будет лишним.
Автомобили поравнялись с конвоем и продолжили движение на такой скорости. Вдруг, раздались выстрелы. Водитель первой машины сопровождения был убит первым же выстрелом. Со вторым автомобилем сопровождения было более хлопотно: пришлось сделать несколько выстрелов для достижения целей. Однако нападающие не учли, что стекла в фургоне тоже бронированные.
Стрелок, который должен был заниматься фургоном, связался с центром (человеком, который отслеживал местонахождение конвоя через спутник):
– Сопровождение не помеха, но фургон с целью продолжает движение. Его стекла тоже оказались бронированными. Просим разрешение начать стрельбу по колесам.
– Вас понял, стрельбу разрешаю. Действуйте осторожно, цель нужна живой.
Внутри фургона тоже было неспокойно. Когда раздались выстрелы, оба охранника отвернулись от Кретинина, чтобы посмотреть, что происходит. Ему понадобились считанные мгновения, чтобы накинуть наручники на шею одного из охранников, начав его душить. Второй тут же потянулся за оружием, но пистолет застрял в кобуре. За это время заключенный успел свернуть шею первому, дотянуться до его пистолета и выстрелить два раза: один раз в ногу, второй раз в грудь. До водителя добраться проблематично, так как стекло внутри тоже бронировано на такие случаи, но это и не требуется.
Люди Караськова стали стрелять по шинам, что привело к остановке фургона. Водитель вышел из машины и поднял руки:
– Не стреляйте, пожалуйста! Я безоружен!
Но нападающие были неумолимы: они произвели три выстрела в голову. Тут раздался еще один выстрел, после которого открылась дверь бронированного фургона. Кретинин спокойно вышел из него и спросил:
– Ну что, тюрьму взять штурмом – кишка тонка? Решили взять легкую цель? Ладно, к кому садиться?
Один из нападающих вышел из машины, зашел в фургон, чтобы взять ключ от наручников, а потом освободил заключенного.
– Поехали с нами.
По дороге обратно отзвонились в центр, сообщив, что операция завершена успешно. Утром у начальника отдела ФСБ, где работает Лаврентьев, было сообщение о побеге. Он не очень этому был удивлен, поэтому не стал устраивать разнос своим подчиненным. Однако заявил, что дело возбудить придется. Таким образом, Караськов должен быть прямо заинтересован в том, чтобы никаких улик, который позволили бы связать это нападение с ним, не удастся обнаружить.
Общение – залог крепкой дружбы
И снова выходной, и снова дочка Алексея приедет в гости. Как же Настя ненавидела выходные, если идет интересное расследование. Она хотела быть максимально в него вовлечена. Но только ее желания мало, потому что, выполняя свои профессиональные обязательства, она не сможет повлиять на всех остальных, от которых также многое зависит. Как результат, ей придется работать сегодня дежурным клоуном. Нет, она не говорила себе, что ненавидит Катю. Просто, с ней невозможно общаться на равных, а это слегка напрягало.
Мама привезла девочку в 13.00. Катя была несколько разочарована, что папы опять нет дома, что ему приходится работать в их день. Однако сегодня Лаврентьев должен был освободиться пораньше, поэтому Настя предложила Кате порадовать отца вкусным мясным пирогом. Девочке так понравилась эта идея, что новость об отсутствии любимого папочки превратилась из плохой в хорошую. Это же отличная возможность удивить его своими кулинарными способностями!
Нужных продуктов не было: так оказалось, что Настя не привыкла что-то печь сама. Как правило, выпечку она заказывала, чтобы не тратить время дома, однако у нее получались очень вкусные кулинарные шедевры. Девчонки поехали в ближайший магазин, чтобы приобрести все необходимое.
– Тетя Настя, а когда папа приедет?
– Скоро уже.
– А он может задержаться, чтобы мы успели все сделать?
– Думаю, что да. Мне позвонить ему, попросить приехать попозже?
– Да!!!
Миллер позвонила Алексею и узнала, как долго ему еще придется находиться на работе. Он не смог точно сказать, но пообещал приехать часа через 3 в любом случае.
– Тетя Настя, а нам хватит три часа?
– Конечно! Мне же будешь помогать ты. Мама просит тебя помочь, когда что-то готовит?
– Нет. Обычно она просит, чтобы я ей не мешалась, так как у нее нет времени.
– Ясно. Ну, ничего страшного, я тебя научу готовить вкусно. Твой папа говорит, что у я – настоящая фея, потому что из простых продуктов создаю что-то очень и очень вкусное.
Глаза у Кати горели, она хотела как можно быстрее вернуться и начать готовить пирог. Этот процесс был сложнее, чем рассчитывала Настя. Дело в том, что вещи, которые она считала элементарными, были не такими уж и простыми для девочки. Требовалось контролировать каждый шаг, рассказывать все и показывать. Миллер подумала, что понимает мать девочки, которая не желает ее учить готовить еду, но это очень важный процесс. Тем более, что она будет расти, становиться более самостоятельной. Мать будет требовать от нее все больше, но как же ребенок сможет помогать, если его не удосужились научить. Таким образом, набравшись терпения, Анастасия все детально объясняла Кате, решив в следующий раз взяться за более простое блюдо.
Через пару часов пирог был полностью готов. Катя не могла дождаться, когда же приедет ее папа. Она спрашивала Настю каждые 10 минут, где он едет. К счастью, Лаврентьев действительно уже направлялся домой, поэтому долго слушать нытье его дочери не придется. Когда Алексей зашел в квартиру, Катя побежала к нему:
– Папа, папа, привет! Ты не представляешь, что мы с тетей Настей для тебя сделали! Проходи скорее, раздевайся!
– Привет, Катюшка. И что же вы для меня сделали с тетей Настей?
– Не скажу, сам узнаешь, когда пройдешь!
– А это не связано с тем прекрасным запахом, от которого у меня текут слюнки?
– Проходи, не томи!
Алексей разулся и пошел в ванную мыть руки. Настя зашла к нему.
– Как на работе?
– Ничего интересного, если не считать, что ночью совершено нападение на конвой, который перевозил заключенного.
– Кретинина?
– Именно.
– И что теперь?
– Ничего. Это было ожидаемо, а выйти на Караськова не получится. Спасибо тебе, что позанималась Катей.
– Мне было несложно. Она прекрасный ребенок.
Лаврентьев помыл руки и поцеловал свою будущую жену. Тут зашла Катя:
– Хватит целоваться, вас долго ждать?
Оба смутились и сказали, что сейчас придут. Ребенок уже сидел на стуле около накрытого стола, ожидая своего отца и его девушку.
– Ого! Вот это да! Кто это готовил?
– Мы с тетей Настей! Папа, тебе нравится?
– Давай узнаем. Я как раз очень голоден.
Лаврентьев разрезал пирог и положил каждому по кусочку. От этого кулинарного шедевра исходил изумительный запах. Он еще был горячим, а начинки девушки не пожалели. Разрезая, он понял, что мяса здесь действительно много. Когда уже все приготовились есть, Катя смотрела
