Срок между воплощениями различный и может продолжаться до столетий и тысячелетий - в среднем 700-1200 лет.
Четвертый класс - ученики Учителей Мудрости, сознательно творящие свое будущее. План Логоса для ученика - жить во имя своего Учителя, становясь с каждым днем все более благородным стражем и более сознательным проводником той благодати, которую Учитель создает для мира.
Ученики добровольно отказываются от продолжительного блаженства в Мире Огненном, на которое имеют право, для того, чтобы ускорить свою эволюцию, и перевоплощаются тотчас после смерти. Каждый из них имеет Учителя, который сам выбирает для него семью и условия, в коих он должен родиться.
На самой последней ступени, на ступени Учителя Мудрости, план Логоса завершается вполне, и душа живет в невыразимом единстве человека и Бога. "Не своей воли ищу, но воли Отца" - молитва его действия. Пятый класс - редкие цветы человечества, которые закончили свою человеческую эволюцию и, достигнув богочеловеческого состояния, руководят нашей эволюцией. Они не нуждаются в перевоплощениях и воплощаются лишь по своему желанию для целей эволюции и для блага человечества. Когда Учитель принимает рождение, Он сам решает, когда и где Ему родиться, ибо Он - абсолютный хозяин своей судьбы.
Итак, сроки пребывания в иных мирах чрезвычайно различны - условия могут изменяться от нескольких месяцев до тысячелетий. Все зависит от развития и зрелости человека.
Всякая жизнь есть определенный урок, определенное задание, которое нужно выполнить. Если человек был успешен в разрешении поставленной ему задачи, он двигается в своей эволюции
стрее; если же менее успешен, он много раз возвращается в те же условия, в ту же обстановку, в которых он не показал успеха.
Шагаем по эпохам
Коренные расы и их подрасы выполняют свои роли в драме Жизни, чтобы дать опыт нам. Вот почему Иерархия вносит в подрасы физические различия и помещает их то среди гор, то по берегам морей; вот почему Иерархия посылает в подрасы различные аспекты единой Истины, выраженные в религиях и философиях, которые появляются в различных подрасах под ее руководством.
Представим себе душу, рождающуюся поочередно в каждой подрасе. Начиная с рождения в первой подрасе атлантов, какой своеобразный опыт будет у души, воплощенной в примитивном великаноподобном человеке. И как различен будет этот опыт во второй подрасе - у горца, молчаливого и выносливого, чуткого к переменам солнца и облаков.
Воплотившись в толтека в Атлантиде или Перу, она будет иметь опыт администратора в одном из удивительнейших патриархальных проявлений, которые составляют славу толтеков. Такой администратор взял бы на себя всю тяготу забот о благосостоянии какой-нибудь деревни или провинции, учась при этом подавлять свою личность в пожизненном служении своим согражданам.
В качестве туранского колониста человек привыкает странствовать в поисках новых земель и бороться с природой на новых поселениях. В качестве воинственного первобытного семита он научается быть прежде всего борцом, развивающим быстроту решения и сознающим, что его жизнь принадлежит не ему самому, а племени.
Как мореплаватель и торговец в аккадийской подрасе, человек познает магическую силу моря, он познает необходимость учитывать психологические моменты в распределении товаров и разовьет умственную силу в деловом соревновании. А затем, как китаец-земледелец, не оставлявший никогда фермы, унаследованной им от предков, как близко узнает он немногочисленных жителей своей деревни, деля их заботы и горести и учась познавать внутренний смысл жизни вдали от шума политики, войн и торговли.
Следя за странствиями души в ее новых рождениях, остановимся на ее появлении среди Пятой Расы. Наверное, жизнь в Индии оставила свой неизгладимый отпечаток на ней, дав ей нечто из присущего индусу философского и отвлеченного взгляда на жизнь.
Позднее, в Древнем Египте, среди его практического и счастливого народа, не отдавшегося мечтам, она развивает другую сторону своей природы. И если бы человек родился арабом в самом сердце пустыни, неужели эта пустыня не оставила бы на его душе своего отпечатка, снабдив его тонкою чуткостью, ощущением невидимой жизни в природе и ее величия? В качестве иранца, рожденного в цивилизации, направлявшей его усилия к успеху путем торговых предприятий, он должен был научиться изобретательности и инициативе и частному ведению своего промысла.
