Возвращаюсь уже вечером, уставшая как собака. Люблю дарить подарки, но ненавижу ходить по магазинам. Везде ещё и толпы народу, как всегда перед новым годом. Зато я купила маме духи, которые та любит больше всего. Они так подорожали в последнее время, что она не могла себе их позволить. Но теперь с моей зарплатой можно её порадовать.
Подарки братьям от меня мама заказала сама, там большие конструкторы, таскаться с ними по электричкам мне было бы неудобно, а так их уже привезли доставкой. И платье себе на ёлку и новый год я тоже купила – достаточно плотное, в самый раз для зимы, красивого сиреневого оттенка с бледным абстрактным растительным принтом, с вырезом, регулирующимся молнией, и пышными рукавами.
Вопрос у меня остаётся только один – что дарить Косте? Мальчик, естественно, получит подарки «от Деда Мороза» – то есть от отца, и от Никиты с его Аней, которую я ещё ни разу не видела. Случайно повторить чью-то задумку не хочется, но и изобрести что-то оригинальное пока не получается.
Идея у меня появляется, когда в один из дней ребёнок выходит из школы и сообщает, что потерял варежку.
– Да это же не проблема, милый, – говорю расстроенному Косте. – Давай купим тебе другие.
– Эти папа привёз, – хлюпает он носом. – Там красивая картинка была, – показывает мне пару от потеряшки, на которой действительно симпатично вышиты объёмные снежинки.
– Мы поищем с картинкой ещё лучше, а пока надень запасные перчатки, они у тебя в карманах.
На близнецов перчаток и варежек было не напастись, и я специально засовывала Косте сменную пару на всякий случай. А теперь решаю, что надо купить ему простые варежки, на которых я смогу вышить какой-нибудь интересный рисунок. Может быть, снегиря или веточку рябины. Я раньше такое делала, мне нравилось этим заниматься. Как раз будет время на выходных, а подарю свой подарок, когда вернусь.
Кудинов в последние дни перед праздниками какой-то замотанный, поэтому я не лезу к нему с разговорами. Правда, иногда ловлю на себе его весьма неоднозначные взгляды. Меня это очень настораживает, но пока ничего не происходит, так что решаю не будить лихо. Всё равно не могу определиться, как поступать во всей этой ситуации.
Костю проверяю по ночам, но вроде бы спит мальчик хорошо, кошмаров больше не случается. Может быть, ещё и из-за радостного возбуждения и ожидания праздника. Всё-таки новый год – особенное время.
В день, когда мы с Костей должны отправиться на детский утренник, Демьян Аркадьевич сообщает, что нам придётся ехать одним.
– Пап, я думал, ты поедешь с нами, – расстроенно тянет мальчик.
– Костя, у меня на работе небольшой форс-мажор, – мужчина приседает перед сыном на корточки. – Я должен всё решить, чтобы потом приехать к Никите с Аней и спокойно отдыхать на праздники, понимаешь?
– Но на новый год ты не будешь работать? – уточняет ребёнок.
– Нет, не буду. Новый год мы проведём все вместе. Юрий отвезёт тебя домой к Никите, когда ёлка закончится, а я приеду на следующий день. Ольга, вы вернётесь сюда сначала или поедете сразу к своим? – поднимается и смотрит на меня внимательно.
– Я после ёлки поеду сразу на вокзал, Демьян Аркадьевич, – киваю ему.
Главное, не забыть взять с собой все вещи. Много не понадобится, домой ведь еду, но всё же кое-какие мелочи нужно положить.
– Отлично, тогда мы будем ждать вас третьего числа, – шеф кидает на меня быстрый взгляд и тут же отводит глаза. – Сегодня днём за вами заедет Юрий, а мне пора.
Мужчина уходит, потрепав Костю по макушке, а мы с мальчиком немного играем, немного балуемся, в общем, проводим время с пользой. Детей уже отпустили на каникулы, так что можно полностью расслабиться. Ёлка будет во второй половине дня, но из-за сильного снегопада уже после двух часов кажется, что на улице сгустились сумерки.
Я быстро собираю сумку с вещами и отдельно – небольшую сумочку, подходящую к платью, в которую кладу телефон и всякие мелочи. Пока пытаюсь понять, всё ли взяла, ко мне в комнату заносится Костя и начинает приставать с вопросами.
