Читаем без скачивания Афганский полигон - Сергей Кулаков

– Так точно, мэм. Это бумажник Генри Донована, рядового второй транспортной роты. И сомнений нет. А сына он назвал Дэвид. В честь Бэкхема. Говорил, Дэвид Донован хорошо звучит. Счастливый будет…

– Мы проверим ваши показания, – кивнула Эдвардс.

Глаза ее на миг встретились с глазами Романа. Но она сделала вид, что ничего особенного не произошло. Не зря же, в конце концов, они проделали этот путь! Вот, хоть рваный бумажник нашли. Будет что показать по возвращении.

– Идем дальше? – спросил Роман.

– Конечно.

Эдвардс независимо вскинула подбородок и двинулась вперед, заметно ускорив шаг. Ободрились и остальные. Стало понятно, что затеянное странным капитаном предприятие имеет под собой вполне резонное обоснование. Это, конечно, прибавляло опасности походу, но зато и придавало ему смысл. А смысл – это тот стимул, который лучше всего обостряет желание довести начатое до конца.

– Вижу колодец, – крикнул сержант Хук, самый высокорослый в группе.

– Будьте осторожны, – предупредил Роман. – Вход может быть заминирован.

– Разберемся, – проворчал Хук.

Группа подошла к колодцу – круглому отверстию в каменистой земле, диаметром не больше метра. Неподалеку виднелось еще одно такое же отверстие. В пустынных краях вода имеет обыкновение покидать русло реки и уходить под землю. Тогда воду добывали из таких вот колодцев – кяризов. Поверху они тянулись вдоль рек длинными цепочками. Под землей же соединялись друг с другом тоннелями и коридорами. Случалось, подземные галереи простирались на сотни километров, ответвляясь местами в горы, к истокам.

Одна из особенностей войны в Афганистане заключалась в том, что моджахеды отлично знали расположение подземных ходов и успешно использовали их для коротких, неожиданных вылазок. Никогда нельзя было знать заранее, откуда высунется бородатый автоматчик и выпустит рожок в мирно топающих солдат. Отыскать стрелка было делом безнадежным. Для острастки колодцы забрасывали гранатами, иногда предпринимались подземные рейды. Но с тем же успехом немцы искали когда-то партизан в белорусских лесах. Воины Аллаха растворялись в кяризах, как призраки, лишний раз доказывая, что на своей земле они неуязвимы.

Проверив подходы к колодцу, спецназовцы посветили фонариками вниз.

– Глубоко? – спросил Роман.

Он улегся под бархан и закурил, нимало не заботясь тем, что его легкомысленное поведение вызывает неудовольствие Эдвардс. Роман уже понял, что с этой дамочкой они не найдут общего языка, и не собирался подлаживаться под ее неукротимое стремление выполнить задание в самые короткие сроки. Работа «в поле» тем и хороша, что позволяет вольно обходиться со временем, и не было большого греха в том, чтобы по завершении первой фазы операции пяток минут полежать на песочке и расслабить затекшие мышцы.

– Метра четыре, – доложил Маккаферти.

– Внизу песок, – сказал Бигз. – Можно спрыгнуть без веревки.

– Спрыгните, рядовой, – кивнул Роман. – Только вначале сбросьте вниз что-нибудь тяжелое. Если не рванет, валяйте следом.

Спецназовцы начали совещаться. Хук предлагал спуститься по веревке и провести осмотр на месте. Маккаферти и Бигз стояли на том, чтобы сбросить вниз какой-нибудь груз и, если взрыва не последует, прыгать самим.

– Пока ты будешь возиться со своим грузом, капрал, – говорил Хук, разматывая веревку, – я уже буду внизу.

– Но сержант, – возражал Бигз, – а если там под песком мина?

– Рядовой прав, – сказала Эдвардс. – Надо сбросить вниз что-нибудь тяжелое.

– Ну, давайте, ищите тяжелое, – ухмыльнулся Хук. – Только не знаю, где вы его найдете.

Бигз и Маккаферти сняли с себя жилеты-разгрузки, вытащили из них магазины, сняли гранаты и набили все карманы песком.

Взвесили вместе – оказалось маловато.

– Надо и вашу разгрузку присоединить, сержант, – сказал Маккаферти.

– Еще чего! – возмутился Хук. – А если ее разорвет в клочья? Как я потом отчитаюсь перед каптенармусом? Нет уж, я спущусь по веревке и не буду заниматься этой ерундой.

При этом он сердито покосился на лежащего с безразличным видом Романа и снова взялся за свою веревку.

– Погодите, сержант, – остановила его Эдвардс.

Она подошла к Роману.

– Капитан, кажется, проверка колодцев была вашей идеей? – спросила она.

– Ну, моей, – отозвался Роман.

– Значит, вы знали, что возникнут сложности со спуском?

– Догадывался, – улыбнулся Роман, щурясь на солнце.

