Читаем без скачивания Тин (ЛП) - Робинсон Кэндис

Тин открыл рот, чтобы возразить, но Кроу уже вошёл в здание. Дверь с тихим стуком закрылась перед носом Тина. Неужели он и в самом деле думал, что Тин причинит вред Дороти? Да, она бесила его, но чтобы поднять на неё руку? Худшее, что он сделал, так это запугал её, но это было только ради её безопасности. Дерьмо. Почему он вообще беспокоился о её безопасности, когда должен волноваться о своём вознаграждении? Её голова уже должна была пополнить коллекцию голов Ленгвидер. Да, он хотел получить деньги, но Дороти он хотел больше. Он предпочёл бы спасти Дороти, даже если бы ему пришлось бы потерять её в мире смертных.

Чёртово. Его. Сердце.

— Она пошла на Юг, — сказал, появившийся Кроу.

Тин потёр грудь там, где болезненно билось сердце.

— Ты уверен? Твой источник надёжен?

— Не волнуйся, хорошее личико. Я хочу найти её так же, как и ты. Нам нужно многое обсудить с Дороти.

Любая наводка могла быть ложной. Но когда информатор обманывал Тина, он умирал. Проститутки не боялись Кроу и у них не было причин рассказывать ему о Дороти. Он перевёл подозрительный взгляд на бордель. Могли ли они укрывать её?

— Идём? — спросил Кроу.

Тин обернулся и пошёл следом за ним.

— Им нельзя доверять, не проверив.

— Ах, Тин. Научись доверять.

— Это лучше чем доверять всем подряд.

— Уверен? — Кроу сверкнул глазами, под идеально подогнанной маской. — Ты хочешь допросить каждую нимфу и впустую потратить время? Или все-таки, попытаться добраться до неё до того, как она пересчёт границу Юга?

Восток считался опасным, но Юг был ещё хуже, и он понятия не имел, как далеко она зашла.

— Лучше бы тебе быть правым, — буркнул Тин.

Взгляд Кроу стал напряжённым.

— Ты ведь предупредил Дороти о Ленгвидер?

— Конечно, — солгал Тин, чувствуя, как сжалось сердце от вины.

Пересекая территорию Юга, ты будти оказывался в другом мире. Словно его не коснулись разрушения. Жёлтая дорога была целой, даже в деревьях было больше жизни, чем в любой другой части Оз. Даже несмотря на свою жестокость Глинде удалось уберечь эту часть Юга от увядания. Хотя все казалось безопасным, Тин знал, что это не так.

Эта земля таила в себе самую страшную опасность. Дороти понятия не имела о существах, которые здесь рыскали. С её привычкой бросаться к первому встречному была вероятность, что её уже поймали или того хуже. Тин отбросил жуткие мысли.

— Если бы ты был Дороти, — пробубнил Кроу, подходя к розово-золотому указателю, — куда бы ты пошёл?

— Откуда мне знать?

— Ты провел с ней последние несколько дней, это больше на несколько дней, чем я. Какая она? — Кроу почесал затылок. — Она пойдёт в лес или останется на тропе?

Тин прижал костяшки пальцев к глазам и тихо выругался. Если Дороти свернёт с дороги, то им не найти её. Делая вывод из того, что они знали, то она, возможно, ещё находилась на Востоке. Тину хотелось бы сказать Кроу, что для безопасности она осталась бы на дороге, но он не мог сказать этого с уверенностью. Она так хотела найти его, что могла попасть в ловушку хитрого фейри, который скажет ей, что знает короткий путь, или где искать Кроу. Небо! Она ведь ничего не знала, и он был виноват в этом. Он не предупредил её о Ленгвидер.

— Я не знаю, — бросил Тин и беспомощно опустил руки. — Она не верит, что Оз изменился. Вполне вероятно, что она подойдет к гоблину, чтобы спросить дорогу.

Кроу резко обернулся.

— Нет, она не посмеет подойти к чему-то столь мерзкому. Это самоубийство!

Тин развёл руки, как бы говоря: она сделает это, в том то и проблема.

— Почему бы тебе не превратиться в птицу и проверить с воздуха?

Кроу ощетинился.

— Слушай, придурок, если бы я мог стать птицей, неужели ты думаешь, я стал бы терять время? Особенно, когда у Дороти такие проблемы с мозгом.

— Она смертная, они все слишком глупы, — проворчал Тин. Им нужно прибавить шагу. Прочесывание леса сейчас было бессмысленным. — Давай, будем держаться дороги, наткнемся на город, и сможешь расспросить о ней.

Кроу схватил его за локоть и прошипел:

— Дороти не смертная.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Тин вырвался и рассмеялся.

