Второй:
– Нет, товарищ полковник. Вы тяжелее…
– Это почему же?
– А я на вас хер положил.
* * *
Адмиральская квартира.
Вечером звонок в дверь.
Адмирал открывает.
В квартиру вваливаются лейтенант и три моряка.
Лейтенант:
– Сидоров, с женой адмирала в гостиную! Петров, адмирала в кабинет! Иванов, накрой в спальне столик!
Моряки запирают адмирала и жену в указанные помещения. Лейтенант с адмиральской дочкой идет в спальню.
Через два часа выходит:
– Сидоров, отпереть жену адмирала! Петров, выпустить адмирала! Иванов, убрать все в спальне… Все? Уходим!
Ушли.
Адмирал с семейством собираются на кухне.
– Ну, что скажете, красавицы?
Жена:
– Вот наглец, вот наглец!
Дочь:
– Ух и мужик, папа, ну и мужик! Класс!
Адмирал:
– Молчите, дуры! Какая организация!
* * *
Решила девушка познакомиться с молодым и культурным человеком. Где такого взять? Конечно, говорят ей, в военно-морском училище.
Пошла она в славное училище имени Фрунзе.
Встречает курсантиков, говорит о своей проблеме, а те ей:
– Да где у нас интеллигенты? Мы же минеры, вечно в тавоте. Вы идите в училище имени Ленина, вот там интеллигенция…
Пошла.
Там те же песни:
– Какая культура, какая интеллигентность! Мы же все маслопупы, у нас соляра, пайолы… дизеля и котлы… Вы лучше обратитесь в училище имени Попова. Все-таки электронщики, чуть ли не в белых халатах вахту несут…
Пришла в «поповку».
Смотрит, два курсанта третьего тащат. За ноги. А тот мордой по грязи, кривой, как банан, лепечет что-то.
– Ребята, – говорит девица, – мне сказали, что у вас в училище курсанты такие культурные, приличные…
– Кто вам такую чушь сказал, интересно? – отвечают двое, которые еще на ногах стоят. – Нет у нас интеллигентов и не было никогда. Вы бы, милая, лучше в Калининградское ВВМУ обратились. Вот там интеллигенты, там белая кость…
Тот, которого тащат, голову приподнял и заплетающимся языком:
– Да, мы – белая кость!
* * *
Геннадий Иванович Кулишов (подпольная кличка Гендос Иванович) – командир нашей 51-й роты артфака Калининградской системы[68]. А Марат Николаевич Громов – начальник нашего факультета. Тоже тот еще деятель.
Зашел как-то Гена Кулишов в церковь, а там деревянная скульптура распятого Христа.
Смотрит на Гендоса и говорит тихо так:
– Счастливый ты, Кулишов…
Гена удивился и бегом в училище.
Встречает Марата:
– Вы представляете, товарищ капитан 1 ранга! Захожу в церковь, а мне Христос говорит: мол, счастливый ты, Кулишов…
– А почему счастливый-то?
– Вот, черт, а я не спросил!
И назад в церковь.
Подошел к статуе, а Христос опять:
– Счастливый ты, Кулишов…
– А почему счастливый-то, Господи?
– Да мне руки гвоздями приколотили…
* * *
Адмирал прибыл на корабль с проверкой.
Зашел в каюту командира:
– Наливай, командир!
Налил. Сидят, пьют, закусывают, о жизни флотской болтают.
Часа через три адмирал говорит:
– Ну, кормилец, спасибо. Порадовал.
Ушел.
На второй день в штабе разбор полетов.
Адмирал выступает с докладом по итогам проверки:
– В ходе проверки боевой готовности эсминца «Настырный» выявлены следующие замечания. В машинном отделении…
И пошел перечислять! Там хреново, там грязь, там вода под пайолами…
Командир сидит, красный, как и положено. Переживает.
После доклада, когда уже вдули по первое число, подходит к адмиралу:
– Товарищ адмирал, разрешите обратиться?
– Обращайся, командир.
– Я понимаю, проверка есть проверка. Я без претензий. Все ваши замечания – по делу. Только на один вопрос ответьте: кто настучал? Вы ведь всю проверку у меня в каюте просидели.
Адмирал командира по плечу хлопает:
– Наивный ты, сынок! Я этим эсминцем 20 лет назад командовал. Ты что, думаешь, с того времени что-то изменилось?
* * *
Владивосток. Начальник штаба бригады ОВРа, капитан 2 ранга Сюхин – примерный семьянин. Или дома время проводит, или на службе. Никаких шашней на стороне.
Жена ему:
– Петя, давай сходим в театр.
Петя:
– Да 100 лет я его не видел, театр твой. Мне и дома хорошо.
