оставлять работу без оплаты. Тем более, я уже сейчас мог чувствовать, что изделие было идеального качества.
Проверить новую руку я решил довольно странным способом: начал отжиматься посреди улицы, из-за чего прохожие смотрели на меня косо. Рука и правда была хороша. Я встал, ребёнок, пробегавший мимо, ткнул в меня пальцем и закричал: «Мама! Фу!» Женщина его одёрнула, потом посмотрела на меня и сказала: «Повязку хоть надень». Впервые вижу на улицах Риджита кого-то, для кого увечья, в выдуманных боях заработанные, не являются предметом почитания. Видимо, не такие уж здесь все и одинаковые. А насчёт повязки она правду сказала. Я как-то даже и забыл совсем про это.
Найти предмет, позволяющий не пугать детей, было нетрудно, и теперь я был то ли пират, то ли чёрт знает кто с виду. Но да и чёрт с ним, у меня есть все конечности, только пальца с глазом не хватает. Жаль, что глазных протезов нет в этом мире, придётся всё же исцелять старой доброй магией. Но когда я там ещё доберусь до лекаря…
Целый день я был предоставлен сам себе. Вообще, два, но послезавта вечером мне уже идти на дело, так что это не считается. И чем можно заняться в городе военноголовых Ашшуров целый день?
Само собой, посетить цирюльника и общественную баню. Я не стригся уже… Хотя, какой уже, я Ещё ни разу не стригся в этой жизни. Это высказывание в моей голове показалось мне забавным. А вот бриться мне не нужно было. Итак у Марка мало что росло, а тут ещё и сплошные шрамы.
Баня общественная была совершенно не так хороша, как деревенская, хоть и была чище. Особого удовольствия я не получил, но отмылся, уже неплохо. Мужики всё порывались сбегать в женскую подглядывать, уламывали и меня. Но мне такие развлечения чужды, что толку смотреть на телеса какой-то случайной бабы. Это дело тонкое, здесь чувства нужны всякие. Любовь там… Или страсть, хотя бы.
Процесс приведения себя в порядок занял совсем немного времени, солнце ещё было высоко,а кошель мой был почти также тяжёл, как в самом начале. Тогда я решил посетить портного.
Портной снял с меня мерки, я оплатил ему сразу всю сумму в сто пятьдесят три брахмы и пошёл дальше. А вот куда дальше — не знал.
Очень странное это ощущение, когда сначала постоянно чем-то занят, а потом вдруг раз, и ничего. Никакого мало-мальски значимого задания нет, исчезли почти все неудобства, связанные с конечностями, которые до этого необходимо было преодолевать.
Не зная, что мне ещё делать, я вернулся в таверну и, не дожидаясь вечера, повалился на кровать с целью просто проспать этот день.
Этого мне не удалось, так что я стал возиться с собственной памятью. Из неё мне желательно бы выудить хотя бы сведения о том, какой у меня аспект, ибо без этого я даже не знаю, в какую сторону копать.
Я уже плюс-минус придумал, что буду делать с этим знанием. Теоретически, чтобы использовать аспект, нужно прочувствовать его, понять, как он работает. Ну, грубо говоря, чтобы управлять огнём, ты должен знать, как он обжигает и насколько горяч. По крайней мере, я так думаю. Поинтересоваться и попросить урока мне, к сожалению, не у кого.
Провалявшись без дела несколько часов, я спустился, чтобы перекусить и выпить. Заказал себе недорогого пива, но побольше. План был простой: если я сильно напьюсь, то точно просплю аж до обеда следующего дня, не меньше, а именно это мне сейчас и надо.
В таверну зашла компания солдат, на доспехах гербы дома Ашшуров. Они вели себя шумно, тянулись лапать девушек, обслуживающих их столики, на любые замечания угрожали дракой. Да уж, бухают, даже не сняв формы… Сейчас я, наверное, смог бы всех их раскидать по-быстрому, но делать этого мне было нельзя. Нельзя светиться, а тем более нельзя ненароком загреметь в камеру за дебош или драку с солдатнёй, в зависимости от того, какой они мне проступок приписали бы.
Насмотревшись за непомерное хамство, я вернулся к себе в комнату, на улице понемногу темнело, это не могло не радовать.
Интересно, если у рода Ашшур такие подчинённые, какие же там главные? Наверное, примерно такие же, только ведут себя чуть более сдержанно, и то не факт, ну и сильнее в разы. И сила их мне не даёт покоя.
Скорее всего, именно этому дому предназначена моя месть за Марка, по крайней мере, я узнал, что исполнители точно их подчинённые. И что-то мне начинает казаться, что я замахнулся сразу на самого сильного противника. Как бы не попасть в ситуацию, в которой я кусаю больше, чем могу откусить. Сомневаюсь, что мне выдастся ещё один такой вот шанс на перерождение. Хотя, шансом это изначально называл только я, очевидно же, что тело, в котором я оказался, вообще не должно было выжить.
Мне нужно узнать, какого типа способности практикуют Ашшуры. В прочем, я уже догадываюсь, что они специализируются на атакующей мощной магии. Ха-ха, в своей предыдущей жизни я вполне мог бы стать их частью. Но всё, что было по ту сторону там и останется. В этой жизни тем, чья магия ближе всего по духу моей, суждено стать моими врагами рано или поздно. Аристократы пусть и грызутся между собой, но стоит мне взять и уничтожить одного из их оппонентов, как они сплотятся против того, кто на подобное способен.
Действовать нужно умнее и хитрее…
Глава 6
Риджитский праздник был как раз тем, что я себе и представлял: огромной пьянкой. Бессмысленной и беспощадной. На улице стало шумно ещё утром, из-за чего я не выспался. Началось всё с приготовлений и ругани по этому поводу, потом атмосфера быстро сменилась — видимо, закончили, — и послышались первые песни и смех.
В каком-то смысле и я присоединился к гуляньям, только цель у меня иная. Нацепив выданный мне браслет, я проверял его эффективность. На всякий случай надел его на здоровую руку, чтобы точно не возникло проблем тогда, когда этого меньше всего хочется.
Вёл я себя странно, хотя, если бы за мной кто-то наблюдал всё это время, то он наверняка привык бы. Стоит какая-нибудь компашка, что-то крайне интересное обсуждают, а рядом мрачного вида парень с протезами. Или, например, человек просто сидит на лавочке, а я стою прямо у него за спиной. Я постепенно начинал вести себя всё менее скрытно, чтобы выяснить
