— М-м, а можно как-нибудь увидеть этих диххов? — может, если с этой стороны подойти к проблеме, станет понятнее?
— Так ты же сидишь рядом с одним из них! — воскликнула она.
Я удивлённо возилась на нашу хозяйку — кроме нас с ней никого рядом не было. Не имеет же она ввиду..? Нет. Мара указующим жестом ткнула в то «дерево», которое служило мне опорой последние пару часов. Действительно, если присмотреться и включить воображение то можно в плавных изгибах и выступах ствола увидеть сильно смазанные очертания гуманоидной фигуры и даже в исчезающем вечернем свете видно, что пух на его макушке очень напоминает то, что драххам заменяет волосы.
— Один из первых Оставшихся. Те, что помоложе, гораздо больше напоминают себя при жизни.
— И что, все они так?.. — меня и ужаснул и восхитил такой способ ухода в мир иной.
— Не все, только те, которых общество сочтёт достойными, — менторским, заученным тоном начала произносить Маара. Видимо ей не в первый раз приходилось служить гидом по экзотическим обычаям аборигенов. — Лучшие из лучших, получают привилегию продолжить своё существование в форме диххов. Считается, что так они смогут заново переосмыслить собственный жизненный опыт и поделиться мудростью с потомками. Не знаю, не замечала. Хотя у меня здесь собралось уже довольно много тех, которые по какой-то причине в последний момент предпочли остаться здесь, а не врастать в специальный субстрат в кадке, которую потом можно будет переместить в фамильный сад.
— Может быть, для того, чтобы это узнать и почувствовать, нужно быть драххом? Может быть, мы просто не того биологического вида?
Нет, ну правда же, намного проще списать непонятную традицию на нелепые верования чужаков, чем попытаться найти в них рациональное зерно.
— Может быть, — согласилась Мара, но голосу её недоставало твёрдости. — И вообще, что это мы обо всяких глупостях, лучше расскажи как там на Земле.
Как на Земле? Да откуда я знаю?! Я в последние годы сама там бываю набегами. Пришлось насиловать память в поисках каких-нибудь занимательных подробностей. Вспоминалась почему-то какая-то муть и чернуха (аварии, обрушения, свадьбы и разводы знаменитостей), театральная афиша Иллюзиона (за это «спасибо» Кеми с её великосветскими родителями) и мельком виденный показ летних мод. Каким образом мы дошли до моей собственной жизни и изображений пока ещё нерожденного дитяти? Наверное, Мара просто очень хорошо слушала.
С утра Мика был сильно не в духе. Начать с того, что вчера вечером ему пришлось буквально отлавливать нашу хозяйку, чтобы взять у неё кое какие образцы тканей на анализ и закончить тем, что сегодня с утра она опять куда-то пропала.
— Нет, ну договаривались же, что сегодня она освободит себе день! — кипятился мой муж. — В конце концов, не каждый день специально для неё пребывает доктор с другого конца галактики.
— А может, она ещё не проснулась? Вчера мы засиделись допоздна.
— Может, сходишь проверишь? — Мика жалобно посмотрел на меня. — Только если действительно спит, ты её не буди. Всегда лучше иметь дело с хорошо отдохнувшим пациентом. И было бы неплохо, если бы ты не некоторое время отвлекла пациентку разговорами, пока я буду проводить детальное обследование, чтобы она меньше нервничала и вообще… — он со значением на меня посмотрел.
Это «и вообще» у нас появилось тогда, когда на Лидранскую Пересадочную Станцию прибыли малоквалифицированные служащие собственно с Лидры и Непры и началась тихая охота за молодыми-неженатыми землянами. Причём если мужчинам хватило пары грозных взглядов со стороны Мика и от меня моментально отстали, то на девиц такие меры действовали слабо — временами приходилось приклеиваться к ненаглядному, служа ему своеобразным живым щитом. Мара на такую вот вертихвостку похожа не была, но мало ли как на здоровой молодой женщине могло сказаться долгое отсутствие людей-мужчин… Это ведь не интеллектуальное общение, которое и с инопланетниками вполне можно удовлетворить.
На самом деле, в версию, что Мара до сих пор спит, я не верила. Слишком уж большим было созданное ею предприятие, и слишком многое она делала лично, не доверяя помощникам. А потому выйдя из медицинского модуля, я поймала первого же побегавшего драхха и спросила, где он/она/оно (пол инопланетника на глаз не так-то просто различить) в последний раз видел Мару. Не то, чтобы мне сразу же, с первой попытки указали нужное место, но побегав некоторое время по Дому Мечты, я оказалась у парадных входных дверей, где, как и вчера, почти неподвижно восседал на низенькой скамеечке драхх с молочно-белой кожей и вот он-то и указал мне верное направление. Наша хозяйка обнаружилась на одной из тех террас, где вчера проходило празднество, она стояла под «деревом» свеженького дихха и скорбно взирала на него.
— Вот, опять, — произнесла Мара совершенно расстроенным голосом и кивнула на «новенького».
Только что вросший в землю, он действительно больше напоминал статую, чем растение. И я, находясь под впечатлением от красоты идеи, с которой Мара меня вчера ознакомила, не находила повода для расстройства. Планетарный суперразум, состоящий из опыта множества жизней, которые ещё и в состоянии обмениваться идеями в неком ментальном поле (предположим, что оно всё-таки существует) — это грандиозно.
— А в чём проблема? Боишься, что они всю твою долину заполнят?
— Это то как раз не проблема. Переберусь в другую, — отмахнулась она так небрежно, как будто речь шла о переезде в соседнюю комнату, а не о глобальном переселении. — Их здесь таких много. Драххам тут не слишком нравится, атмосфера неподходящая, а мы, люди, только тут и можем относительно нормально существовать. — Кстати да, тут, в горах, почти не ощущался тот удушающий запах, которым встретил нас космопорт. — Но как подумаю, какое количество документов опять придётся заполнять!.. Кстати, пойдём, нужно ещё вокруг Оставшегося заборчик поставить — они первое время не очень прочно держатся за землю, — она сокрушённо покачала головой и посмотрела на дихха с безадресной досадой. Вроде как смотрят на напрудившего лужу котёнка — с одной стороны безобразие конечно, с другой, что толку обижаться на неразумного?
— И здесь бюрократия! — мы потихоньку направились к дому. Очень вовремя — Мика же ждёт, да и времени на всё про всё только один день, да и то неполный.
— Это ещё что! Когда такое случилось впервые, меня чуть вообще с планеты не выдворили.
— А что, в этом есть какой-то криминал?
— Шутишь? Это же фактически кража чужого предка! Каждого такого дихха высаживают рядом с клановым святилищем и чем больше их, тем большим весом в обществе обладает клан.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
