- Сегодня мы просто показывали нашему новому другу окрестности, - ответил Отаро, - незачем кому-то знать о наших похождениях, до того как мы получим хоть какие-то результаты.
- Хорошо, - с облегчением кивнул Вентис и убежал, надо думать к своей подружке.
- Мы ведь всё это сделали не зря? - Спросил Отаро. - Ты ведь сможешь извлечь из этой штуки пользу?
- Отсюда, - я похлопал по камню, - можно извлечь только информацию. Надеюсь, она будет полезной.
Отаро кивнул и пошёл дальше.
- Я знаю, что поступил правильно, отчего же мне так хреново?! - Резко остановившись, спросил он.
- Если бы ты сейчас был бодр и весел, то я бы понял, что передо мной будущий маньяк - убийца, - улыбнулся я и положил руку ему на плечо. - От совести не спрячешься, такова расплата. Но не бойся, ты это переживёшь, главное сейчас - не раскисай! Кто знает, что ждёт нас в ближайшем будущем!
Я решил не затягивать с обрядом и вознамерился проделать всё сегодняшней ночью. После ужина я сказал Отаро, что мне понадобиться просторная комната и кое-какие мелочи. Мне выделили большую гостиную на втором этаже. Пока её освобождали от мебели, я взобрался на крышу дома и начал громко выкрикивать заклинание, делая определённые пасы руками. Мне нужна была гроза этой ночью. В том, что получится именно гроза, я не был уверен - мне раньше не приходилось использовать Рассерженное Небо, в подобных климатических условиях.
Закончив свои дела на крыше, я поспешил в комнату и углём на полу начал чертить специальную Пентаграмму Познания, которая позволяла увидеть Суть. Она заняла весь центр помещения. По внешнему кругу пентаграммы я расставил десять свечей. Внутренний круг рисовался в зависимости от размера исследуемого предмета и требовал всего пяти свечей.
Подобная магия гораздо лучше давалась мне именно ночью, поэтому, только когда полностью стемнело, я щёлкнул пальцами, заставив зажечься все свечи разом, и разместил камень в самом центре начерченного символа.
Я опустился на колени, распростёр руки над предметом, закрыл глаза и начал читать заклинание. Такие заклинания были довольно длинны и содержали множество слов, о которые можно сломать язык. Отец советовал заучивать их как песни - разбив на куплеты и припевы. Это оказалось довольно просто, так как у песен и заклинаний схожее систематическое строение. Только песни слагают, чтобы их слушали, а заклинания содержат функциональный смысл.
Вскоре разразилась гроза. Хорошая гроза, качественная! Молнии так и сверкали, а от грома дрожали оконные стёкла - атмосфера таинственного ритуала была соблюдена на все сто!
Даже сейчас я не мог отказаться от столь милых моему сердцу эффектов, поддерживающий зловещий антураж моих деяний. Перед кем рисоваться, спрашивается? Кого тут пугать? Что поделаешь - привычка!
Я раскрыл глаза, собрал силы и выдал заключительную часть заклинания. Свечи моментально потухли, а круги и линии пентаграммы засветились призрачным зелёным светом. В этот момент даже гроза утихла. Остались только я и камень, заключённые сиянием пентаграммы в абсолютной темноте. Теперь мне полагалось коснуться камня и познать Суть. Я медлил.
В прошлый раз я использовал Определение Сути больше ста лет назад. Тогда таинственным образом начали умирать члены Верховного Собрания, поддерживающие мои законопроекты. Я углядел в этих смертях магический подтекст и использовал для Определения Сути единственную улику, имевшуюся в моём распоряжении - шапку, которую мой шпион выкрал у человека, крутившегося рядом с последними жертвами. Хочется отметить, что шпион в определении преступника не ошибся - всё-таки королевская агентурная сеть была ночным кошмаром, даже для тех моих недоброжелателей, которые ещё не успели напакостить!
Короче, дотронувшись до шапки, я узнал не только то, что мне было нужно, но и кучу совершенно бесполезной информации, примерно такой, как детские воспоминания преступника или технология производства кожаных головных уборов в мастерской господина Кунца. Под «сутью» в заклинании понималось всё подряд, что может сообщить данный предмет.
Сейчас же я медлил, потому что представил, что именно я могу узнать от осколка камня, на котором годами убивали людей. И всё-таки я положил на него руку. Учти я, что в нём сохранилась хоть частичка магии самого алтаря, то скорее согласился бы на ампутацию головы!
Отаро сидел у камина и немигающим взглядом наблюдал за огнём. Ему было о чём подумать. Вскоре, он отрешённо отметил, что началась обещанная Эзи гроза.
- Ты можешь создать грозу?! Но зачем она тебе нужна? - спросил он несколькими часами ранее.
- Ну… я могу создать не саму грозу, а только определённые условия, при которых она начнётся. А нужна она для атмосферы! Так мне проще сосредоточиться!
- Делай, что хочешь, лишь бы получилось, - разрешил Первый.
Некоторое время спустя, гроза резко закончилась, но Отаро этого не заметил. Неожиданно для себя, он заснул прямо на медвежьей шкуре, разложенной у камина. Долго спать ему, правда, не пришлось - его разбудил Вопль. Это был не просто какой-то там вопль от страха или боли. Это был Вопль во всех смыслах этого слова. Он заставлял голову кружиться, а сердце - леденеть от ужаса.
Отаро моментально определил источник Вопля, но долго боролся с собой за контроль над телом. Когда ему, наконец, удалось подняться, он медленно двинулся к лестнице. Шёл он маленькими шажками, пытаясь сохранить равновесие, будто пол под ногами ходил ходуном. Подъём по лестнице дался Первому особенно тяжело.
Двери в большую гостиную сразу открыть не удалось. Видимо помня об инциденте с Кайрил, Эзи не стал задействовать шуточные фокусы, а наложил какое-то серьёзное запирающее заклинание. Отаро кинулся в комнату колдуна. Там он отыскал почерневший молот и двинулся обратно. По словам Эзи, в молоте ещё оставалась магия и Первый надеялся, что её хватит, чтобы вынести двери.
Отаро хорошо помнил инструкции, данные ему перед тем, как Эзи заперся в гостиной.
- Ни в коем случае не входи в комнату! Это сложный ритуал и его нельзя прерывать! Даже если что-то будет казаться тебе странным, просто не обращай на это внимания! - Предупреждал он.
Непрекращающийся жуткий Вопль показался Отаро совсем не тем «странным» о котором говорил Эзи, хотя бы потому, что на него просто невозможно было не обращать внимания!
Рука дрожала, а перед глазами уже начинало двоиться. Первый встряхнул головой и с размаха ударил меж дверными ручками. Треск на мгновение заглушил Вопль и в кожу эльфа впились сразу несколько острых щепок. Он охнул, но резкая боль помогла ему собраться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
