сблизиться со звездным баскетболистом.
Как бы то ни было, у меня осталась пара школьных подруг, и хотя мы не очень близки, у нас достаточно теплые отношения, чтобы я, вероятно, могла им сообщить, что буду в городе на следующей неделе.
– Ви, привет! – окликает Райан, входя в переднюю дверь.
Вскакивая с дивана, я смотрю на него широко раскрытыми, полными нетерпения глазами.
– Купил?
– И никаких «привет»? Никаких «мой самый дорогой братец и самый любимый в мире человек, как твои дела»?
Я с отвращением морщу нос.
– Звучит отвратительно. Не дождешься.
– Купил. – Он бросает мне на колени завернутый в фольгу хот-дог. – Но ты же знаешь, что я могу позволить себе купить тебе на ужин кое-что получше уличного хот-дога за пять долларов, верно?
– Не осуждай. Уличная еда в «Юнайтед-центре» – самая лучшая. – Я нетерпеливо разворачиваю свой хот-дог и обнаруживаю, что он доверху набит жареным луком и перцем и полит горчицей. Именно так, как я люблю. – Во сколько ты хочешь выехать?
– Куда?
Я резко поворачиваюсь к нему:
– В кино. Мы же собирались на семичасовой сеанс, верно?
– О черт, Ви. Я совсем забыл, что у нас были планы на сегодняшний вечер. – На его лице появляется выражение вины. – У меня свидание.
– О.
Вот это действительно сюрприз. Потому что на самом деле мой брат ни с кем не встречается.
– Я могу отменить. – Он нетерпеливо пробирается за диван.
– У тебя назначено свидание?
– Да, но я его отменю.
– Не надо.
Мой брат ни с кем не встречался с тех пор, как переехал в Чикаго. Он слишком сосредоточен на баскетболе и своей карьере, чтобы добавлять женщин в это уравнение. На самом деле он практически отказывается с кем-нибудь встречаться, так что, хотя он, вероятно, надеется, что в этой ситуации я на его стороне, на самом деле я ни за что не допущу, чтобы он остался одиноким.
Он самый лучший человек, которого я знаю, и он заслуживает того, чтобы быть счастливым, хотя и думает, что единственный путь для этого – баскетбол. К сожалению, его первое за три года свидание совпадает с единственным нашим совместным планом, который мы смогли составить за последние недели. Теперь, когда начался сезон баскетбола и хоккея, мы будем не часто видеться.
– Как мне загладить свою вину? Давай сходим, как только я вернусь с серии выездных игр, – нетерпеливо предлагает он.
– Я уезжаю в Нэшвилл за день до того, как ты возвращаешься, но не бери в голову. В конце концов, еще пообщаемся.
Райан заходит за диван и обнимает меня за плечи.
– Пожалуйста, скажи, чтобы я не ходил.
– Иди. Кто она вообще такая?
– Племянница генерального менеджера нашей команды. – Райан присаживается на краешек дивана. – Она собирается на премьеру какого-то крупного фильма, и наш генеральный менеджер попросил меня об одолжении.
– Итак, ты идешь в кино.
Из груди Райана вырывается короткий смешок.
– Очевидно, ей что-то нужно для пиара, а с кем лучше появиться, как не с прямолинейным, скучным Райаном Шэем?
– Рай, ты не скучный.
– Я чертовски скучный, Ви.
– Ну а вдруг она тебе действительно понравится?
– Не мой типаж. Это чисто деловое соглашение.
– Как у тебя может быть типаж, если ты не ходишь на свидания?
– Дядины деньги? Это вообще не может быть чьим-то типажом. – Райан быстро неодобрительно качает головой. – Кстати, о свиданиях, скоро состоится большой благотворительный вечер, на который мне нужна пара.
– Отлично, попроси свою подружку – любительницу кино, которая увела у меня брата.
– Ты ведь пойдешь со мной?
