Читаем без скачивания Невидимая угроза - Джина Майер

Мориц пожал плечами.

– Мне сейчас не до отдыха. Я бы, пожалуй, на работу устроился. И подумал, что теперь делать.

– На работу? – переспросила ошеломленная госпожа Ротэ. – Кем?

– Официантом. Один мой друг уступил мне место в пиццерии в центре. Завтра у меня первый рабочий день.

– Ну, если ты этого действительно хочешь… – дипломатично заметил отец. – Учеба на медицинском от тебя не убежит. В смысле, если ты, конечно, передумаешь, – поспешно добавил он.

Мориц рассеянно кивнул. А потом бросил скатанное в шарик письмо из университета в сторону мусорного ведра у двери. Шарик ударился о край ведра и упал рядом.

«Может быть, Феликс знает, что с ним происходит? Почему он так изменился?» Если бы у Софии был номер телефона Феликса, она бы ему позвонила. «Я волнуюсь за брата, – сказала бы она. – Вы ведь с ним дружите, может быть, ты мне поможешь?» Наглая ложь. На самом деле Мориц ее нисколько не интересовал. Ее интересовал Феликс. С тех пор как две недели назад он зашел к ней в гости, София непрерывно думала о нем. Когда раздавался звонок в дверь, ее сердце билось чаще. Но на пороге всегда стоял почтальон, или рекламный агент, или мамина подруга. Феликс больше не приходил.

Может быть, ему стало скучно. Или его отпугнул беспорядок в ее комнате. Может быть, он поссорился с ее братом и потому больше не приходит сюда. Может быть, он уехал. «Мальчикам не нравится, когда девчонки сами вешаются им на шею, – говорила когда-то Софии Эмили. – Хотя сами они в этом ни за что не признаются. На самом деле ничто не изменилось со времен неандертальцев: женщина должна ждать, пока мужчина сделает первый шаг. Иначе парни пугаются и отступают».

Но что делать, если мужчина и не думает делать первый шаг? Что, если он просто уходит? «Тогда забудь о нем, – вспомнились Софии слова Эмили. – Есть и другие классные парни в этом мире».

София повалилась на кровать и зажмурилась. Она представила себе, как Феликс делает первый шаг, а потом второй, как он приглашает ее отдохнуть на Гавайях. Они бы жили в шалаше из пальмовых веток. Пару недель. Или месяцев. Или всю жизнь.

Плавали бы в море, ловили бы рыбу, а потом жарили бы ее на костре. Поили бы друг друга кокосовым молоком. Правда, София ненавидела рыбу и кокосовое молоко. Но это не важно. Они целовались бы на закате. И на рассвете. И вообще всегда.

София вздохнула.

Ее компьютер тихонько пискнул. София получила новое письмо.

«Феликс! – подумала она, вскочив с кровати так быстро, что у нее закружилась голова. – Но почему он мне пишет? Он раньше никогда мне не писал». Однако эта мысль не послужила достаточно весомым аргументом для ее тела, дрожавшего от волнения. Девочка подошла к столу и открыла почту.

Новое письмо. Без отправителя. Зато с темой: «Второе июля». Новое письмо от Сары Фолькер. «Я вижу тебя. Не забывай обо мне».

«Вот тупая овца! – в ярости подумала София. – Что тебе от меня нужно? Почему ты решила все это устроить именно теперь? Почему ты тогда ничего не предпринимала? Поджала хвост и перевелась в другую школу. А теперь, год спустя, начинаешь меня доставать. Меня! Эмили ты не написала, даже сейчас не осмелилась выступить против нее!» И вдруг Софии в голову пришла новая мысль: «Я ей позвоню. И почему только я не подумала об этом раньше?» В телефонном справочнике в Интернете нашлось семнадцать человек с фамилией Фолькер, но только одна семья проживала на Нордштрассе.

Пальцы Софии дрожали от злости, когда она набирала номер. «Ну погоди!» – думала она.

– Фолькер. – Голос был женским.

– Сара? Это ты?

На другом конце линии помолчали.

– Кто это?

– София Ротэ.

Опять молчание в трубке.

– Мы учились в одном классе. В школе имени Генриха Гейне.

София надеялась, что это Сара, а не ее мать или сестра.

– Помню. Что тебе нужно?

– Сама знаешь.

– Что, прости?

– Ты присылаешь мне эти дурацкие письма. «Я вижу тебя. Не забывай обо мне». И еще одно пару недель назад.

– Ты что, с ума сошла? – опешила Сара. – Зачем мне писать тебе? Я тебя едва помню.

– Ой, да ладно, Сара! Хватит притворяться! Мы ужасно с тобой обошлись. Мне стыдно за то, что я во всем этом участвовала. Травля на Фейсбуке… это было низко.

– Но это же Эмили все затеяла. И Луция Вандерс. И Мария с Эммой. Это они все придумали.

– И я. Я тоже в этом участвовала.