Жена:
– И не спорь, у меня новое платье, должна же я его продемонстрировать!
Долго ругались, но жена, естественно, победила.
Петя, как мог, затягивал процесс сборов. В итоге в театр опоздали.
Петя радостно:
– Ну, тогда идем домой.
Жена:
– Дудки! Идем в ресторан. Зря я, что ли, в новом платье?
Петя побледнел, но делать нечего, пошли в «Золотой рог».
Подходят к дверям, а швейцар Пете:
– Добрый вечер, Петр Саныч, заходите…
Жена на Петю смотрит подозрительно, а тот:
– Так это наш бывший мичман, он меня еще по службе знает.
Ладно, ищут столик. Оркестр, только Петя с супругой в зал вошли, туш сыграл.
И еще в микрофон:
– Приветствуем дорогого Петра Саныча…
Жена опять на Петю смотрит.
– Чего ты, Оленька, – говорит, – это же наш бригадный оркестр, подрабатывают ребятки.
Сидят. Ждут официантку. У Пети аж лысина вспотела.
– Пойду, – говорит, – руки помою.
В это время официантка к столику подходит.
И жене Петиной так ласково:
– Ты смотри, у этого капдва деньги с вечера бери, утром не даст, гад такой…
Петя возвращается, а жена уже белая вся.
– Спасибо, – говорит, – дорогой, что-то мне расхотелось в ресторане гулять… Пошли домой.
Обрадовался Петя.
Вышли из кабака, только за угол, жена разворачивается и Пете по мордасам – раз, два!
Тут мимо такси проезжает.
Водила из окна высовывается:
– Что-то тебе, Петр Саныч, не везет на этом месте! Как ни проезжаю мимо, так тебе бабы морду бьют!
Часть 6
Супостат
Небываемое бывает
Как после Петра Первого русские вновь удивили шведов
Подводная лодка 613-го проекта – железная сигара в тысячу с лишним тонн водоизмещения и длиной в 76 метров. Естественно, предназначена эта штука ходить под водой. Но был в истории доблестного советского флота случай, когда сия махина выползла на берег. И, увы, берег не турецкий, который нам не нужен, а шведский.
Осенью 1981 года наше судно-разведчик «Линза» мирно дрейфовало в нейтральных водах близ славного острова Борнхольм.
Море было на удивление спокойным, боевая служба шла по плану, моряки находились в нормальном, то есть рабочем состоянии, так что мы с кэпом позволили себе порыбачить.
Не успел наш Михалыч забросить спиннинг в надежде выловить тресочку к обеду, как на ростры прибежал радист:
– Срочная, товарищ командир!
Командир, неласково поминая далекую «землю», бросил удочку на деревянную палубу и пошел в радиорубку.
А через пару минут застучали наши старенькие изношенные дизеля, и «Линза», величаво развернувшись, дала полный ход курсом норд-ост.
К вечеру мы были уже вблизи шведской военно-морской базы Карлскруна.
И смотрели интересное такое кино. Точнее, телевизор. Все шведские каналы в этот, как, впрочем, и все последующие дни, демонстрировали одну картинку: подводную лодку типа «С», залезшую носом на шведские камни, и наших бравых подводников, появляющихся один за другим в рубочном люке, дабы покурить и подышать свежим воздухом. Как этот «кит» (если хотите представить его себе, вспомните кинофильм «Командир счастливой «Щуки») сумел так далеко выброситься на камни, похоже, останется тайной, покрытой мраком, ибо сие по всем законам физики невозможно.
Хотя в истории этой таинственное так тесно переплелось с нелепым, что шведы до сих пор не могут поверить, что причиной захода русской лодки в шведскую базу – по суперсекретному фарватеру – была банальная халатность наших мореманов!
Дело в том, что «Шведский комсомолец» – так потом прозвали на Балтфлоте лодку-неудачницу – не имел желания даже входить в шведские терводы. Но в тот ненастный осенний день, когда подлодка шла в подводном положении, отказала навигационная система определения места «Дека». Как на зло, вахтенным офицером в те часы стоял замполит корабля, всплывать для контрольного определения своего места по звездам не планировалось, ибо в предыдущие дни «Дека» работала безошибочно и о том, что творится что-то неладное, догадались, лишь когда стальное брюхо «Эски» заскрежетало по супостатским камням. Ведь, если верить штурманской прокладке, лодка должна была находиться в сотне миль от шведских берегов.
Потом наши долго доказывали шведам, что во всем виноваты безграмотные и плохо подготовленные офицеры советской субмарины. Шведы упрямо твердили свое: такого не может быть, лодкой командовали высококвалифицированные моряки, ибо только профессионалы высочайшего класса могли провести подводную лодку секретным фарватером, да еще и в подводном положении!