– Конечно. Если у меня не будет полета с хоккеистами.
– Не будет. Это одна из благотворительных организаций твоих игроков. «Активные умы Чикаго». Возьми мою кредитку и купи себе платье. Это официальный прием.
Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него, мои глаза сужаются.
– У меня есть деньги. И, кроме того, я бы предпочла платье из секонд-хенда.
Райан откидывает голову:
– Ни за что. Ви, ты знаешь, мне нравится, что ты умеешь экономить, но ты не можешь надеть платье из комиссионки на это мероприятие.
– Почему это?
– Потому что там будут самые высокооплачиваемые спортсмены Чикаго. Ты в своем платье из секонд-хенда будешь там торчать, как бельмо в глазу.
Это заявление быстро прекращает наш спор. Вот уж такое внимание мне точно ни к чему.
– Отлично. Купишь мне дорогое платье, чтобы я могла появляться в обществе твоих богатых коллег.
По его губам скользит удовлетворенная улыбка.
– Когда пойдешь, возьми черную карту «Американ Экспресс». – Он быстро сжимает мои плечи, а потом стремительно выхватывает у меня из рук хот-дог и откусывает огромный кусок.
– Какого дьявола?!
– Черт, а это вкусно. В следующий раз обязательно куплю себе что-нибудь в этом роде. – Он стирает горчицу с уголка рта. – Итак, Нэшвилл, да? Будешь сообщать Траляля и Труляля, что возвращаешься в город?
– Если ты имеешь в виду Ханну и Джеки, то я пока не уверена. Еще не решила.
Райан роется в кухонном шкафу в поисках чего-нибудь перекусить.
– Не стоит. Эти девчонки – зло.
– Они мои подруги.
– Они тебе не подруги, Ви. Они злые девчонки.
Я устало вздыхаю. Брат прав, но они были моими самыми близкими подругами в старших классах, независимо от того, насколько сильно обделенной я чувствовала себя в нашей троице.
– Кстати, о злых девчонках… ты говорил с мамой?
Райан бросает на меня убийственный взгляд через плечо.
– Мама – не злая девчонка.
– Для тебя – нет. В конце концов, ты – любимый ребенок.
– Нет, я с ней не разговаривал. Но лучше сообщи ей, что ты приезжаешь в город. Она наверняка захочет тебя увидеть.
Нет, не захочет.
– Да, конечно, я ей скажу.
Я избегаю взгляда брата, чтобы он не догадался, что я не собираюсь сообщать маме, что приезжаю домой. Я бы хотела увидеть отца, но маму? Не очень.
– Кстати, об этом торжестве… – Райан присаживается на подлокотник дивана, с опаской поглядывая на меня. – Мне сегодня звонил Бретт.
– Зачем? – моментально взвиваюсь я.
Брат глубоко вздыхает.
– Хочет меня навестить. Собирается на это мероприятие.
– Навестить? Здесь? Что он забыл в Чикаго?
Райан отводит взгляд.
– Я говорил ему, что это не очень хорошая идея. Он не знал, что ты живешь здесь, но сейчас он действительно испытывает трудности, пытаясь найти работу в спорте. На этом благотворительном вечере будут присутствовать все крупные команды города. Это хорошее место для него, чтобы пообщаться.
От того, что я слышу имя Бретта, моим легким, а затем и мозгу не хватает кислорода. Последний человек, о котором я хочу думать, – это товарищ моего брата по команде в колледже, мой бывший парень.
Мы встречались почти все время обучения в колледже, но было несколько периодов, когда он порывал со мной, потому что у него появлялись другие варианты. Потом, когда ему становилось скучно, он приползал обратно лишь для того, чтобы заставить меня кататься на бесконечных американских горках в попытках стать достаточно хорошей, чтобы удержать его внимание.
И я, идиотка, принимала его. Каждый. Проклятый. Раз. Он был моей слабостью.
