боли, чем от возмущения. – Спасибо, я сама!
Кто бы сомневался!
– Мам! – Катюха плюхнулась рядом.
– Катя, встань со снега! – скомандовала Василиса, держась за правую голень ближе к щиколотке. – Я сейчас…
Она попробовала встать, но тут же с криком опять села.
– Да что за день-то такой?! – в сердцах воскликнула Василиса, морщась от боли.
Вот с языка сняла!
– Луна не в той фазе, – съязвил, намереваясь поднять девушку со снега без её согласия.
–Что-о?! – Василиса распахнула глаза, уставилась на меня, на секунду забыв о боли.
– Плохой лунный день, говорю! – повторил. Шутка так себе, но моя мама, заядлый огородник, постоянно её повторяла.
Передал поводок Кате и поднял Василису, держа за подмышки. Она попробовала наступить, но нога подкосилась от боли, и если бы я её не держал, она опять бы упала.
– Зашибись, – вырвалось непроизвольно. – Катя, на тебе пакет и Рокси.
– Ага, – всхлипнула девочка.
– Василиса, держись.
– Как?
– Нежно! – поднял девушку на руки. – Катя, пошли. Двери откроешь.
– Что вы…
– Просто держись, пожалуйста!
Подождал, пока Катя откроет дверь и вызовет лифт. В кабине ехали в полном молчании. Совсем вылетело из головы, что надо завести домой Рокси.
Занёс Василису в комнату и посадил на диван.
– Спасибо, – пролепетала девушка.
– Не за что. Справишься? – не заметил, что перешёл на «ты».
– Да, – еле слышно ответила Василиса.
Уже собирался уйти, но что-то меня остановило. Развернулся и присел перед Василисой. Она таращилась на меня огромными глазами, рядом стояла Катя, размазывая слёзы.
– Возможно, будет больно, – предупредил Василису. Она кивнула.
Расстегнул молнию на сапоге. Василиса закусила губы, но скривилась от боли и взвыла, когда я задел ногу возле щиколотки. Осторожно стянул сапог. Как я и ожидал, нога опухла. Поднял глаза и произнёс:
– Нужна «скорая».
Василиса кивнула. Достал телефон, набирая номер. Долго слушал мелодию ожидания. Терпение закончилось.
– Линия занята, – объяснил Василисе.
– Ладно, спасибо! Сейчас сама попробую вызвать. Или такси…
– А спускаться ты как сама будешь?
– Не знаю. Что-нибудь придумаю.
Придумает она! Лучше бы в нормальной обуви ходила! Решил, что если не будет служебной машины, отвезу Василису на такси.
– Катя, нужно найти большой тёплый шарф, – сказал девочке, набирая номер с работы. – Колёк, привет! Трудишься? Что там у вас? – спросил, когда вызов приняли.
– Говори что хотел, не тяни!
– Покататься хочу с мигалками.
– Чего это? На экзотику потянуло?
– Да нет, такой «экзотики» по горло хватает. Машина нужна. Соседку до травмпункта довезти.
– Молодая?
Хмыкнул. Кто про что, а Коля про своё!
– Ага.
– Блин, – протянул Колёк. – Ты же в Советском?
– Да.
– Сейчас перекину на наших, кто рядом. Пять минут и машина будет! Эх, жаль, сам не могу!
– Спасибо! – поблагодарил. Жаль ему!
– Должен будешь!
– Куда я денусь, – отключил вызов.
Посмотрел на Василису. Катя стояла рядом, держа шарф.
– Значит, так. Сейчас отведу Рокси и вернусь. Потом отвезу тебя в травмпункт, пусть снимок сделают. Катя, нужно повесить вещи. Тебе придётся подождать маму.
По лицу Кати покатились слёзы.
– Не переживай, никто твою маму никуда не заберёт!
– А можно Рокси останется со мной? Я тогда бояться не буду.
Ага, боится она! Как же!
– Я не знаю, – перевёл взгляд на Василису, на лице которой плескалась такая гамма чувств, что сложно передать.
– Можно, – выдохнула Василиса.
Представляю, каких усилий ей это стоило.
– Чудно. Тогда нужно вымыть ей лапы. – Рокси так и сидела у порога, ожидая, когда ей разрешат пройти. С этим у меня было строго! – Катя есть какая-нибудь ненужная тряпка?
На телефон упало смс: «Карета подана!»
Юмористы!
Обмотал шарфом ногу Василисы, глянул на второй сапог, точнее, на его каблук.
– А есть что-нибудь более устойчивое?
Василиса кивнула. Катя принесла другие сапоги. Снял второй сапог и надел нормальную обувь, в которой можно ходить. Повреждённая нога осталась в шарфе. Опухоль была сильной. Как бы не оказалось перелома.
Отдал Рокси команду: «Охранять!». Поднял Василису.
– Может, я сама допрыгаю? – робко предложила она.
– Давай, ты в кузнечика потом поиграешь. Держись лучше! Машина уже ждёт. Некогда.
Возле подъезда стояла машина Росгвардии.
– Это же… – начала Василиса и замолчала.
– Ага, – перебил её.
– Ты не сказал, что работаешь в поли… Росгвардии.
– А есть разница? Сань, отодвинь переднее сиденье назад, пожалуйста, – попросил того, кто сидел за рулём.
– Без проблем! Любой каприз!
– Я понял, давай!
– Я могу и на заднем поехать, – робко предложила Василиса.
– Будешь возмущаться, в багажник посажу.
Вот что за человек? Стараешься сделать как лучше, а она ещё и недовольна!
– Вань, так мы в багажнике только трупы возим, – хрюкнул Санёк, и сам засмеялся своей шутке.
– Ты ещё раз так пошутишь, она точно ползком решит добираться! – выразительно посмотрел на недоделанного шутника. Кто же при гражданских так шутит?!
Нас подвезли прямо к травматологии.
– Вань, вас ждать? – спросил коллега.
– Не знаю. Если не дёрнут, подожди. Только отъедь в сторонку, а то опять какая-нибудь бабулька не то подумает. Потом от «штурма» их родного травмпункта не отвертимся.
– Понял. Наберёшь тогда.
– Наберу, – кивнул водителю. – Держись, кузнечик, – сказал Василисе, подхватив её на руки, чтобы вытащить из машины.
– Я не кузнечик! – возмутилась Василиса.
– А кто? Лягушка? – больше никто из прыгающих на ум не пришёл.
– Ага! Царевна! Не страшно?!
Санёк хрюкнул.
– Вань, ты смотри там! Один уже связывался с с Лягушкой – жениться пришлось!
– Ты поезжай, давай. Умник. Спасибо!
– «Спасибо» не булькает! И потом не говори, что я тебя не предупреждал!
Дверь машины закрывал под смех Сашки.
Глава 18.
Василиса.
«Частичное повреждение связок правого голеностопного сустава» – диагноз, озвученный травматологом, мало что говорил. А вот то, что мне двенадцать дней придётся сидеть дома, наоборот, говорило о многом. Такую роскошь я не могла себе позволить. Но и другого выхода не было: я элементарно не смогу надеть на повреждённую ногу никакую обувь.
– А опухоль спадёт? – спросила доктора.
– Конечно, спадёт. Ещё раз повторяю: холод, тугая повязка, покой. На
