Читаем без скачивания Дракон распускает крылья (Диадема со звезд - 2) - Джоу Клейтон

Из-за деревьев вышел человек, остановился в нескольких шагах, глядя на Алейтис. Девушка немного успокоилась, узнав его.

- Тарисиап!- воскликнула она, и успокоение придало ее голосу немного теплоты. - Расскажи, что нового в наших вади. Я не видела пи одного человека вот уже два месяца. Как я рада встретить тебя, караванщик! - Она села, продела руки в рукава аббы, натянула ее на себя. Завязывая тесемки, она продолжала:- Расскажи, что происходит в долинах. Ты научился защищаться, как я показывала тебе? Постой, да ты изменился на вид... Да, точно...

Голос ее постепенно замер - мужчина стоял, не спуская холодного взгляда с Алейтис. Наступила мертвая тишина. Давящая, удушающая сила потекла из него, прижав Алейтис спиной к дереву.

- Что ты делаешь? - хрипло спросила она, потерев ладонью лоб. Прекрати, слышишь?

Чернота начала окутывать ее. Она замерла, прижавшись к дереву. Ноги и руки превратились в беспомощные куски плоти. С опозданием принялась она обороняться, но это напоминало больше борьбу с дымом, чем с реальным противником. Удушающая чернота почти накрыла ее, и девушка не могла больше промолвить к и слова. Мысль оформлялась в ее созш-шщ с великим трудом, слова и образы приобретали какое-то клейкое качество, и все труднее и труднее становилось сдвинуть их с места, связать в цепочку. Чернота кружила, сдавливая Алейтис в душном черном вихре, пока та не рухнула на землю сквозь крутящиеся вихри невидимого дыма.

Потом, через какое-то время, она открыла глаза и от удивления заморгала. Она ле:кала па спине, в траве, и видела, как Хорли наполовину уже опустился за горы, а Хеш коснулся горизонта.

"Что случилось со мной?" Ее окатила волна паники. Алейтис попыталась сесть и иаёзапно обнаружила, что руки ее связаны за спиной.

Через мгновение она поняла, что ноги тоже несвободны.

"Спутана, как приготовленный к закланию агнец", - невольно пришла на ум мысль. Побледнев, дрожа, она принялась яростно дергать путы, но караванщик натянул их очень добросовестно.

Дважды перевернувшись, она поднялась на колени и посмотрела вокруг. Мешок ее был привязан на спину Пари, а сама кобыла вместе с Мулаком - к молодому бидарекху. Рядом стояло несколько других лошадей.

Тарнсиан ходил вокруг жеребца, проверяя, хорошо ли закреплены веревки, стягивающие груз на его спине.

Алейтис осторожно тряхнула головой, чтобы освободиться от неприятного ватного ощущения, причиной которого был вовсе не насморк. Она захотела было соединиться в ментальном контакте с сознанием Пари или Мулака, но внезапно обнаружила, что заперта в тюрьму.

Заперта в тюрьму своего черепа! Заплакав от отчаяния, она принялась сражаться с веревками, дергая связанными руками, пока кровь не выступила на кистях.

Из носа текло, губы пересохли и потрескались, во рту было отвратительно сухо - ей приходилось дышать только через рот. Но тупая боль в голове, как ни странno, внезапно отвлекла ее от панического ужаса, успокоила.

С огромным усилием ей удалось вытереть нос о плечо, выплюнуть часть забившей его слизи. Она отбросила с лица волосы, в мрачном молчании ожидая, когда Тарнсиан скажет, чего хочет от нее.

Нагло размахивая руками, ухмыляясь, к ней медленно подходил караванщик. Наклонившись, он проверил веревки у пленницы на руках, с визгливым смешком ущипнул в то место, где кожа была натерта до крови.

От этого смеха в животе девушки похолодело от ужаса.

Лихорадочно облизав губы и неудобно повернув голову, она могла видеть своего мучителя.

- Тарнсиан, за что? Я ведь не сделала тебе ничего плохого! Почему?

Не отвечая, он перехватил ее за талию и, закряхтев, перевесил через свое плечо. Спотыкаясь в густой траве, он отнес ее к Мулаку, перебросил через спину коля - руки и голова по одну сторону, ноги - по другую.

Несколько раз она пробовала осторожно нащупать его сознание, пробиться сквозь окутавшую мозг черноту.

И каждый раз явственно ощущала - нет, скорее, видела - трепещущие черные крылья.

Караванщик захохотал и похлопал ее по ягодицам.

- Ничего не выйдет, сука. Я теперь знаю и умею слишком много.

Снова появился насморк. Открыв рот, она с трудом втянула в себя воздух. Еще несколько секунд, и голова ее стала словно каменной.

- Тар... аре... - простонала она. - Я не м... огу... дышать...

Он раздраженно перешел на другую сторону, вздернул голову девушки за волосы и внимательно всмотрелся в ее лицо, красное от прилившей крови. Раздраженно крякнув, он спустил ее на землю. Выпрямился, сердито посмотрев на распростертое тело девушки.

- Что такое? В чем еще дело?

- У меня сильный насморк. Нос заложило совсем...

Она закашлялась и снова выплюнула слизь.

- Мне пришлось спать под дождем, - продолжала она, заметив его недоуменный взгляд. - И вот я получила этот насморк.

- Дура!

Она фыркнула, снова сплюнула, голова начала проясняться, и мысль заработала намного четче.

- Черт побери, что я могу тут поделать? - Она несколько раз глубоко вздохнула и внимательно посмотрела на Тарнсиана.

- Ты хочешь отвезти меня назад, в Раксидан? - задала она вопрос, вертевшийся у нее на языке.

Мужчина усмехнулся и медленно провел взглядом вниз-вверх, словно обшаривая все тело Алейтис.

- Нет... назад я тебя не повезу, - сказал он тихо. - За прошедшее время очень многое изменилось... - Тарнсиан облизал губы.

- Это я вижу. - Она сложила губы в сладкую улыбку, намекающе шевельнувшись всем телом. - Зачем ты меня связал? Ведь я не собиралась тебе ничем навредить...

Он презрительно фыркнул:

- Дура, я тебя насквозь вижу, вместе с твоим глупым враньем!

Он щелкнул пальцами у нее перед носом.

- Я тебя буду держать связанной. Мне так больше нравится. До тех пор, пока ты не станешь ручной. Ха-ха!

Злость затмила страх. Несколько секунд она безуспешно старалась порвать веревки, потом ярость перешла в холодную ненависть, ту, что питает терпение гарба, притаившегося у мышиной норы. Она теперь спокойно наблюдала за Тарнсианом.

Он довольно ухмылялся.

- Вот так! Нет смысла тратить зря силы. Гриман знает, как вязать узлы... - Он захихикал. - И еще кое-что... Ты, наверное, поняла, что я связал тебя еще и внутри твоей головы. Ощущения других людей меня теперь не беспокоят. Наоборот, они приносят мне огромное удовольствие, нет, я бы сказал... удовлетворение, когда я того хочу!

Она внимательно всматривалась в его лицо. Когда-то худое, изможденное, теперь оно превратилось в лицо хорошо откормленного человека, круглее и пухлое. Нэкогда костлявое тело, довольно подвижное, обзавелось заметным брюшком - теперь этот человек выглядел, как об'евшийся паук. Чувствуя тошноту, она не захотела думать о том, чем он питается, этот наук...