Читаем без скачивания Звёздный рубеж - Глен Кук

Пол повернулся. Он посмотрел на тощего, низенького и усталого человечка, на лице которого отпечатались тысячи прожитых лет, а в маленьких черных глазах горели миллионы пережитых агоний. Верно ли он решил? В этих черных глазах горела мука – отсвет зарождающегося безумия.

Грохот потряс основы вселенной.

Снежный пейзаж полыхнул темным, кровавым багрянцем и почти сразу вернулся во мрак.

Лицо Мареску стало пепельным. Он подошел к стене купола и коснулся ее трясущимися пальцами.

– Пол… еще бы немножко, и… Если бы они случайно дестабилизировали испытательное ядро, нас бы выбросило в соседнюю вселенную.

Лицо Нейдермейера тоже побледнело от страха.

– Но ведь ничего не случилось, – выдавил он из себя.

– Все равно это безобразие. Надо же соображать!

Жалость к себе, которую испытывал Мареску, сдуло дыханием ангела смерти.

Он вглядывался в темноту снаружи. Бледный свет ярче подчеркнул глубокие тени. На фоне неподвижных звезд двигалась сияющая точка, разгораясь все ярче.

– Быстро опускаются.

Поверхность Хела полыхнула под фиолетово-белой бурей, поляризованной стеклом купола. Стекло держало световой напор, по внутренней поверхности купола пошли разводы, как от нефти на воде.

– Доктор Нейдермейер? Мистер Мареску? Не могли бы вы уделить мне минуту?

Они повернулись. На сходе с эскалатора стоял майор космической пехоты Готфрид Фейхтмайер. Он был заместителем начальника Службы Безопасности и напоминал бравого вояку, сошедшего с плаката и призывающего вступать в армию. Квинтэссенция космического пехотинца.

– Спорить могу, он уже просыпается в таком виде, – буркнул Мареску себе под нос.

– В чем дело, майор? – спросил Нейдермейер.

– Нам нужна ваша помощь в арсенале. Два устройства для установки на борту.

Мареску стало нехорошо. Бабочки в его желудке надели подкованные ботинки и пустились вприсядку.

– Майор…

– Инструктаж в главной лаборатории через пятнадцать минут, джентльмены. Благодарю вас.

Нейдермейер кивнул. Майор начал спускаться по эскалатору.

– Ну? Они никогда им не воспользуются? – взорвался Мареску. – Ты болван, Пол.

– Может быть, и не воспользуются. Откуда нам знать… Может быть, какие-то полевые испытания.

– Не ври себе. Хватит. Эта проклятая бомба не нуждается ни в каких испытаниях. Я ее уже испытал. Они собираются взорвать чье-то солнце, Пол! – Губы Мареску двигались все быстрее и быстрее, голос поднялся до визга. – Не какую-нибудь звезду, Пол. Солнце, чье-то солнце. Эти проклятые мясники-фашисты собираются взорвать целую солнечную систему.

– Успокойся, Ион.

– Успокойся? Не могу! Не буду! Сколько жизней, Пол? Сколько жизней оборвется из-за хлопушек, которые мы сами дали им в руки? Они обдурили нас! Обвели нас вокруг пальца. Мы, слепые самодовольные идиоты, обманывали сами себя, заставляли себя верить, что до этого никогда не дойдет. Но мы лгали себе. Мы знали. Они всегда используют оружие, каким бы ужасным оно ни было.

Пол не отвечал. Мареску реагировал, не зная всех фактов. И говорил то, о чем думали и о чем молчали все остальные.

Для исследовательского персонала служба на Хеле была сделкой с дьяволом. Ученые продали свою свободу и талант в обмен на неограниченное финансирование любых исследований. Станция была сверхсекретной, но знания, которые на ней создавались, кардинально меняли современную науку. Здесь фонтанировали новые открытия.

Все, чего требовал флот в обмен на вложенные деньги, – это оружие, способное превратить солнце в сверхновую.

Теперь флот это оружие получил. Ученые огляделись по сторонам, обнаружили поблизости несколько дыр Хоукинга, оставшихся от Большего Взрыва, извлекли несколько мегатриллионов кварков из линейного ускорителя, опоясывающего Хел, рассортировали их, запустили на орбиты-оболочки вокруг этих мини-сингулярностей и установили эти ядра на системы доставки. Сама ракета-носитель сгорит еще в короне, но ядро проникнет в сердце звезды, кварковые оболочки схлопнутся, смешивая положительные и отрицательные частицы с освобождением невообразимой энергии, которая зажжет пожар синтеза гелия.

Флот получил оружие. Теперь, судя по всему, и цель для него.

– Что мы сделали, Пол?

– Не знаю. Ион. Помоги нам Бог, если ты прав.

