и красивой. Если она была безличной, если я понятия не имел, кто она и откуда, то она также была в каком-то смысле совершенством, была мечтой о безрассудном трахе. Если был расчет, то и вреда особого не было.
Она начала стонать. Это было фальшиво и ненужно.
- Прекрати, - сказал я.
Она рассмеялась.
- Хорошо, - сказала она.
Она скользнула рукой между нами и положила пальцы на мой член, пока я работал над этой великолепной пиздой, и это было уже чересчур, я бы через секунду кончил.
- Не делай этого, - попросил я. - Я предпочитаю пока не кончать, хорошо?
- Кончишь, когда захочешь, - сказала она.
- Спасибо, - сказал я. - Я так и сделаю.
Я зарылся лицом между ее грудей. Я поцеловал нежную кожу ее шеи. Она поцеловала меня в ответ. Мы трахались и трахались. Наконец-то я кончил.
Я был измучен, но она могла бы продолжать, у нее было много энергии. Она оделась, а я просто лежал на спине, уставившись в зашпаклеванный потолок.
- Теперь мне сделают массаж? - спросил я.
- Нет, ты не получишь и это и массаж. Либо одно, либо другое.
- Очень жаль.
Я сел и посмотрела на себя в зеркало. Все то же самое. Вот только на моем лице застыла дурацкая ухмылка. И голова все еще гудела. Культурный шок. Она открыла дверь и остановилась.
- Как ты себя чувствуешь? - спросила она.
- Как будто я снова потерял девственность.
- Похоже на то, - oна рассмеялась.
- Не возражаешь, если я возьму сигарету? Рядом с полотенцами на столике лежала пачка "Мальборо".
- Давай, не торопись.
Я выкурил сигарету и оделся. Потребовалось некоторое время, чтобы все осело в голове. Казался странным этот интим без узнавания или близости, это дурацкое бесстыдное погружение.
Однажды она просунула голову в дверь, чтобы посмотреть, как у меня дела. Она хотела, чтобы я поскорее свалил. Я это уловил. Ночь была напряженной. Флот ждал своей очереди. Я затушил сигарету, застегнул рубашку и без посторонней помощи добрался до двери.
Дверь открылась с другой стороны, и появилась Соня с матросом под руку, пареньком лет восемнадцати, коротко подстриженным, с бычьей шеей, бестолково улыбающимся мальчишеской смущенной улыбкой. Когда я проходил мимо, Соня поцеловала меня в щеку.
- Возвращайся скорее, - сказала она.
Я вышел оттуда. Поискал Ти Джея в вестибюле и на улице, но он все еще был внутри. Если он мог трахаться так долго, то, возможно, на самом деле мог бы и убить. Тем временем я наблюдал за шлюхами. Мимо прошел береговой патруль. Девушки и моряки заключали сделки прямо на улице, а береговой патруль просто проходил мимо.
Я был готов отправиться в бар, когда он появился, сияя.
- Эй, Струп, как все прошло?
- Очень хорошо. А как прошел твой массаж?
- Замечательно. Хотя бывало и лучше.
- Ах вот как? Это очень плохо. Она тебе дорого обошлась?
Он посмотрел на меня.
- Как и тебе, Струп. Двадцать.
- Я имею в виду внутренний массаж.
- Внутри мне это ничего не стоило. О чем ты говоришь?
- Ти Джей, ты что, не трахнул ее?
- Господи, нет.
- Она тебя не просила?
- Нет. А ты перепихнулся, Струп?
- Я на тридцать баксов беднее. И на полчаса счастливее.
- Где ты взял тридцать баксов?
- Купи мне выпить, Ти Джей, - сказал я, - и я тебе все расскажу.
- Она была хороша, Струп?
- Была, без сомнения.
- Знаешь, может, мне стоило снять штаны? Может, тогда она бы меня попросила.
Я переходил улицу с самым тупым человеком на всем Западном побережье Америки. Может быть, во всем Западном полушарии. Он не снял штаны, и они решили, что он полицейский. Вот о чем шептались в коридоре. Наверное, думали, что я тоже полицейский, раз мы пришли вместе. Так что же я там делал, сидя голым?
Должно быть, это их до чертиков сбило с толку.
- Да, Ти Джей, думаю, тебе следовало это сделать.
Мы пошли выпить, и я сидел с ароматом Сони на руках, и каждый раз, когда я делал глоток виски, она возвращалась ко мне на кончиках моих пальцев, со своими светлыми волосами, бледной плотью и губами, которые я не целовал. Это было все равно, что снова потерять девственность.
Только однажды в запахе было столько тайны.
Ее запах продержался во время ночной попойки до утра и далеко за полдень. Я позаботился о том, чтобы он оставался подольше. Я также старался сохранить в памяти ее лицо, это прекрасное лицо, которое я знал всего полчаса. Но уходя с работы, я уже не мог вспомнить, как она выглядела. Только длинные светлые волосы, плоть, губы и ощущение ее пизды вокруг меня, и у меня все еще был ее запах, который растворялся, медленно растворялся, а на следующее утро она исчезла.
От автора Небольшое отступление о Струпе. Никто в здравом уме не скажет, что он очень чувствителен в этой истории, но злость пропала. Я бы сказал, что, возможно, он стареет, смягчается, но последующая история опровергает это предположение.
Я действительно некоторое время работал в Сан-Диего, редактируя массовый глянцевый палеонтологический журнал под названием "Ископаемые", который закрылся после первого выпуска. Я был слишком беден, чтобы арендовать машину, и большую часть времени проводил в офисе. И да, ночи были длинными и тоскливыми.
"Никогда не доверяй умной пизде с двойным именем"
(рассказ публиковался под названием "Ремонт сантехники")
Я жил в старом, когда-то внушительном здании на 71-й