— Я вижу, что в тебе осталось мало здравого смысла. Но, в любом случае, повезло, что тебе удалось сохранять эти капли так долго.

— Она не смертная. И с моим мышлением все нормально, я потратил много времени, чтобы восстановить его. Ты потратил время на то, чтобы ожесточить свое сердце, так же как и Лион похоронил свою уверенность и храбрость.

Слова Кроу больно ударили. Его сердце зачерствело, потому что в мире не осталось ничего, что стоило любви. В первый раз стучащее в груди сердце не принесло ему ничего хорошего. А сейчас… Сейчас он сам все испортил.

Но, что если Кроу прав? Проблема не в проклятье, а в нем самом. Вполне логично, что его сердце снова ожило, ведь впервые за столько времени кто-то заботился о нем. Дороти считала его хорошим и достойным. Она не боялась. Она прикасалась к нему без колебаний. Её не пугал его шрам.

Тин слышал, что любовь сродни магии, возможно, любовь Дороти разбила каменные стены вокруг его сердца. У него перехватило дыхание. Любовь? О чем он только думал? С чего он решил, что Дороти любит его? Она не могла. Разве он достоин любви? Возможно, это только любовь двух друзей? Но ведь дружба может перерасти в нечто иное?

— К черту сердце. Кому оно вообще нужно? — прорычал Тин.

— Ты как никто другой должен ценить бьющееся в груди сердце, Тин, — Кроу пренебрежительно махнул рукой. — Но ты прав. К черту его. Я вижу, что ты беспокоишься о моей дочери, но она заслуживает лучшего, чем ты.

Тин застыл. Его дочь? Но это не возможно, она родилась в человеческом мире с семьёй и большой крысой в роли питомца. Кроу не мог открыть портал и посетить Канзас. Может быть, у него на самом деле, нет разума? Но раньше он никогда не бредил, хотя и Тин не был раньше убийцей.

— Ладно, — медленно сказал Тин. Сейчас он подыграет, но когда они найдут Дороти, он уведёт её подальше от этого сумасшедшего. — Дороти наполовину фейри. Хорошо. Понял. Можем идти дальше?

— Она не на половину фейри, она фейри, — сказал Кроу, проходя мимо Тина.

Нет, они не закончили. Тин шёл за ним по пятам. Дороти не похожа на фейри. Ушки у неё были круглые, скулы низкие, хотя это могло быть унаследовано от матери. Но даже если все это правда — в чем он сомневался, — то как Дороти оказалась в Канзасе? И почему? Кроу был тем, кто обожал детей. Он был терпелив и добр. Он защищал. Он не мог отдать свою дочь, тем более смертным.

— Кто ее мать? — осторожно спросил Тин, не сводя глаз с Пугало.

Кроу запнулся и вместо ответа указал вперёд.

— Там впереди поселение.

Тину не нужны были ответы, он бросился со всех ног в сторону деревни. Она была там. Она должна была быть там. Он был слишком взволнован, чтобы анализировать свои чувства, он хотел только увидеть её, живой. Казалось, он умрёт, если пройдет ещё минута.

Ряды розовых и пурпурных зданий встретили его, когда он ворвался в город. Его руки и ноги дрожали, когда он пнул дверь пекарни. Металлический запах крови ударил в нос, заставив Тина замереть. Казалось, время остановилось в тот момент, когда он заметил обезглавленное тело в углу комнаты.

— Нет, — прошептал он.

Только не Ленгвидер. Только не это. Если Дороти пошла этим путем, то это означало… Желудок Тина болезненно скрутило, он согнулся пополам и прижал руку к животу. Что он наделал? Вёл сюда Дороти, чтобы получить деньги Лиона? Все считали его монстром. Он был им, и даже хуже.

— Город заброшен, — произнес Кроу у него за спиной.

— Ушли не все, — ответил он. Несмотря на то, что он обезглавил сотни фейри, он больше ни секунды не мог смотреть на это тело. Он знал, где сейчас Дороти. Он был уверен. — Здесь была Ленгвидер.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Кроу заглянул в пекарню и тут же отпрянул.

— Это сделала не Ленгвидер.

— А кого ты ещё знаешь, кто забирает головы? — закричал Тин.

Тяжёлый взгляд карих глаз встретился с серебряными глазами Тина. Она оба знали, кто это был. Ленгвидер хвасталась своим драгоценным любовником при каждом удобном случае, и сам Лион казалось гордился тем, что помогал ей в жестоких увлечениях. Кто-кто, а Тин знал об этом не понаслышке. Он сидел за столом напротив Лиона и видел в его глазах искры предвкушение от того, что он вскоре получит голову Дороти.