– Ты… – презрительно выдохнула Сара. – Ты тоже была жертвой. Они никогда не воспринимали тебя всерьез.

– Я обрабатывала фото. – Ее слова не были похожи на признание. Скорее она оправдывалась.

При этом София понимала, что Сара права. Эмили и все остальные никогда не относились к ней серьезно. Так, воспользовались ее услугами, а потом бросили.

– Правда? Это сделала ты? – равнодушно спросила Сара. – Ну спасибо.

– Прости меня, – прошептала София.

– Нет, правда. Спасибо. Эта история с фото меня доконала. Последний пинок под зад, и этого оказалось достаточно. Я ушла. А теперь у меня все замечательно. В новой школе я стала старостой класса, представляешь?

Нет, этого София представить себе не могла. Сара Прыщ – староста класса, защищает интересы своих соучеников на школьных собраниях. Но, может, она избавилась от прыщей?

– Я тебе не писала. Правда. Может, это другие. Потому что теперь твоя очередь, и они решили травить тебя. Кто знает, что они задумали? Мне кажется, они на все способны. Серьезно, София, тебе тоже стоит свалить оттуда. Они никогда тебя не примут, никогда. Как бы ты ни унижалась.

После этого Сара повесила трубку. И, наверное, вздохнула с облегчением. София была в этом уверена, хотя, конечно, уже ее не слышала. У Сары были все причины радоваться. Потому что все это – больше не ее проблемы. А проблемы Софии. И больше ничьи.

Кто бы ни написал эти странные сообщения, это была не Сара. И не Эмили. По крайней мере, София не могла представить себе ни одной причины, по которой Эмили стала бы так поступать.

«Но кто это сделал?» – думала София.

Кто-то следил за ней. «Я вижу тебя. Не забывай обо мне». И эта странная дата – второе июля. Сегодня было четвертое июня. До этого времени оставалось чуть меньше месяца.

– Что же случится второго июля? – прошептала София.

Она подошла к окну и выглянула наружу. На противоположной стороне улицы стоял какой-то мужчина, уткнувшись в свой смартфон.

«Это он», – подумала София.

Она схватилась за подоконник – так сильно у нее закружилась голова. Но тут мужчина сунул телефон в карман и просто двинулся дальше. Нет, не он. А может быть, и он…

Может быть, этот тип ее заметил и поэтому ушел. Эти сообщения мог написать кто угодно.

– Нужно обратиться в полицию, – пробормотала София.

«Травля в Интернете – это серьезное преступление», – мрачно говорила их классная руководительница, когда вскрылась история с Сарой.

«Но меня никто не травит, – подумала София. – Мне угрожают. Однако если я пойду в полицию, то все узнают, что я тогда сделала». И вдруг ей стало ясно, что ей больше нечего скрывать. Сара сама поблагодарила ее за то, что она обработала фото. Интересно, как подать заявление в полицию? Позвонить туда? Или прийти лично?

София покачала головой. Вначале нужно будет поговорить с родителями.

– Но почему ты молчала все это время? – ошеломленно спросил господин Ротэ, когда София показала ему распечатку двух писем. – Когда пришло первое сообщение?

– Три недели назад. Но тогда я не восприняла его всерьез.

– Ну послушай! – возмутилась ее мать. – Звучит как настоящая угроза: «И буду с вами все время до второго июля». Что это за дата?

– У тебя проблемы с кем-то? Может, поссорилась? – спросил отец.

– Нет. Я понятия не имею, кто за этим стоит.

– «Вы», – пробормотал господин Ротэ.

– Что?

– Он пишет: «Вы думаете, что избавились от меня. Но я о вас помню». Он явно имеет в виду не только тебя.

– Да. Но во втором письме он обращается только ко мне: «Я вижу тебя. Не забывай обо мне».

– Хм… И все же… Похоже, этот тип присылает письма не только тебе, но и кому-то еще. Ты не говорила об этом с подружками?

«С какими подружками?» – подумала София.

– Может, это кто-то из твоего класса, – предположила мама. – Подумай, может быть, ты кого-то подозреваешь?

София покачала головой:

– Я понятия не имею. Правда.

– Не исключено, что это просто глупая шутка, – задумчиво протянул отец. – Но мы не можем быть в этом уверены. Естественно, мы обратимся в полицию. Подадим заявление, скажем, что не знаем, кто это делает. Пойдем завтра же.

– Мы? – насмешливо переспросила госпожа Ротэ. – Ты, скорее, хочешь сказать «вы». Это мне придется завтра идти с Софией в полицию.

– Ну, у меня завтра одна пациентка за другой. Я не смогу уйти с работы.

– Да я сама схожу, – заявила София. – Только скажите мне, куда идти.

– Ой, ладно, я с тобой пойду, – покачала головой мама. – Завтра утром попробую выяснить, кто отвечает за такие случаи. И пойду с тобой, ясное дело. Моя работа ведь не такая важная, – резко добавила она, покосившись на мужа.