Коридоры были запружены космическими пехотинцами. Мареску выругался:

– Я и не думал, что на станции столько этих мерзавцев. Они что, размножаются здесь? Где все остальные?

Не было обычной беготни научного и технического персонала. Гражданские вообще попадались редко.

В главной лаборатории им велели явиться в арсенал.

Перед красной дверью уже собрались трое гражданских. Директор, однако, была адмиралом Научно-исследовательского управления и только маскировалась под штатскую.

– Что за фарс! – рявкнул ей Мареску. – Две сотни опереточных солдат…

– Придержи язык, Ион, – шепнул Пол. Директор и глазом не моргнула.

– Ты под наблюдением. Ион. Твой язык наживает тебе врагов.

Мареску растерялся. Обычно даже Орлица не огрызалась в ответ на его замечания.

– Что здесь происходит, Катте? – спросил Нейдермейер.

Мареску усмехнулся. Катте Адлер. Орлица Катте. Это было одно из тех метких прозвищ, которые вечно висят за спиной у нелюбимого начальника. У адмирала Адлер были резкие черты лица и нос, здорово смахивавший на клюв, к тому же волосы она всегда зачесывала назад. Никогда еще фамилия так не подходила владельцу.

– Они решили забрать готовую продукцию, Пол. Ты будешь работать с их офицерами по науке. Ион, ты подготовишь программу тестирования для их бортовых компьютеров, – Они собираются его использовать, да? – спросил Мареску.

– Надеюсь, что нет. Мы все на это надеемся, Ион.

– А в Санта Клауса вы тоже верите? – мрачно съязвил Мареску и взглянул на Пола. Нейдермейер хотел верить. Как и весь научный персонал, он был рад проглотить утешительную ложь.

– Корабль приземлился, майор, – доложил лейтенант-пехотинец.

– Понял, спасибо, – ответил Фейхтмайер.

– Пора за дело, – сказала Адлер. – Пол, возьми всех, кто тебе нужен. Ион, ты пойдешь на корабль и посмотришь, с чем будешь иметь дело. Как только напишешь предварительный отчет – сразу ко мне. Йозеф, свяжись с их орудийной командой и выбери из них людей для монтажа систем запуска. Остальное пусть делают ребята из мастерских.

– Нам придется делать все здесь? – спросил Йозеф.

– С нуля. Таков приказ.

– Но…

– Джентльмены, они спешат. Предлагаю вам начать.

– Они спустили с орбиты целый корабль? – спросил Пол. Корабли редко садились на поверхность планет.

– Спустили. Они не хотели терять время, работая на орбите. На это ушел бы лишний месяц.

– Но…

Это было опасно. Команда корабля будет с ног сбиваться, поддерживая равновесие гравитационного поля корабля с полем планеты. Одна ошибка – и корабль разорвет на части.

– В таком режиме работа не должна занять больше двенадцати дней, – подвела итог Адлер. – Если, конечно, ни на что не напоремся. Идем. – Она толкнула красную дверь.

Готовое оружие напоминало грозных, смертоносных акул и ничем не походило на бомбы. На полу арсенала стояли четыре устройства. Каждое из них представляло собой черную иглу: сто метров в длину и десять в диаметре. Они были длиннее, чем шаттл, предназначенный для доставки их на орбиту. Антенны и хоботы зловещего оборонительного оружия выступали на темных шкурах, как редкие кустики на обгоревших склонах.

Это были полностью автоматизированные миниатюрные военные корабли. Место, которое на пилотируемых кораблях должна была занимать команда, было отведено для смертоносной начинки. Это были быстрые и хорошо защищенные снаряды, способные прорваться через мощную оборону.

До сих пор действие оружия исследовалось только в теории, но его создатели были уверены, что оно сработает.

Натягивая на себя рабочий костюм, Нейдермейер шепотом обращался к Мареску, пытаясь убедить его – и себя, – что они готовят устройства всего лишь для полевых испытаний.

– Я уверен, – настаивал он, – что наши доблестные финансисты просто захотели выяснить, что же они получили за свои денежки. Нельзя упрекать их за то, что им хочется попробовать их новую игрушку.

– Ага. Наш герой фон Драхов хочет пострелять навскидку по паре отдаленных звездочек. Так ты считаешь?

– Так.

– Ты дурак, Пол.

В арсенал вошла группа незнакомых людей. Они уставились на четыре черные иглы с явным благоговением и некоторой опаской.

– Который справа – фон Драхов, – шепнул Пол. – Я его помню по головидению. Только он выглядит гораздо старше.

– Немного седины вокруг жабр ему даже к лицу.

Фон Драхов, сохраняя безразличный вид, заговорил с майором и Катте Адлер. Катте повела всю группу вокруг одной из ракет. Унылое выражение лица фон Драхова сменилось некоторым интересом.