в комнаты.
– Вот тут, значит, сегодня прибраться надобно, – младший потыкал пальцем в углы. – Окна протереть, воды наносить, белье замочить, посуду помыть, ужин подогреть, одежду проветрить, дыры заштопать, рубахи разгладить, дрова нарубить, грядки прополоть, урожай собрать. Потом, как с первостепенным управитесь, обойдите дом кругами, гляньте, где подправить надо, а то ставни скрипят, крыша прохудилась, дверь заедает, в подполе мыши, на крыше вороны, в огороде кроты. Дел на сегодня немного.
Настасья оторопело сглотнула. Если это немного, то что происходит, когда работы действительно немерено? М-да, нелегок быт простого домового… Почти всю работу за жильцов делают.
– А что сами хозяева? – спросила она. – Почему все так запущено? Неужели ни к чему не приспособлены?
В какой-то момент Настя даже забыла, что дом принадлежит тому самому Бурею, пленившему Аленкино сердце, но, вспомнив, решила, что подруге полезно посмотреть на избранника с другой стороны. Тем более сама Алена так же оторопело рассматривала окружающую обстановку.
– Почему же не приспособлены? – удивился старший домовой. – Хороший тут хозяин. Умелый. Сам все делает, нам лишь мелочи остаются. И жена у него бережливая, и сын рукастый, постоянно в огороде копается, овощи да ягоды выращивает.
Настасья мысленно сделала пометку: значит, Бурей неплохой огородник. В следующий раз, если понадобится что-то приготовить, можно будет у него продуктов закупить, пусть ради Аленушки скидку сделает.
– Да, рукастый у них сын, – утвердительно покивал молоденький домовой и добавил: – Вырастет, совсем молодцом станет!
– В смысле – вырастет? – удивилась Алена.
– Так мал еще для великих дел, всего шесть годочков крохе.
– Кому шесть?.. Бурею шесть?!
– Сыну! А Бурей – отец его, хозяин, стало быть, здешний. А что, знакомы, что ль?
Аленка дернулась, Настя едва успела ее придержать за руку.
– Знакомы немного. Совсем чуть-чуть, – кивнула русалка. – Я правильно понимаю, уважаемые, что в этом доме живут Бурей, его жена и их шестилетний сын?
Домовые кивнули.
– Какая прелесть, – пробормотала Настасья. – И правда, житейский опыт во всей своей красе.
* * *
Аленка сидела на бревне и мрачно смотрела на улицу.
Новости оказались неприятными, Настя это прекрасно понимала – так же, как понимала те чувства и эмоции, что сейчас испытывает подруга.
– Не грусти, – шепнула Настюшка, присаживаясь рядом.
– Я не грущу, – вздохнула Алена. – Я просто мечтаю его кастрировать.
– Ну… Он это заслужил, наверное.
– Конечно заслужил. Он мне клялся в вечной любви! Знаешь, Настюх, я ведь даже подумала, что Бурей и есть тот самый суженый, что еще немного – и домой вернусь, обратно в наш мир. Думала, что повезло! Жених такой перспективный нарисовался: любит, на руках носит, обещает в скором времени к венцу повести… А я, дура, уши развесила! – Аленка хохотнула. – Ждала бы этого венца до седых волос! Вот умора-то!
Настюша приобняла подругу и вздохнула: все мужики сволочи.
Как раз в этот момент из дома вышел еще один представитель этой самой сволочной группы и, наткнувшись на два хмурых женских взора, обещавших вечную кару только из-за половой принадлежности жертвы, приподнял брови.
– Ну, что сидим? – вопросил Ратмир. – Пора делами заниматься. Домовые ушли обряд очищения проводить. Нездоровы они, хозяева благодарностей не высказывали, молоком не поили, а без этого любой домовой хворым становится. Так что пока наши друзья в форму приходят, надобно их заменить. Давайте, девицы-красавицы, не тяните время. Вам же описали, что делать и как… Алена! Ты, как истинная домовушка, займешься жилищем изнутри, а ты, Настасья, со мной в огороде поработаешь, вдвоем быстро управимся.
– Но…
– Я сказал, иди сюда.
Настасья неохотно встала и подошла к Ратмиру.
– Проводи подругу в дом, – тихо сказал он.
Сделав, как он велел, Настя вернулась на улицу и хмуро уставилась на колющего дрова мужчину.
– Что? – обернулся он, утирая пот. – Бери грабли – и вперед. Или тоже хочешь погрустить? Так вроде причин нет, не ты с чужим мужем шашни крутила.
– Она не знала, что он женат! Ой… А откуда ты знаешь, что Алена с ним встречалась? – удивилась девушка.
– Знаю, и все. Хватит болтать, лучше делом займись.
Дел и правда было много, но Настасья почти не устала. Волшебным образом самые трудоемкие обязанности взял на себя Ратмир. В его руках перебывали все инструменты, какие только нашлись в пределах видимости. Мужчина не только привел в порядок сад-огород, но и починил все двери, оконные ставни и даже чем-то постучал на крыше.
Настя буквально лишь пару раз граблями по траве провела…
Аленушка тоже не скучала, из дома постоянно слышались какие-то звуки. Настасья разок заглянула, удостоверилась, что с подругой все хорошо, и успокоилась.
Да и что сильно переживать, в самом деле? Будто свет клином сошелся на этом Бурее! Вон сколько вокруг мужиков разных… Настя скосила глаза в сторону Ратмира. А что? Русоволосый богатырь тоже вполне подойдет на роль жениха. Может, это Настасья не в его вкусе, а Алена очень даже понравится? Не просто же так он ее с ними на обучение позвал.
Настя отложила грабли и подошла ближе к Ратмиру. Тот как раз закончил что-то мастерить у покосившегося забора и уселся на завалинку, подставив лицо жарким лучам солнца.
– О, Ратмир! – воскликнула она, растягивая губы в своей самой ослепительной улыбке. – Ты уже все закончил? Ну надо же! Не мужчина, а золото!
– Тише, – он поморщился. – Какая же ты горластая…
Настя замерла. Неужели правда? Уже второй раз ей намекают, что неплохо бы уменьшить громкость. То Горыныч горластой обзывался, то теперь вот Ратмир.
– Чего хотела-то? – Мужчина чуть подвинулся и кивнул, мол, присаживайся.
Решив, что в ногах правды нет, Настюша села.
– Спросить хотела.
– Спрашивай.
– Змей Горыныч меня сюда отправил для обучения, а тебя приставил для контроля, да?
– Да, – Ратмир усмехнулся. – Только почему ты решила, что сегодняшнюю науку для тебя готовили?
– А для кого… – Настя осеклась. – Для Аленки, что ли? Но зачем?
– Затем, что не следует нарушать запреты. Если Змей Горыныч запретил любезничать с деревенскими, значит, не просто так. Алена запрет нарушила, попыталась сама себе будущее состряпать. Только разве можно сделать что-то правильно, если ничего не знаешь, ни о чем не ведаешь, ни в чем не разбираешься? Учеба для того и придумана, чтобы вы, самые одаренные представители нечисти, уму-разуму набирались и других сумели обучить. Или забыла, как в Погорынье от Лешего перебралась?
– Не забыла.
Ратмир улыбнулся, глядя на девушку, и вдруг сказал:
– Не печалься, Настенька, пусть сегодняшний урок не для тебя, но и ты из него можешь правильные выводы сделать.
– Я-то сделаю. И Алена, думаю, тоже. – Настя поднялась и одернула подол. – А вот
