Читаем без скачивания Ангелы во брони - Сергей Алтынов

– Несколько косноязычен этот Богданов, – заметил Юрий Сергеевич, перехватив первую фотографию из-под самых пальцев генерала Каляева. – О, какие люди! И какой пейзаж!

Прокурорский чиновник деликатно кашлянул, шагнул назад и сделал вид, что углубился в изучение особенностей богдановского почерка. Встревать в вечное противостояние двух силовых ведомств прокурору не хотелось, неприятный опыт на этот счет у него уже имелся.

– Как прокомментируете, Каляев? – полковник бросил фотографию на стол, и тон его теперь был таким, будто не с фээсбэшным начальником он разговаривает, а с блатарем средней крутости.

На фотографии и в самом деле был «интересный пейзаж» и не менее интересные хорошо узнаваемые люди. Лесная местность, в траве штабелями лежат трупы обнаженных молодых людей. Рядом с ними живой и здоровый Александр Геннадьевич Каляев, отдающий жестами указания каким-то хмурым ребятам. На других фотографиях хмурые ребята в камуфляже загружали тела в грузовик-рефрижератор, господина Каляева, правда, рядом с ними уже не было. Всего фотографий было семь.

– Сдайте назад, полковник, – снисходительно сказал Александр Геннадьевич.

– Угрожаете? – даже обрадовался Яковлев.

– Отвечу коротко, – чуть помолчав, по-прежнему снисходительным тоном отозвался Каляев. – Все находящиеся здесь невольно стали причастны к закрытой информации. Думаю, нет смысла продолжать двигаться в этом направлении.

– А по-моему, смысл есть.

– Ну, по-моему, вы, Юрий Сергеевич, здесь и вовсе лишний. Ваша задача искать беглецов. Все!

– Я их… можно сказать, нашел, – ответил Яковлев.

– Что значит – «можно сказать»?

– У вас своя «закрытая информация», у меня своя, – ответил Юрий Сергеевич. – Скажу одно, по реке не очень трудно попасть в одно миленькое богатенькое селение.

В прокурорском кабинете повисла длительная пауза. Прокурорский чиновник по обыкновению не задавал лишних вопросов и на малопонятные фразы не реагировал. И генерал в данную минуту со словами не торопился. «Погибнут заложники, которых я захватил», – именно эта фраза билась сейчас в его мозгу. И кто эти самые заложники, у генерала сомнений практически уже не было.

– Вот что, прокурор! – наконец прервал молчание Александр Геннадьевич. – Наша общая задача – поймать сбежавших преступников. Господин Яковлев может паясничать сколько его душе угодно, обо всем будет доложено в рапорте его министру. Насчет этого, – генерал кивнул на фотографии, – я уже объяснил, закрытая информация, попадающая в закон о гостайне… Сутки надо выждать, а вот завтра… Завтра дадим сигнал, спутаем борьбу с боксом.

– Бокс с борьбой, – поправил Яковлев.

– Так вот, если после этого Богданов даст о себе знать, начнем следственные действия… Ну, и соответствующие мероприятия, не допускающие гибели заложников. В этом случае все и окажется на своих местах.

– Вне всяких сомнений, – кивнул прокурорский чиновник.

Выйдя из стен прокуратуры и не доходя до своей служебной машины, генерал Каляев и полковник Яковлев встали друг против друга так, точно стояли не на асфальте, а на борцовском татами.

– Ну, догадался, где сейчас Богданов и Кизил? – первым задал вопрос полковник Яковлев.

– Догадываюсь, – держа себя в руках, ответил Каляев. – И если ты, Жора, к этому причастен…

– Нет, Каляев, – категорически покачал головой Юрий Сергеевич. – Просто я опер не из последних, не глупее тебя. И взять обоих беглецов могу прямо сейчас. Только ты ведь этого очень не хочешь, так, генерал?

– Торжествуешь? Ну, погоди…

– Я погожу, – кивнул полковник. – Я очень даже погожу! Прямо сейчас пойду, возьму больничный, а сам поеду с племянницами в бадминтон играть. Помнишь такую советскую народную игру? Так вот, – не дав Каляеву ответить, продолжил Юрий Сергеевич, – единственное, что я тебе обещаю, Саня, – это не предпринимать никаких действий. Спасай своих наследниц сам как знаешь. А заодно и себя. Ты ведь сейчас между двух огней. Тебя либо прокуратура схавает, либо Угорь. Впрочем, Угорь тебя в любом случае устранит. Да и семейство твое. Но сутки у тебя, генерал, еще имеются!

Полковник, не прощаясь, сел в свою машину, а Александр Геннадьевич еще долго стоял на тротуаре. Все сказанное сейчас Яковлевым было чистой правдой. Если до Угря дойдет хоть какая-то информация о том, что ему что-то угрожает, он уничтожит всех. У генерала же остались сутки и ноль союзников. Хорошо еще, если негодяй Жора и в самом деле уберется прочь, воланчик гонять. Все-таки не даром, ох не даром получил Александр Геннадьевич генеральские погоны. Достав телефон, Каляев собрался с духом и набрал номер, который хорошо помнил. Звонить же Кате и ее жирному недоумку-мужу генерал пока не будет. Лишние звонки «туда» сейчас не нужны.