– Оля! Оля! Ну, Оль, – теребит меня мальчик, я рассеянно отвечаю что-то насчёт Деда Мороза и Снегурочки, стихов, которые ребёнок учил к празднику, и прочих важных для него деталей.
– Так, милый, давай-ка начинай одеваться! – в конце концов решаю занять его хоть каким-то делом. – И я тоже оденусь. Скоро уже машина приедет.
Надеваю платье, ищу колготки, и тут обнаруживается, что единственная подходящая пара порвалась.
– Вот же чёрт! – задумываюсь, что делать.
Покопавшись, нахожу у себя чулки. Их, конечно, только зимой и носить… Но выхода нет, так что натягиваю. Сейчас в машине не замёрзну, а после ёлки надо будет надеть леггинсы.
Покрутившись перед зеркалом, выхожу из комнаты.
– Ух ты, Оля! Какая ты красивая! – Костя смотрит на меня с восхищением.
– Спасибо, милый, – улыбаюсь комплименту.
– А лицо ты будешь раскрашивать?
– Нет, – фыркаю на забавное слово, – не буду.
Я же на детский утренник отправляюсь, а не на свидание!
В фойе театра, где будет проходить ёлка, суетится толпа детей и их родителей.
– Оль, а пойдём вон туда, – ребёнок хватает меня за руку и показывает на девушек, которые занимаются аквагримом – рисуют детям узоры на лбах и щеках.
К счастью, очереди почти нет, и довольному Косте разрисовывают скулы с обеих сторон.
– А тебе? – он радостно разглядывает себя в зеркале.
– Мне не надо, – улыбнувшись, отказываюсь от перспективы.
– Тогда пойдём тебя вон там побрызгаем! – он показывает на другую девушку, которая суёт всем проходящим блоттеры – полосочки бумаги, на которые пшикают духами.
Странно, что она делает это на детском празднике. Похоже, организаторы посчитали, что раз родители приехали сюда тратить деньги, то, значит, могут и духи купить.
Костя тащит меня к ароматам и вступает в серьёзный разговор с продавщицей, которая даёт ему перенюхать все флакончики. Видимо, ей просто скучно здесь, вот и развлекается, как может. Я сажусь на диванчик поблизости.
– Оля, я выбрал для тебя! – мальчик подбегает ко мне с бутылочкой и несколько раз нажимает на распрыскиватель.
Еле успеваю отвернуться, так что большая часть заряда приходится в волосы. Запах сладкий, немного конфетный и совсем не мой. Ну да ладно, главное, что ребёнок доволен. Просто приеду домой и голову помою, если не выветрится к тому времени.
Ёлка в целом проходит достаточно весело и вполне привычно. Хороводы, танцы, Дед Мороз со Снегурочкой, сначала злая, а потом перевоспитавшаяся Баба Яга. После основной сказочной части дети выстраиваются в очередь читать стишки и получать подарки. Костя с честью выдерживает испытание и получает здоровенную коробку со сладким набором, а ещё притаскивает откуда-то сиреневую маску с пайетками и заставляет меня её надеть. По его словам, она идеально подходит к моему платью.
Всё заканчивается, и мы уже потихоньку идём одеваться в фойе, где нас ждёт сюрприз.
– Папа Никита! – вопит Костя.
– Привет! – нам машет Никита Сергеевич – я всё-таки выяснила у шефа его отчество.
Подходим к мужчине.
– Здравствуйте, – улыбаюсь ему, когда ребёнок слезает с его шеи. – Я думала, Костю Юра к вам отвезёт.
– Да, Демьян говорил. Но так получилось, что я освободился раньше, вот и решил заехать сам, – Никита Сергеевич подхватывает мальчика на руки. – Ну что, поехали со мной?
– Да-а! – довольно кричит Костя.
– Оля, Юрий теперь свободен, так что может отвезти вас, если нужно, – кивает мне мужчина.
Мы прощаемся, я обнимаю Костю и тороплюсь к машине. До вокзала на метро удобнее, не по пробкам ехать, но сумку с вещами надо забрать.
– Оль, ну что, подвезти тебя? – спрашивает Юра, когда я забираюсь в тёплый салон.
– Подожди секундочку, Юр, – роюсь, ища проездной, и тут меня ждёт «прекрасная» новость. – Вот же чёрт!
– Что такое?
– Я паспорт в рюкзаке оставила! Да что ж за невезуха! – говорю расстроенно. – Отвлеклась, пока собиралась, и вот – на тебе! Юр, можешь подбросить меня обратно к дому?
