Лаки кивнул. (Если почти весь личный состав базы находится в кольцах, разыскивая капсулу, понятно, почему им встретилось так мало людей). Он сказал:
— Поздравляю вас, но должен напомнить, что щель Кассини велика и в ней немало гравия. К тому же из-за притяжения Мимаса капсула находится на неустойчивой орбите. Ее вынесет либо во внешнее, либо во внутреннее кольцо, и если вы не отыщете ее быстро, то не отыщете никогда.
— Ваша попытка испугать меня глупа и бессмысленна. Даже в самих кольцах алюминиевую капсулу можно разглядеть среди льда.
— Масс-детектор не отличит алюминий от льда.
— Ваш масс-детектор, землянин. Задавали ли вы себе вопрос, как мы выследили вас после ваших трюков с Гидальго и Мимасом?
Лаки с каменным выражением лица ответил.
— Задавал.
Девур снова рассмеялся.
— У вас были для этого основания. Очевидно, Земля не располагает избирательным масс-детектором.
— Это тайна? — вежливо спросил Лаки.
— В принципе нет. Наш поисковый луч использует мягкое рентгеновское излучение, которое по-разному отражается различными материалами, в зависимости от атомного веса. Мы получаем отражение, анализируем его и потому легко отличаем металлический корабль от астероида. Когда корабль заходит за астероид, мы обнаруживаем, что на астероиде появилась значительная масса металла, которой раньше не было. Отсюда нетрудно заключить, что за астероидом прячется корабль, надеясь, что его никто не видит. А, член Совета?
— Понятно.
— Как бы вы ни старались спрятаться за кольцами или за самим Сатурном, металлический корпус корабля тут же вас выдавал. Ни в кольцах, ни на всей поверхности Сатурна нет металла. Даже в Мимасе вы не спрятались. Несколько часов мы считали, что вы погибли. Подо льдом Мимаса мы нащупали металл, но это могли быть остатки вашего корабля. Но когда металл начал двигаться, мы поняли, что вы еще с нами. Догадались о вашем трюке с тепловым лучом, и нам оставалось только подождать.
Лаки кивнул.
— Пока что вы выигрываете.
— И вы считаете, что мы не отыщем капсулу, даже если она находится в кольцах?
— Почему же тогда вы еще ее не нашли?
На мгновение лицо Девура потемнело, как будто он заподозрил сарказм, но Лаки сохранял выражение легкого любопытства, и сирианец в ответ прорычал:
— Найдем. Вопрос времени. И так как вы нам помочь не можете, не будем откладывать вашу казнь.
Лаки сказал:
— Вряд ли вы серьезно об этом говорите. Мертвые мы для вас очень опасны.
— Не пойму, чем опасна для нас ваша смерть.
— Мы члены земного Совета Науки. Если мы будем убиты, Совет никогда не забудет и не простит этого. И месть будет направлена и против сирианцев вообще, и против вас лично. Помните об этом.
Девур сказал:
— Я знаю об этом больше, чем вы думаете. Существо, которое с вами, не член Совета.
— Официально, может быть, но…
— А вы сами — если позволите мне закончить — больше, чем просто член Совета. Вы приемный сын Гектора Конвея, главы Совета, вы гордость Совета. Так что, возможно, вы правы. — Девур невесело улыбнулся. — Если подумать, то на некоторых условиях вам можно было бы сохранить жизнь.
— На каких условиях?
— Земля собирает межзвездную конференцию для обсуждения того, что она называет нашим вторжением на ее территорию. Вероятно, вы об этом знаете.
— Я сам предложил созыв такой конференции, как только узнал о существовании вашей базы.
— Хорошо. Сириус согласился в ней участвовать, и встреча произойдет вскоре на вашем астероиде Весте. Похоже, Земля торопится, — улыбка Девура стала шире. — Мы согласны, потому что не сомневаемся в исходе. Внешние миры в целом не любят Землю. У них нет для этого оснований. Наша позиция непоколебима. Но мы можем сделать ее еще более драматичной, если покажем всю глубину лицемерия Земли. Она созывает конференцию, утверждает, что хочет решить проблемы мирными средствами, и в то же самое время посылает боевой корабль на Титан с приказом уничтожить нашу базу.
— У меня не было такого приказа. Я действовал без приказаний и не собирался начинать войну.
— Тем не менее, если вы подтвердите мои слова, это произведет большое впечатление.
— Я не могу подтверждать неправду.
Девур не обратил на это внимание. Он хрипло сказал:
— Они должны будут убедиться, что вы не одурманены и психически нормальны. Подтвердите по доброй воле то, что мы вам скажем. Пусть конференция видит, что известнейший член Совета, сын самого Конвея, незаконно применял силу, в то время как Земля созывала конференцию, утверждая о своих мирных намерениях. Это сразу решит все дело.
Лаки перевел дыхание и посмотрел на холодно улыбавшегося сирианца. Он сказал:
— И все? Ложные показания в обмен на жизнь?
— Да. Можно сформулировать и так. Делайте выбор.
— Выбора нет. Я не стану лжесвидетельствовать.
Глаза Девура превратились в щелки.
— Думаю, станете. Наши агенты тщательно изучили вас, член Совета, и мы знаем ваше слабое место. Вы могли бы предпочесть собственную смерть, но у вас по-земному сентиментальное отношение к слабым, уродливым, извращенным. Вы захотите предотвратить, — мягкая и пухлая рука сирианца неожиданно указала на Верзилу, — его смерть.
Глава десятая
Офицеры космической службы и роботы
Спокойней, Верзила, — прошептал Лаки.
Маленький марсианин скорчился в кресле, глаза его с ненавистью были устремлены на Девура.
Лаки сказал:
— Не пугайте меня по-детски. Казнь в мире роботов осуществить нелегко. Роботы не могут убить нас, и я уверен, что вы и ваши коллеги не сможете хладнокровно убить человека.
— Конечно, нет, если вы имеете в виду отрубленную голову или развороченную грудь. Но в мгновенной смерти нет ничего страшного. Допустим, наши роботы подготовят к запуску пустой корабль. Вашего… гм… спутника прикуют цепями к переборке, прикуют роботы, которые, конечно, постараются не причинить ему вреда. На корабле будет автопилот, который уведет корабль подальше от Солнца и от плоскости эклиптики. Ни одного шанса на квадриллион, что корабль заметят с Земли. Он будет двигаться вечно.
Верзила вмешался:
— Лаки, неважно, что они со мной сделают. Не соглашайся ни на что.
Девур, не обращая на него внимания, продолжал:
— У вашего спутника будет достаточно воздуха; в пределах его досягаемости будет вода. Конечно, это существо будет одно и без всякой пищи. Голодная смерть — медленная смерть, а смерть от голода в космическом одиночестве вообще ужасна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
