Марина всегда приезжала в гости со своей зубной щеткой и пижамой. Когда они были младше, Лизу это забавляло, потому что, засидевшись до позднего времени, подруга всегда готова была заночевать. Сама же Лиза ночевать вне дома не любила, принимать гостей она, впрочем, тоже не особенно любила, рассматривая свой дом, как место уединения. Однако, сегодня девушка пригласила Марину, не задумываясь. Как и ожидалось, подруга приехала с чемоданом и, пряча заплаканное лицо, попросилась переночевать.
Потягивая мартини из бокала, Лиза слушала грустную историю Марины молча. Та плакала не переставая, и в какой-то момент в памяти девушки всплыл совершенно неуместный сейчас, вычитанный в каком-то журнале, факт о том, что слезы в зависимости от причины имеют разную структуру, и под микроскопом слезы радости, горя и слезы при нарезании лука выглядят по-разному.
Как Марина будет жить без работы, денег и мужа Лиза представить не могла, но задавать такие вопросы измученной и растерянной подруге не решилась. Впрочем, ответ нашелся сам. У нее в Италии жила мама, которая и пригласила дочь к себе пожить. Лиза была рада, что подруга будет находиться рядом с любящим и заботливым человеком, подальше от Игоря. Тем более, что она отчетливо понимала, что поддержать в полной мере Марину не сможет, погруженная в бесконечные разъезды, интервью и собственную неопределенность с личной жизнью. Оставалось быстро купить билеты и пожелать ей доброго пути…
* * *
Во снах Лиза часто возвращалась на улочки Лондона, переживала ощущение родной земли, готовой принять девушку обратно. После пробуждения она каждый раз удивлялась тому, откуда могло взяться такое ощущение в чужой стране, которую она первый раз в жизни посетила.
Переживала множество раз вход в часовню св. Михаила, где находится портал. Зайдя внутрь и закрыв глаза, Лиза видела одно помещение, а открыв глаза – совсем другое. Бродила во снах по площадке вокруг часовни, где возникало понимание, что она общается с какой-то более чистой энергией, чем ее собственная, и это дарит умиротворение, ясность мыслей, понимание не только целей, которые ставились перед собой, но и чего-то более значимого.
Бродила по парку Гластонберийского аббатства, в каждом уголке которого не покидает чувство, как будто находишься в большом чистом храме.
Диалог из Стоунхенджа звучал у Лизы в голове при пробуждении.
Все моменты, которые она не могла рассказать или даже осмыслить, настоятельно требовали ее внимания, и во сне она покорно переживала их множество раз, черпая там не только вдохновение, но и чувство причастности, принадлежности какому-то другому времени, какому-то другому пониманию чего-то очень важного. Лиза многого не понимала, но твердо была уверена в том, что ей необходимо будет туда вернуться, вновь прикоснуться к этим местам, только уже будучи более подготовленной, с более четкими и важными целями, с более чистыми мыслями. И она сможет задать свои вопросы, на которые обязательно есть где-то ответы.
Развесив в кабинете фотографии впечатливших ее мест, Лиза еще долго черпала в них силы, энергию и радость, которые пережила во время путешествия…
Глава 10
Приближался новый год. Как происходило несколько последних лет, зима появилась, подразнила чистым снегом и, превратив его в грязные лужи, села скучать у обочины. Уже никто не надеялся на новый год с сугробами, катанием на санках и коньках. Лизе иногда казалось, что все это осталось в далеком детстве, вместе с беззаботным смехом и игрой в снежки…
Думая свои непраздничные мысли, девушка неспешно шла по тротуару. Сегодня ей хотелось пройтись пешком. В издательстве все уже давно привыкли к ее непунктуальности, и начали считать это неким обязательным атрибутом таланта. Тем более, что серия ее статей о поездке в Великобританию имела успех, ее выкупили и другие журналы. Тиражи росли и отразились на ней внушительного размера премией. Обсуждалась идея сделать такие серии о поездках и в другие страны, и обязательно совместить это с некими тренингами и выездными семинарами, чтобы Лиза разбавляла описание увиденных мест с какими-то более высокими и духовными вещами. Девушка радовалась тому, что темы моды и стиля больше не предлагались для ее рассмотрения, и радостно была готова согласиться на поездки куда угодно.
Сегодня ей предстояло снова взяться за историческую тему, увязав ее с судьбой некоего выдающегося персонажа. Идея идеей, но нужна была информация…
Лиза вспомнила о том, что так и не видела Егора с той их первой, такой запоминающейся, встречи. Он звонил ей несколько раз с каких-то раскопок, но они общались вежливо и приятно, и ни одно слово или интонация не намекали на какие-либо другие отношения, кроме отношений между коллегами. Иногда он звонил просто поделиться информацией о находке, иногда – узнать о ее делах. Так постепенно общение могло перерасти в дружеское. Оставался открытым один вопрос – сохранится ли их дружеское расположение во время встречи. Вспоминая их первое интервью, Лиза улыбнулась, настроение стремительно улучшалось, и, ускорив шаг, девушка вошла в здание издательства.
* * *
В кабинете Лизу ждал Егор, его торжественный вид немного смутил девушку, тем более, что о встрече они еще не договаривались. Подумав о том, что ассистентка решила самостоятельно назначить встречу, девушка улыбнулась и протянула руку для приветствия. Хороший открытый жест, уместный при любом положении дел. Лиза поймала себя на мысли о том, что автоматически анализирует состояние, мимику и жесты гостя. «Я видимо становлюсь больше психологом, чем журналистом», – отметила про себя девушка и, пожав руку мужчины, собралась направиться к своему столу. Впрочем, высвободить свою руку сразу не удалось, он крепко сжимал ее пальцы уже где-то на грани с правилами приличия, которые утрачивали свое значение вместе с развитием феминизма.
Едва отпустив руку Лизы, Егор предложил ей выпить кофе где-то снаружи. Девушка не возражала, пыльные стены издательства, столы и полки, заваленные кипами исписанной бумаги, в последнее время начинали ее раздражать. Ей становилось тесно. Относилось ли это к ее маленькому рабочему столу или разнообразным и многочисленным идеям, она толком не понимала, но в любом случае была рада поводу сменить обстановку.
– Я заметил фотографии на стенах. Читал твои статьи. Ты хорошо пишешь… – негромко произнес Егор, размешивая сахар в чашке с кофе, и остановился, как будто собирался говорить о чем-то другом.
– Спасибо, – ответила Лиза. В кафе негромко играла музыка, и девушка думала о том, помешает ли она записать интервью на диктофон. Темы у нее были заготовлены, вопросы тоже, то, что она упустила, он расскажет сам. Понимая это, девушка была расслаблена и вместе с тем, ненавязчиво рассматривала Егора, ловя себя на том, что хотела бы сейчас оказаться совсем в другом месте.
