причины понятны, в детстве тебе было непросто, а смириться с ролью деревенского дурачка ты не захотел. Достойно уважения, но от проблем не избавляет.
— От меня ещё что-то нужно? — чувствую, как наваливается усталость. Всплеск адреналина прошел, а несколько спонтанных активаций обостренного восприятия бесследно не проходят. — Если нет, я, пожалуй, пойду. Сегодня был непростой день.
— Иди, — отпускает меня шериф. — Мы здесь сами разберемся. Что хоть эти лихие люди у тебя отобрать пытались? Что-то ценное с собой было?
— Титановые пластины, аккумуляторные фонари в рабочем состоянии, солнечная панель с зарядным устройством и еще полный рюкзак очень недешевого барахла с мест боев и с окраины Черной пустоши. Ну и немного денег в довесок.
— Силён… — задумчиво произносит наш главный страж порядка. — Завтра сдашь товар кузнецу и лавочнику, а потом зайдёшь ко мне в контору, нужно составить протокол. Вообще-то, это следовало бы сделать сейчас, но случай, скажем так, несколько неординарный, так что мне необходимо подумать над содержанием твоих будущих показаний.
— Понял. Зайду.
— Вот и хорошо, что понял. Всё, охотник, свободен.
* * *
Утром встать рано не получается. Организм после вчерашнего не желает просыпаться и требует дальнейшего восстановления сил. Конкретное время, когда я должен явиться в контору, шериф мне не назначил, а значит, торопиться смысла нет. В итоге просыпаюсь я около десяти, когда жизнь в деревне уже во всю кипит и бьет ключом.
Достаю из рюкзака трофеи и начинаю сортировку. В итоге получаются три группы предметов. Самая большая из них предназначена для продажи кузнецу. Морщусь, глядя на реально дорогие вещи и понимаю, что выручу за них не так уж много. Кузнец никогда не даёт мне хороших цен. Знает, что кроме него мне сунуться не к кому. У других охотников есть альтернативные способы продажи добычи. Они иногда бывают в городе по делам нашего поселения, а мне разрешение на его посещение получить не светит. Пробовал уже, но староста даже слушать ничего не хочет. Нет, и всё. Неблагонадежен.
Вторая по размеру кучка трофеев пойдет лавочнику. Этот к ценообразованию подходит избирательно. Предметы бытового назначения, которые я теоретически могу продать кому-то из жителей деревни напрямую, он берет за относительно нормальные деньги, но такого обычно бывает немного. Остальное — так же, как кузнец, то есть примерно за треть реальной стоимости.
Ну, а в третью кучку, совсем небольшую, отправляется то, что я решаю оставить себе. В основном это снятое с грабителей оружие. Арбалет, праща и очень неплохие метательные ножи. Что со всем этим делать, я решу потом. Свои умения в части метания ножей, к слову, неплохо бы основательно подтянуть. Стальные шарики — это, конечно, оружие неплохое, но обстоятельства в последнее время складываются так, что и ножи лишними явно не будут. Да и запасной арбалет может очень пригодиться. Праща, правда, вызывает у меня некоторые сомнения. Навыка обращения с ней у меня нет совсем, но отдавать её почему-то не хочется. Сделана она очень качественно, и тот же стальной шарик запулить может намного дальше и сильнее, чем при метании рукой, а при продаже выручу я за неё совсем немного. Поколебавшись пару секунд, решаю пока её оставить. Попробую освоить, а там, как пойдет.
К кузне, расположенной на берегу речки, подхожу уже ближе к одиннадцати. Собственно, кузней мы эту группу строений называем исключительно по привычке. На самом деле это мастерская с собственным станочным парком и одновременно контора по скупке трофеев. Оборудование здесь, конечно, предельно примитивное, но кое-что изготовить на нем всё-таки можно. Даже небольшой электрогенератор имеется, с приводом от водяного колеса. Ломается, правда, постоянно, но тут уж ничего не поделаешь, собран он кустарно и далеко не из лучших материалов. Что охотники приволокли, то в дело и пошло.
Сам кузнец обитает на втором этаже одного из самых солидных зданий нашей деревни — двухэтажного дома, построенного из сборных железобетонных конструкций. Это сооружение помнит ещё довоенные времена. Строили тогда крепко, а удары тайкунов прошлись по этой местности не столь плотно, как по крупным городам. Полтора века назад наша деревня была небольшим поселком городского типа. Почти вся его территория, кроме узкой полоски, непосредственно прилегающей к реке, сейчас застроена в основном одноэтажными бревенчатыми избами. От довоенных домов там остались лишь оплавленные и растрескавшиеся фундаменты.
Чем именно накрыло поселок, никто из моих односельчан не знает, но к ядерному оружию это явно отношения не имело. Никакого остаточного фона нет, да и сразу после удара не было. Ударная волна тоже оказалась на удивление слабой. Стекла в уцелевших домах, конечно, вынесло, да и крыши кое-где повредило, но в целом пять восьмиквартирных двухэтажек, расположенных в низине у реки, устояли. Правда, до нынешних времен дотянули только три, и теперь в них находятся конторы старосты, шерифа, лавочника и кузнеца. Ну и еще несколько моих односельчан смогли урвать здесь помещения для своей мелкой торговли или небольших мастерских.
Кузнец занимает весь первый подъезд крайней двухэтажки. На первом этаже у него склад и мастерская с наиболее ценными станками, а на втором — жилая квартира и контора, где он принимает у охотников товар. Обычно мне приходится ждать минут сорок или час, пока кузнец соизволит пренебрежительно осмотреть мою добычу и огласить сумму, за которую он готов её выкупить. Сегодня всё не так. Дверь конторы открывается передо мной, когда я еще только вхожу на лестничную площадку второго этажа.
— Здоров ты спать, — вместо приветствия произносит кузнец, глядя куда-то в сторону. — Заходи. Говорят, ты вчера с хорошим уловом вернулся.
— Улов-то неплох, — кривовато усмехаюсь в ответ, — да тяжеловат оказался, еле донёс. Так устал, что утром проснулся с трудом.
— Наслышан о твоих приключениях, — кузнец бросает на меня короткий взгляд и вновь отводит глаза. — Говорят, лихие люди из пришлых тебя на подходе к дому прихватили.
— Было дело, да только шериф мне об этом болтать не велел.
— Это правильно, — кивает кузнец и жестом зовет меня за собой в комнату. — Попусту болтать — оно по жизни вредно. А вот у нас с тобой серьезный разговор будет, но сначала дела. Показывай, что принес.
Посреди комнаты стоит большой стол, на котором лежит изрядных размеров увеличительное стекло, стоят рычажные весы с набором гирек и разложены разные измерительные инструменты. Процедура сдачи товара стандартна и давно отработана. Я по одному выкладываю трофеи на столешницу,