Затем, как кельт - возможно, грек в Афинах - какое новое восприятие жизни возникает у него, уверенного, что боги повсюду, как на воде, так и на суше, уверенного в своем божественном происхождении, рожденного для того, чтобы преобразить жизнь в искусство, имея идеалом всестороннее знание, которое развивает цельность природы и здоровое настроение сердца. Как римлянин, твердый в
уверенности, что религия, семья и государство представляют одно, и с глубоким чувством законности и готовностью подчиняться закону, чтобы научиться искусству управлять. Либо как француз или итальянец, чутко и быстро отвечающий на эмоции, увлекающийся идеями помимо всяких материальных соображений. Или же как ирландец, быть может, как потомок Таута де Данаан, с его мечтательностью и интуицией, с его экзальтацией, чередующейся с грустью.
А затем, рожденный как представитель тевтонской подрасы в Скандинавии, или в Англии, или же в Америке, - какие новые способности может приобрести его душа в добавление к уже имеющимся свойствам? Практичность и, благодаря научным исследованиям, способность сверхличного суждения, добросовестность в деловой сфере и индивидуализм. А разве Бетховен, Вагнер и Шекспир не дадут ему нового понимания жизни?
В будущей подрасе, шестой, возникающей теперь в России, Австралии, Новой Зеландии, Америке и других странах, мы можем предсказать уже некоторые качества: чувство братства и новое понимание отношений между родителями и детьми; сотрудничество в делах и в материальной эволюции; интуиция, умение подходить по-новому к мировым проблемам; освобождение от традиций старого мира; любовь к солнечному свету, свежему воздуху и ко всему, что сближает людей.
Представим себе также, как различны должны быть опыты души в тех же самых подрасах, если она воплотится в теле женщины, выполняя женские обязанности; в ней разовьются новые чувства и новые точки зрения, без которых душа была бы, наверное, беднее. И так как человек должен обладать не только качествами, присущими людям различных положений и состояний, но и качествами,
присущими разным полам, то он воплощается то в мужском, то в женском теле. Число воплощений мужских или женских зависит от способности души претворять добытый опыт в способности. Обычно бывает не более семи и не менее трех воплощений подряд в одном поле.
Так возвышаются и падают цивилизации, развивая в людях то или другое качество; но в основе всего - процесс перевоплощения. Цивилизации появляются и исчезают только для того, чтобы стать для нас полем деятельности и опыта, дать нам новые переживания в различных жизнях. Они создаются из праха, им дается сыграть свою особую роль, а затем или погружаются в пучины морские, или разрушаются в огненном катаклизме. Но все они служат только сценами в драме, начертанной Логосом для нас, дабы, хорошо и верно исполняя в них наши роли, мы смогли бы когда-нибудь уподобиться Ему.
Человек проходит поочередно через все эпохи и расы, через все культуры, через все общественные положения - для того, чтобы своим собственным усилием, своим собственным творчеством развить до полноты те божественные свойства, которые заложены в нем как возможности.
Каждая смена жизни, подобно лекарству, исцеляет какую-то нездоровую сторону человека. Не будет сиять камень, недостаточно отшлифованный. Великие воплощения иногда сменяются как бы незаметными - кто знает, какой ценный предмет должен быть найден во время трудного пути?
Царь может оказаться чернорабочим, а сапожник сенатором - смена воплощений идет по основам психическим, но не по земным отличиям. Знатные воплощения чередуются с трудовыми. Трудовое воплощение может повысить сознание превыше всех владык мира сего. Все области тяжкого труда
полны нахождений. Гонимые научаются большему, чем гонители.
Встречаемся через века
Каждая душа развивается под влиянием своей собственной отдельной вечности, но она следует по пути к осуществлению своей Божественности не одна, но совместно с другими душами, которые она учится любить. Истинная связь любви между ними сохраняется навсегда, и, каковы бы ни были их земные оболочки, истинная любовь пробьется через них, как искра, от одной души к другой. Физическое родство не так важно, сила истинной любви проявляется всегда как любовь и служение, каков бы ни был земной проводник души, намеченный для нее Владыками Кармы.
