меня был бы хотя бы намёк на то, кто назначил ей свидание, то это помогло бы мне быстрее найти её любовника.
— Вряд ли этот человек был её любовником, — покачала головой Мадлен и в задумчивости обернулась к окну. — Ещё недавно она была без ума от Хуана, но он не обращал на неё внимания, потом она заприметила Стефана… — она встрепенулась и посмотрела на мужа. — Может, это Стефан? Она всё восхищалась его красотой и невинностью, и намекала, что он был бы лёгкой добычей для искушённой женщины, какой она, видимо, считала себя. Я велела ей оставить мальчика в покое, учитывая его происхождение и ту самую невинность. Он действительно почти ребёнок, хоть и выглядит взрослым юношей. Но, наверно, она всё же решила, что может вскружить голову сыну господина де Невиля, полагая, что в провинции сословные преграды не так значимы, как в Сен-Марко?
— Она действительно назначила мне свидание, ваше сиятельство, — бормотал Стефан, опустив глаза и нервно потирая сердолик, вставленный в перстень, украшавший его правую руку. — Она последнее время постоянно попадалась мне на глаза и улыбалась, а потом как-то оступилась, и я едва успел поймать её, иначе бы она упала на плиты пола и сильно расшиблась. Она была очень благодарна мне, сказала, что я спас ей жизнь, и вообще повёл себя как настоящий рыцарь. И предложила прогуляться по саду…
— И что же произошло в саду? — спросил Марк.
— Ничего такого! — воскликнул юноша, тревожно взглянув на него. — Уверяю вас, господин граф! Ну… Она только поцеловала меня, а потом предложила встретиться ночью у фонтана…
Он снова опустил голову.
— Послушай, мальчик мой, — голос Марка стал мягким и ласковым. — Уверяю, что тебе не о чем беспокоиться. Я ни в чём тебя не виню и даже не подозреваю, я просто хочу знать, что привело эту девушку к столь печальной участи. Вы встретились у фонтана, и что произошло?
— Мы не встречались, — Стефан поднял на него глаза, которые уже блестели от слёз. — В том-то и дело, что, боюсь, это всё моя вина! Я обещал придти, но не пришёл. Я уже выходил из дома, когда меня заметила матушка. Она заставила меня всё рассказать, а потом вернуться в спальню и лечь спать. Она очень рассердилась и запретила мне впредь не только разговаривать с Манон, но и до её отъезда подниматься сюда, в замок. Я стараюсь не расстраивать матушку, и к тому же мне совсем не хотелось бы, чтоб она пожаловалась на меня отцу, потому я послушался и пошёл спать. Наверно, Манон, и правда, влюбилась в меня и, когда я не пришёл, так расстроилась, что утопилась в бассейне.
— Я думаю, что в этом вовсе не твоя вина, — заверил его Марк. — Поверь мне, Манон была не столь впечатлительна, чтоб так переживать из-за несостоявшегося свидания. Скорее всего, у этого печального происшествия совсем другие причины.
Он какое-то время задумчиво молчал, а потом вдруг спросил:
— Скажи мне, Стефан, кто шьёт тебе одежду?
— Что? — юноша удивлённо взглянул на него.
— Я просто заметил, как изящно выглядит твой костюм, он украсил бы и молодого придворного, не то, что юного провинциального рыцаря…
— Я пока не рыцарь… — смутился Стефан.
— Дело поправимое. Но я это к тому, что мой гость господин Хуан по дороге сюда попал в передрягу и потерял свой багаж. Нам нужно срочно заказать ему новую одежду, но ты же видел его! Он очень придирчив, когда дело касается его нарядов. Кажется, портной, сшивший твои камзол и штаны, смог бы удовлетворить его капризы.
— Мы заказываем одежду портному из Рошамбо господину Томази. Иногда он приезжает к нам с образцами тканей и снимает мерки, потом привозит одежду для примерки и, окончательно подогнав её в своей мастерской, присылает сюда. Он шьёт одежду и для отца, и для меня, и даже платья для матушки. Он очень хороший портной. Матушка говорит, что даже в Лианкуре такого нет. А в Рошамбо он шил для прево графа де Невера до того, как его арестовали, а теперь, наверно, шьёт и для его сиятельства маркиза Ардена. Только он берёт за свою работу дорого.
— Это ничего, — улыбнулся Марк. — Иди, мой мальчик, и ни о чём не беспокойся. Я уверен, что в том, что случилось с Манон, нет твоей вины.
Стефан поднялся и, неловко поклонившись, ушёл.
— Подумать только… — проворчал сидевший в той же комнате Шарль. — Он младше нас с Эдамом всего лишь на год-два, а ведёт себя как Валентин.
— Думаю, что Валентин выглядит куда взрослее его, — усмехнулся Эдам. — Но что ты хочешь от мальчишки, который всю жизнь прожил в такой глуши под крылом у родителей, — он перевёл взгляд на хозяина, который задумчиво смотрел на пламя стоявшей на столе свечи. — Вы ведь спросили его о портном вовсе не из-за заботы о господине Хуане, верно? Я тоже заметил, что его штаны сшиты из той же ткани, что и кошелёк, который вы нашли у разбойника. Думаете, что этих головорезов подкупил де Невиль?
— Ты наблюдателен, — одобрил Марк, — но слишком торопишься с выводами. Эта ткань могла быть не только у этого портного, а если и он сшил этот кошелёк, то у него и помимо де Невиля должно быть множество заказчиков.
— Например, маркиз Арден.
Марк бросил на оруженосца недовольный взгляд.
— С чего бы Лорентину убивать меня? Нет, просто пока мы получили в свои руки кончик тоненькой ниточки, которую нам предстоит размотать.
— Хотите, чтоб я съездил в Рошамбо и расспросил этого Томази?
— Ты оруженосец, а не сыщик, — напомнил ему Марк. — Позови сюда Марселона. Я поручу это дело ему.
Тот явился по первому же зову и внимательно выслушал поручение графа.
— Я отправлюсь туда немедленно и, как только всё выясню, вернусь! — тут же заявил он.
Марк невольно посмотрел в окно, за которым всё так же чернело непроглядное ночное небо.
— Незачем так спешить, — произнёс он. — Я слышал, что ночью дороги здесь небезопасны. Недавно мы и днём наткнулись на разбойников, а ночью, как говорят рудокопы, из шахт выходят подземные духи.
— Это всё россказни дремучих людей, ваше сиятельство, — с готовностью возразил Марселон, — а что ж до разбойников, то, я уверен, им не удалось уйти от вашего меча. Так что я ничем не рискую, если поеду немедленно, — и искренне взглянув на графа, признался: — Если честно, ваша светлость, мне не терпится снова заняться привычной работой. Тут слишком тихо, мой хозяин, которого вы мне поручили, — человек простодушный и шагу лишнего боится