– Тогда почему вы не сказали, чтобы мы захватили мешок побольше для этого чертового песка?

Впервые Эдвардс обнаруживала какие-то живые чувства. Роману стало интересно. А если зацепить поглубже? Глядишь, человеком запахнет, теплым и похожим на женщину.

– Я бы обошелся без всяких мешков.

– Как, например?

– Да есть разные способы.

– Продемонстрируйте хотя бы один.

– Нет проблем, капитан.

Роман поднялся, подошел к краю колодца.

– Мерзкая дыра, а, Маккаферти?

Капрал широко улыбнулся, дожидаясь, какой же способ применит этот чудаковатый капитан.

– Время уходит, – напомнила Эдвардс.

Роман пожал плечами, взял одну из гранат, кучкой лежащих на земле, выдернул чеку и бросил гранату в колодец.

– Назад! – крикнул он, отскакивая великолепным прыжком за бархан.

Профессионализм победил другие чувства, и все кинулись кто куда.

Глухо бабахнуло, из дыры вырвался сноп рыжей пыли, обсыпал лежащую ближе всех Эдвардс. Она вдавила голову в песок, натянула локти на макушку, смыкая ладони меж хрупких лопаток.

Взрыв был маломощный, только лишь от сброшенной гранаты. Из чего можно было заключить, что мин внизу нет.

– Вставайте, коллега, – сказал Роман, подходя к лежащей в песке Эдвардс. – Путь свободен.

Он протянул руку, обозревая срединную выпуклость повергнутой ниц амазонки. Выпуклость была сравнительно небольшой, но правильной формы и хорошего наполнения. По бокам угадывались трогательные девичьи ямочки. Вот что значит фитнес и грамотная диета.

«Коллега» яростно отряхнулась от песка, руку начисто проигнорировала и пружинисто вскочила на ноги.

– Вы что себе позволяете?!

– А что такое? – удивился Роман.

– Кто вам позволил бросить гранату?!

– Да никто не позволил. Я просто ее бросил.

– По-вашему, это смешно?

– Я не собирался смеяться, капитан, – пожал плечами Роман. – Вы просили разрешить ситуацию, я ее разрешил. По-моему, получилось неплохо.

– А по-моему, вы просто некомпетентны, – швырнула ему в лицо Эдвардс. – По возвращении я буду настаивать на том, чтобы командование отказалось от ваших услуг.

– Как вам будет угодно, коллега.

Роман с интересом смотрел в разгоревшееся лицо капитана Эдвардс. Вот же, какие мы оказывается во гневе привлекательные. И губки запунцовели, и глазки потемнели, и румянец такой славный по щекам разлился. Не узнать девушку.

Эдвардс внезапно что-то поняла. Она осеклась и резко отвернулась, давая понять, что более не намерена тратить эмоции на досадного человека.

– Что дальше, мэм? – спросил Хук.

– Спускаемся.

– Спускаемся, ребята, – донес Хук приказ до своих подчиненных.

Начались приготовления к спуску. Эдвардс деятельно руководила операцией, не глядя на Романа. Другие, солидарничая с разобиженной капитаншей, делали вид, что до чужака им нет никакого дела. Один Маккаферти улыбнулся одобрительно, но и он постарался скрыть свою улыбку от сержанта.

Роман видел: ему дают знать, что в нем не нуждаются. Ну-ну, пусть пока коллега покомандует. Эдвардс поняла, что раз неподалеку найден бумажник Донована, то боевики наверняка воспользовались этим путем для нападения и отхода. Тренированным горцам добежать отсюда до позиций – полчаса ходу. И назад они ушли тем же путем. И уволокли с собой отбитое оружие. Значит, следы его надо искать где-то здесь.

Но тут возникала одна нестыковочка. Вроде бы мелкая такая нестыковочка, но попискивающая довольно-таки звонко. Впрочем, об этом Роман собирался потолковать с «коллегами» чуть позже.

А пока его план воплощался в жизнь. Солнце, упорно висевшее над головой, начало постепенно клониться к закату. Время шло, и это было на руку Роману. Если они подзастрянут тут еще на часок, то будет совсем хорошо. Взрывчик, чай, докатился докуда надо…

Тем временем Бигз повис на краю колодца, держась за руки Маккаферти, и, примерившись, спрыгнул вниз.

– Ну, как там? – спросил сержант Хук.

– Ничего, – крикнул точно из-под ватного одеяла Бигз. – Как в кротовой норе. Давайте сюда.

Следующим наладился лезть сержант Хук.

– Надо бы оставить кого-нибудь сверху, – сказал Роман.

– Для чего? – возразила Эдвардс. – Чтобы его было видно издалека?

– Чтобы мы могли выбраться обратно.

Эдвардс нахмурилась.

Однако в словах этого русского был резон. Колодец неглубок, но без веревки подъем будет затруднителен. А привязать веревку не к чему, кругом один песок.