еле заметно кивнул и вытянул истлевшую кисть с проступающими фалангами к корме лодки, предлагая принцу занять там место.
Ричард немедля ступил в дымное лоно лодки, подавив страх провалиться сквозь него, как сквозь обычное облако, и с удивлением ощутил под ногами твердь.
Лодочник повернулся к принцу спиной и стал грести дальше.
Ричард не ошибся, их путь лежал к белой башне.
Добравшись до последней колонны перед порталом башни, Ричард увидел идущие вверх ступени, вырубленные в камне.
Но на поверку оказалось, что это вовсе не камень, а нечто, напоминающее застывший наполовину каучук.
Взгляд Ричарда скользнул в сторону, и волосы у принца встали дыбом. Он увидел рядом человека, голова которого была погружена в этот каучук. Тело еще не начало разлагаться, и одежда была чистой и не обтрепанной ветром. Было ясно, что это несчастье случилось незадолго перед тем, как Ричард прибыл в это «приятное» во всех отношениях место.
Ричард поймал себя на циничной мысли о том, что бедняга напоминает муху, прилипшую к облитому медом куску пергамента, какие раскладывали на дворцовой кухне, чтобы насекомые не лезли в королевские кушанья.
Так-так! Принц поднимался по ступеням, и его бегающий по сторонам взгляд искрился легким сумасшествием… Ричард заметил еще несколько жертв, и теперь ему было не до цинизма и не до иронии — на месте каждого из них в любой момент мог оказаться он сам. Хотя ступени были вполне надежными, давая понять, что в этом призрачном мире может оступиться и попасть в липкую ловушку только тот, кто плохо видит свою цель и бредет, не разбирая дороги.
От этой мысли стало неуютно и немного страшновато, но вскоре она оставила принца. Поднявшись на последнюю ступень, Ричард увидел перед собой чуть приоткрытую дверь с косой тропинкой льющегося из нее света. Он взялся за ручку, но медлил открывать дверь.
«Я уже переступил порог, — подумал он. — Обратной дороги нет!»
Принц превозмог сомнения и отворил дверь.
Глава 6
За дверью он увидел огромный, богато украшенный зал с большим круглым столом посередине. За столом сидели какие-то люди. Их фигуры трудно было рассмотреть, потому что противоположная от входа стена была расцвечена горящими огнем нишами, и все присутствующие выглядели как темные силуэты.
Ричард сделал несколько шагов вперед. Люди, сидящие к нему спиной, обернулись.
— Ричард Виздом, господа, — услышал принц голос Вильгельма, а затем и увидел самого короля, который протягивал к нему руку, предлагая подойти.
Теперь он мог рассмотреть сидящих за круглым столом.
Это были люди разного возраста и разных рас, темнокожие и светлолицые, с длинными пшеничными или огненными волосами, заплетенными в десятки мелких кос, атлетически сложенные, словно воины, и тонкого сложения, похожие на мыслителей, которые в жизни не держали в руках ничего тяжелее гусиного пера для письма. Ричард понял, что это именно то место, куда вел его отец.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
