Все это время Муссолини по-прежнему крутил и вертел романы. Но теперь у него был доступ и к высшему обществу – не все же с простолюдинками якшаться. Одна из таких «дам из общества» – Маргарита Царфатти-Грассини. Она принадлежала к патрицианскому роду евреев Венеции. Утонченная и высокообразованная женщина, жена преуспевающего адвоката, аристократка до кончиков пальцев, Маргарита влюбилась в буйного, напористого, распираемого мужской силой плебея. Собственно, ничего удивительного и уникального в этом нет. Окружающие ее эстетствующие аристократы вряд ли были столь же сексуальны, как молодой Бенито Муссолини с его жгучими черными глазами.
Однако этих разных людей связывал не только секс. Маргарита Царфатти познакомила Муссолини с самым цветом итальянского общества. Все эти знаменитости – умницы и таланты – увлеклись идеями фашизма. Маргариту даже называли «пророком и повивальной бабкой нарождающегося фашизма, его идеологическим рупором». Эта синьора довольно долго вдохновляла Муссолини…
А тем временем Ракель (если вы не забыли, так звали жену дуче) родила Муссолини пятерых детей. Трех сыновей и двух дочерей. Бенито не очень интересовали дела семьи, которая вообще довольно долго жила отдельно, даже и не в Риме. Но затем в дела семейные вмешалась политика: фашистские идеологи провозгласили, что долг каждого итальянца – иметь законную супругу, освященный церковью брак и как можно больше детей. Муссолини демонстративно отправился с Ракелью под венец. Вся страна порадовалась за своего дуче, но венчание ничего не изменило в отношениях супругов. Они хоть и жили теперь под одной крышей, однако спали и даже питались раздельно. Страстность Бенито больше не распространялась на жену. У него, как обычно, было из кого выбирать.
Ракель, выросшая в деревне, смотрела на жизнь просто и ясно и, как всякая крестьянка, была достаточно сметлива. Она «знала свое место» и не вмешивалась в мужнины дела, его любовные похождения она тоже воспринимала спокойно – пусть себе гуляет, женат-то он на ней. Но при всей своей крестьянской рассудительности Ракель не была «тихой мышкой». Буйный характер Бенито сказывался и в семейной жизни – он нередко избивал Ракель, а она давала ему отпор. Однажды после очередного скандала Ракель твердо заявила мужу, что если он еще раз позволит себе подобное, она его убьет. Жена Муссолини явно не шутила.
Дурные привычки проявляют себя во всем. Великий диктатор поднимал руку не только на жену, но и на прочих своих женщин. Одну из них, французскую журналистку Магду Фонтанж, без памяти влюбленную в дуче и считавшую его «роковым мужчиной», он как-то чуть не придушил во время любовного акта ее же собственным шарфом. Иногда он просто грубо насиловал своих «посетительниц»…
Дуче некогда было разводить сантименты – его ждали дела партии и великой родины, а потому ежедневно являвшихся к нему девиц и женщин ждал одинаковый прием. Великий вождь кидался на очередную жаждущую любви и быстро и грубо овладевал ею прямо в своем кабинете – на подоконнике, на столе или на ковре. Затем осчастливленных синьор по-быстрому выставляли из дворца на улицу. Эти скоростные приемы он, как вы помните, отработал еще в молодости, в бытность свою учителем.
Столь могучие способности и дурные манеры отца нации нисколько не возмущали народ, напротив, итальянцы уважительно величали его «Главным фаллосом» Италии. И он весьма гордился этим прозвищем.
Правда, его еще называли Джульеттой – за любовь разговаривать с народом с балкона. Но это прозвище ему вряд ли нравилось… Выступать перед людьми Бенито Муссолини всегда любил. Он вошел во вкус в Швейцарии, в 1902 году, да так и пристрастился. Он вещал всегда и везде, где только мог, но балкон… «Балкон, – как кто-то довольно витиевато выразился, – стал его подмостками в театре истории».
Дуче выходил на балкон, и толпа (та самая, презираемая им толпа) встречала его восторженным ревом. Он выкрикивал свои продуманные и отточенные фразы, и толпа вновь заходилась от восторга. Муссолини умел разговаривать с толпой, он умел нравиться толпе.
Умелым правлением, а главное, агитацией, правящая партия смогла добиться того, что во всем обществе очень быстро укоренилось убеждение, будто фашизм – единственная альтернатива беззаконию и только при фашизме возможен покой и порядок.
Диктатура Муссолини очень и очень отличалась от всех прочих диктатур. Даже приближенные к дуче шутили, что она сделана из мягкого сыра. Один из его высокопоставленных знакомых называл Муссолини «Картонным львом» – не презрительно, а вполне по-дружески. К дуче вообще относились доброжелательно, его и критиковали как-то беззлобно. А он понимал, что на явном, открытом насилии ничего путного не построишь, и потому не было в Италии ни российского ГУЛАГа, ни немецких газовых камер, ни бесконечных процессов над врагами народа. Правда, инакомыслящих он тоже не приветствовал.
К своей деятельности Муссолини отнесся крайне серьезно. Первый год своего правления он объявил началом новой эры – «Анно примо». Был введен календарь, в котором все события исчислялись не с Рождества Христова, а с 28 октября 1922 года. В советской России тоже пытались ввести подобный календарь, но, слава богу, ничего из этого не вышло. А вот в Италии очень даже вышло.
Официальным приветствием не только членов фашистской партии, но и всех законопослушных граждан стала вытянутая вперед рука – как это когда-то делали в Древнем Риме. Аве, дуче…
Не имея ни малейшего опыта в управлении страной, дуче принялся издавать декреты и постановления и проводить совершенно идиотские реформы. Так, например, женщинам было запрещено носить брюки, им строго предписывались определенные фасоны и длина платьев, а также высота каблуков, были введены ограничения в пользовании косметикой и парфюмерией, сурово карались аборты и строжайше запрещались разводы. Наконец, дуче, вникающий в любые мелочи жизни, издал указ, в котором заражение венерической болезнью приравнивалось к уголовному преступлению – только сифилитик мог такой указ сочинить!
На этом отец нации не остановился. Он заявил, что современные танцы «являются зародышем плотского греха, вселяя в умы людей тягу к безнравственности». А сам, помнится, любил посещать гулянья и карнавалы и наблюдать за ритмичными движениями танцоров. Теперь же, как престарелая проститутка, он озаботился нравственностью нации, и, по его постановлению, число ночных ресторанов, клубов и варьете резко сократилось. Иностранцы, приезжавшие тогда в Италию, говорили, что вечером Рим походил на грандиозное кладбище.
Но игры в правителя страны – одно, а реальная жизнь – совсем другое. По настоянию Адольфа Гитлера Муссолини вступил во Вторую мировую войну, начатую фашистской Германией. Однако обещанной победы не последовало, и все военные неудачи привели к острейшему политическому кризису. Ранее преданные своему вождю люди открыто выступили против Муссолини. Он направился за поддержкой к королю Виктору-Эммануилу, но бывший единомышленник в поддержке отказал и объявил дуче, что война проиграна, страна на грани катастрофы и пост премьер-министра он передает маршалу Бадольо. Прямо у выхода из королевского дворца дуче арестовали – «в целях сохранения личной безопасности». В этих же целях уже никому не нужного отца нации упрятали за решетку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
