„Двое людей,” — уточнила жена.
„Да, двое. Один из них ребёнок.”
„Точнее, подросток... Ну и чудеса, Владик! Даже не верится, что ещё вчера мы не подозревали о наших способностях. Словно кто-то навёл на нас чары.”
„Возможно, это был Леопольд.”
„Но зачем ему это понадобилось?”
„Спроси что-нибудь полегче. Пути котов неисповедимы.”
„А пути нашего кота неисповедимы вдвойне.” — С этими словами Инна отошла от окна. — „Они уже рядом... А я не одета!”
„Не беда,” — ответил я. — „Твоя рубашка вполне сойдёт за домашнее платье.” — (Поскольку зеркала поблизости не было, я показал ей, как она выглядит со стороны.) — „Думаю, довольно прилично.”
„В самом деле,” — согласилась жена. — „Просто я судила по тебе.” — И она передала моё изображение.
„Вот чёрт!” — выругался я. — „Вид у меня и впрямь непрезентабельный. Чересчур домашний. Не помешало бы ещё что-нибудь надеть... Ага!”
В два прыжка я оказался возле камина и сорвал с оленьего рога халат.
„Рога в спальне!” — мысленно рассмеялась Инна. — „Очень символично!”
„На что ты намекаешь?”
Не знаю, была ли это её инициатива, или сработала моя буйная фантазия, но факт, что в этот же момент перед моим внутренним взором предстала очень непривлекательная картина: я собственной персоной с ветвистыми рогами на голове.
„Ну-ну, дорогуша, только попробуй!” — (В правой руке меня-рогоносца появилась «кошка-семихвостка»7, и я угрожающе завертел ею в воздухе.)
„Тиран! Рабовладелец!” — возмутилась Инна.
„Никак нет, солнышко моё. Я всего лишь убеждённый сторонник моногамии.”
„Ой ли?!” — промолвила она с насмешкой.
„В самом деле,” — настаивал я. — „С тех пор как мы вместе, у меня даже мысли не возникало, что я могу изменить тебе.”
„Охотно верю. Я же знаю, что тебе повезло — ты встретил меня...”
„Мою принцессу...”
„Конечно. А если бы не встретил? Если бы женился на другой?”
„Ну... не знаю. Честное слово, я просто не представляю, как бы я жил с другой женщиной. Это... это было бы ужасно.”
Инна улыбнулась мне:
„Я тоже люблю тебя, Владик. Я так счастлива, что мы нашли друг друга в этом огромном мире.”
Я нежно обнял жену и собирался поцеловать её, когда в дверь деликатно постучали. Я хотел крикнуть: «Минуточку», но Инна опередила меня.
— Whoel! — произнесла она вслух, а уже мысленно с удивлением добавила: — „Ведь это же значит «подождите»!”
„В самом деле,” — подтвердил я, торопливо надевая халат.
„Но откуда мы знаем?”
„Спроси у Леопольда. Знаем, и всё тут.”
„Однако странно...” — Инна вздохнула. — „Да ну его к чёрту! В последнее время с нами происходит столько странностей, что просто не успеваешь замечать их, не говоря уже о том, чтобы задумываться над ними. Чем понапрасну ломать голову, давай лучше знакомиться со здешними жителями.” — И вслух произнесла:
— Kommez, — что значило «входите».
2
Дверь отворилась, и в спальню вошла полная женщина средних лет, одетая как актриса, играющая роль служанки в историческом фильме о позднем средневековье. Однако держалась она совершенно непринуждённо, без малейшего намёка на игру. С первого взгляда было ясно, что это платье (может, и не всегда такое новенькое и опрятное, как сейчас) её повседневная одежда, и что никакая она не актриса, играющая роль служанки, а самая что ни на есть настоящая служанка.
Сопровождавший её смазливый мальчишка лет четырнадцати был одет как паж. В отличие от женщины, он явно чувствовал себя не в своей тарелке. Наверное, решил я, парень привык к более скромной одежде, а в этом праздничном наряде ему неуютно.
Женщина держала в руках поднос со столовым прибором на две персоны, несколькими продолговатыми блюдцами с разными закусками, а также покрытой пылью бутылкой.
— Рады приветствовать вас в Кэр-Магни, господа, — сказала служанка, низко кланяясь; мальчик молча последовал её примеру. — Покорнейше просим вас к столу.
Обращалась она к нам на каком-то причудливом языке, который гармонично объединял в себе германские, греко-романские и семитические элементы, морфологически оставаясь всё же германским. К своему удивлению я обнаружил, что прекрасно понимаю этот язык и, мало того, могу свободно говорить на нём. Я даже знал, что он называется коруальским, и уже был готов засыпать служанку градом вопросов, но Инна вовремя удержала меня:
„Погоди, не спеши. Это будет невежливо. Коль скоро нас приглашают к столу, то в первую очередь нужно поблагодарить... и принять приглашение — я очень голодна.”
„Я тоже проголодался. Да ещё как!”
„То-то и оно. Сядем за стол, начнём есть и постепенно завяжем разговор. Будем расспрашивать, а не допрашивать.”
Инна всегда была рассудительной девочкой и лучше меня знала, как надлежит вести себя с другими людьми. Поэтому я не стал спорить с ней и сразу принял её план действий, тем более что он был разумен.
— Благодарим вас, — любезно сказала Инна. — Мы охотно позавтракаем... Или пообедаем?
— Уже час пополудни, — ответила служанка, расставляя приборы. — Значит, это будет обед.
Мы ополоснули руки в серебряном тазике с тёплой водой, который принёс мальчишка-паж, и вытерли их белой полотняной салфеткой, переброшенной через его левую руку. Тем временем женщина расставила на столе блюда с закусками и откупорила бутылку, предварительно смахнув с неё пыль.
— Меня зовут Суальда, я служу в этом доме, — представилась она, когда мы устроились за столом. — А это мой внук Шако.
Мальчик снова поклонился, затем, по знаку своей бабки, поставил тазик на пол перед камином и, прежде чем мы успели что-либо ответить, вышел из комнаты.
— Очень мило, — произнесла Инна. — А можно узнать, кто оказывает нам столь радушное гостеприимство?
— Госпожа спрашивает, кто хозяин Кэр-Магни? — уточнила служанка, наполнив хрустальные бокалы рубиновой жидкостью из бутылки.
Я пригубил бокал — в нём было восхитительное красное вино многолетней выдержки. Заметив довольное выражение моего лица, Суальда прокомментировала:
— Урожая 1935-го года Божьего с королевских виноградников, что на острове святого Стефана Ленского... Так вы спрашивали, госпожа...
— Кому принадлежит этот дом, который вы назвали Кэр-Магни? «Magnus» переводится с латыни, как «великий»; «magni» родительный падеж от «magnus». Значит, Кэр-Магни — Дом Великого?
— Прошу прощения, госпожа, но я не знаю латыни, — ответила Суальда. — Вот, попробуйте этот салат, я приготовила его по собственному рецепту. И этот сыр — такой варят только в Толерси, а спросом он пользуется на всех Гранях, даже разбалованные вельможи из Вечного Города готовы платить за него большие деньги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