Сутки, всего сутки…

– Знаешь, кто это был? – спросила Люба Николая, когда они уже сидели в машине.

– Кто? – переспросил Николай, прижимая платок к разбитой скуле.

– Кизил. Руслан Кизилов.

– Кто?! Это же тот, с которым бежал Максим?! – Николай аж платок выронил. – Ты ничего не путаешь?

Люба в ответ лишь неодобрительно фыркнула.

– Вспомни розыскную ориентировку, – только и сказала она.

– В самом деле… – кивнул Николай, не желая подвергать сомнению Любин профессионализм.

– Я за дверью администратора наблюдала, – продолжила Люба. – Он быстренько так появился. К двери подошел, секунду слушал, потом какой-то хитрой отверткой открыл замок… Все за считаные секунды, заметь… Дальше тебе известно! Хорошо, что я сумела позаимствовать у шахматного офицера булаву.

– Ты его не насовсем приложила? – спросил Николай.

– Он бутылки о свою башку разбивает. По пять штук за раз. Живехонек, сейчас мы его услышим!

С этими словами Люба протянула Водорезову миниатюрные наушники.

– Успела оставить администратору «клопа», ну, прослушивающее устройство, – пояснила женщина, доставая наушники для себя. – Так, кажется, Руслан Владимирович вновь в трезвом уме и здравой памяти…

Водорезов, что называется, весь ушел в слух. В наушниках послышался неожиданно веселый и бодрый голос:

– Что это за ниндзя у тебя гостил?

– А я знаю?

– Он тебя сумел разговорить…

– Не надо, Руслан… Впрочем, откуда ты взялся, Руслан?!

Голос администратора-киллера был удивленным и взволнованным. Он явно знал Руслана Кизилова, но абсолютно не ждал его в данную минуту.

– Я всегда появляюсь в нужное время и в нужном месте. Ты ведь это знаешь, Карп.

Голос у Кизилова был по-прежнему бодрым и подчеркнуто вежливым.

– Чего ты от меня хочешь?

– СИЗО номер шесть, Московская область, двадцать пять км от МКАД. У тебя ведь остались там связи?

– И что?

– Мне нужно туда пройти!

– Куда?

– В тюрягу! И ты мне поможешь! Не задаром, Карп, не трясись.

– Когда?

– Прямо сейчас, Карп.

Некоторое время оба молчали.

– Ладно, Руслан, – выдержав почти целую минуту, согласился Карп.

– Слушай, а кто это такие? – спросил голос Руслана. – Ну, с кем я тут схватился?

– Не знаю… Но очень борзые! И безбашенные. Мужик и баба, дери их мать… Вот только тебя завалить забыли.

– Наверное, они просто добрые.

– Очень.

– Да мне по большому счету твои личные разборки до одного места. Едем в СИЗО!

– Понимаю, Кизил, чувствам, сердцу не прикажешь… Я понимаю, ведь такая женщина…

– Заткнись, мусорила! Еще раз разинешь пасть на эту тему, башку оторву.

Голос Кизилова из вежливого и бодрого в одно мгновение стал по-настоящему страшным. Люба даже невольно вздрогнула.

– Как скажешь, Руслан, – ответил Карп-администратор. – Поехали, чего время терять…

Водорезов снял наушники почти одновременно с Любой. Было ясно, что Руслан и Карпиков покинули кабинет и тронулись в направлении областного следственного изолятора номер шесть.

– Лихо завернул Кизилов, – вздохнула заметно помрачневшая Люба. – Я этого не ожидала. Он и в самом деле решил сыграть собственную партию.

– Едем в СИЗО? – спросил Николай.

– Пожалуй… Нет! – чуть подумав ответила Люба. – Пусть все идет своим путем.

«Такая женщина… Чувствам, сердцу не прикажешь…»

Именно эти слова Карпикова отметил Николай, однако Люба не стала далее продолжать эту тему.

Максим наблюдал за Катей Мятликовой, усердно делая при этом вид, что с интересом изучает дамский глянцевый журнал. Дочка Оля была у себя наверху, примеряя очередной наряд и ожидая продолжения реалити-шоу, Павел Борисович Мятликов находился неподалеку от Максима и тоже имитировал чтение, но, в отличие от Максима, не глянца, а толстой книженции по макроэкономике. Екатерина Александровна была в довольно фривольном наряде, демонстрирующем ее стройные загорелые (благодаря солярию) ноги. Катя делала вид, что расставляет на полке какие-то мелкие сувениры вроде японских нецке.

– Нравлюсь? – спросила вдруг Катя, встретившись взглядом с Максимом.