И женщина вынуждена была спрашивать себя: «А что если бы она обладала хотя бы частицей того богатства, которое окружало ее здесь? Ведь тогда ей не нужно было бы работать? Что если бы она могла дать своему ребенку все, что он должен иметь в жизни по праву своего рождения? Что если бы отец Энни не оказался таким подонком, таким червяком, обсасывающим все нечистоты подряд, и хотя бы чуточку помогал ей поднимать дочурку на ноги? Что если…»
Хватит! Ведь она же приказала себе выбросить из головы этот навязчивый вопрос. Что было, то было и мхом поросло, а назад пути нет. Слава богу, теперь ее жизнь, кажется, успокоилась, вошла в надежное русло. Хотя порой и возникают моменты, когда она начинает бичевать себя за то, что тогда сама дала слабину перед этим гнусным червем…
Одним словом, она получила от жизни горький урок. Но, оказывается, и горькие семена могут давать сладкие плоды: теперь у нее была ненаглядная Энни, и им вдвоем было так хорошо! А если когда-нибудь ей встретится на пути еще и нормальный, порядочный мужчина (из среднего класса, с обычной внешностью, работящий, честный, не злой), то это ничему не помешает. Только бы он был покладистым, только бы ей доставляло удовольствие заботиться о нем. Без ослепляющей страсти и всепоглощающей любви она теперь может и обойтись: уже раз обожглась, наелась, спасибо большое!
Когда она задумалась ни с того ни с сего о потенциальном муже, в голову опять полезли предательские мысли: а что если она вдруг понравится такому мужчине, как Джеймс? Этот мужчина так и пышет энергией, и ей не трудно было вообразить, как он стал бы использовать ее в любовных утехах. Самый красивый из всех своих предков, возглавлявших «Роккаттер», он все делал со страстью и целеустремленностью, и у нее даже слегка участился пульс, когда она на мгновение представила, как он проявлял бы эти качества, оказавшись с ней в одной постели.
Кэтрин ударила ладонью по воде, резко встала и вылезла из ванны. Довольно фантазий! Нежные, теплые пузырьки воды размягчали и возбуждали, очевидно, не только ее кожу, но и мозги. Быстро растершись полотенцем, она накинула на плечи халат и направилась к лестнице. В холле Джеймса нигде не было видно, и женщина решила, что он работает в своем люксе. Ну и отлично! Сейчас, после горячей ванны, когда она так разомлела и была так возбуждена, ей только и не хватало столкнуться на безлюдном этаже с мужчиной, причем таким же, как она, одиноким и, может быть, таким же — кто знает? — возбужденным.
Зайдя к себе в номер, Кэтрин приняла душ, переоделась и стала ждать звонка Джеймса. Когда он позвонил, она уже была готова к выходу. Ее бедра обтягивало элегантное вечернее платье, на ногах аккуратно сидели черные туфли-лодочки, а голову украшал изящный зажим, которым она подколола волосы.
Ее спутник, переодевшийся в льняной костюм и ослепительно белую рубашку с отложным воротничком, выглядел потрясающе. Он весь сиял, излучая энергию и силу, и Кэтрин поймала себя на шутливой мысли о том, что энергетическое поле этого мужчины может вызвать короткое замыкание в любом электрооборудовании, вблизи которого он окажется. Ну а уж в ней самой электрические разряды следовали один за другим, стоило ему только появиться в ее поле зрения.
Когда они вышли из лифта в вестибюль и встретились с супругами Марлборо, она вздохнула с облегчением: сменившаяся обстановка хоть в какой-то степени освободила ее от магических чар Джеймса. Зато он явно произвел впечатление на миссис Марлборо. А ее супруг вызвал самые положительные эмоции у Кэтрин.
Прежде чем зайти в ресторан, Джеймс пригласил всех к стойке бара и заказал четыре коктейля с вишневым ликером. Завязалась непринужденная беседа, и через несколько минут тонкий ледок, поначалу сковывавший общение незнакомых людей, был легко сломан. Дальше беседа пошла как по маслу.
Во время ужина мужчины будто вскользь говорили о делах, причем Кэтрин было приятно заметить, что мистер Марлборо время от времени не только обращался за советом к жене, но и с неподдельным вниманием выслушивал ее доводы.
Когда их вечерняя трапеза уже заканчивалась, Кэт пришла по крайней мере к одному бесспорному выводу: Диллон и Арабелла Марлборо были явно не простаками в переговорах.
После ужина Джеймс с трудом скрывал свое приподнятое, почти торжествующее настроение. Даже на взгляд Кэтрин, переговоры завершились как нельзя лучше. Дело было в шляпе. Когда они вышли из ресторана и стали прощаться, Диллон крепко пожал руку магната Роккаттера и сказал:
— Так что давайте встретимся еще раз завтра утром и покончим с оставшимися разногласиями.
После того как швейцар вызвал машину Марлборо к подъезду и гости уехали, Джеймса обуяло страстное желание схватить Кэтрин в охапку и расцеловать. Его переполняла радость, потому что он одержал большую победу. Но не только деловым успехом объяснялось бурлившее в нем желание стать нежнее с этой женщиной.
Еще во время ужина его глаза без конца косили в ее сторону. Он всегда знал, что многие женщины используют в своем одеянии черный цвет, чтобы эффектно выглядеть перед мужчинами. Однако черное платье, которое надела сегодня Кэтрин, делало ее не только эффектной. В нем она была просто неотразима. Платье подчеркивало упругую округлость ее бедер, стройность ног и… и превращало Джеймса в жуткого сексуального маньяка.
Он надеялся, что супруги Марлборо не заметили его более чем неравнодушного отношения к мисс Пирс, хотя Диллон явно недвусмысленно подмигнул ему и кивнул в сторону Кэтрин, когда они с ним усаживали дам за стол.
Диллон был прекрасным человеком, и Джеймс искренне обрадовался, когда тот согласился на слияние с «Роккаттером». Пусть даже и на временный срок до двух лет, который они решили считать переходным. Хорошее впечатление на него произвела и Арабелла Марлборо.
Не обращая внимания на приклеенный ему ярлык «бизнес-акулы», Джеймс получал огромное удовольствие от прокручиваемых им операций по «взбадриванию» вялых деловых связей с выгодой для своей компании. Иногда заключаемая сделка позволяла ему сохранять за партнером, присоединяющимся к «Роккаттеру», руководящий пост, а иногда и нет. Однако в случае с небольшой, но цепкой фирмой «Лейк-Сьюпириор рипэарз», которой владела чета Марлборо, сделкой, судя по всему, были весьма довольны обе стороны.
И все-таки почему его так сильно тянуло к Кэтрин? Почему в нем вдруг забурлило желание расцеловать ее? Сейчас, когда они, проводив сговорчивых сотрапезников, остались одни, он подумал о том, что все, может быть, объяснялось очень просто: за одним желанием — на радостях расцеловать эту женщину — скрывалось другое, более глубокое — иметь собственную семью. Своими семейными помыслами Джеймс ни с кем еще не делился; эта тема была для него жестким табу в любых разговорах. Черт возьми! Да ведь у него все равно никогда не будет надежного, счастливого брака. Так уж распорядилась судьба, так начертано в его созвездии. Но даже если бы он остепенился и обзавелся семьей, вряд ли этот новый статус изменил бы укоренившиеся в нем привычки и превратил его в примерного супруга. Джеймс Роккаттер очень сомневался, что смог бы каждый день в шесть часов по окончании работы сразу ехать домой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
