— Да, — ответил Прокош, приглашая гостя к столу. — Видел бы ты, во что превратилось это место три года назад. Настоящий клоповник. Выкупил за бесценок, а потом трудился не покладая рук.
Найден понимающе кивал с лёгким прищуром. Не покладая рук — заливай-заливай, маг торговли, хитрости и красноречия.
— Выпить хочешь? — Прокош потянулся за позолоченным кувшином.
— Я не пью, — покачал головой Найден.
— Напомни-ка мне, не ты ли ушёл в наёмники на материк? И не пьёшь?
— Нет. Или напомнить тебе о моей богине?
Прокош затряс головой.
— Как хочешь. Так что привело тебя в мои скромные владения?
— Планирую реформу образования.
Маг торговли закашлялся. Молодёжь, торчавшая у двери, переглянулась.
— Хочешь заделаться в парламент?
— Я что, похож на выжившего из ума феодала?
— На феодала — нет. Говорят, они были богаты, особенно краснокаменщики, а по тебе не скажешь, — ответил Прокош, окинув перекинутый через руку плащ Найдена и скомканную шляпу скептическим взглядом. Однако истина, заключённая в словах мага смерти, не ускользнула от его давнего приятеля по академии. — Если я правильно понял, ты хочешь делать из детей убийц?
— Так же, как ты делаешь из мага любви и красоты мошенницу, а из мага страсти и притяжения — вора.
— Нууу, — протянул Прокош, — это другое.
— Отнюдь. Я собираюсь дать магам возможность использовать их способности по назначению. Научить их защищаться и защищать свои земли.
Прокош молча закивал, но маленькие юркие глазки забегали по неопределённой траектории. Маг хитрости искал выгоду для себя.
— И сколько нас… Таких?
— Я, мои сыновья и вы, — Найден обвёл взглядом всех присутствующих. Девушка и парень оживились. Это порадовало. Им хотелось большего, чем могли позволить скупердяи, преданные светлой школе, и большего, чем мог дать им Прокош в своей лавке. — Есть возможность заполучить мага пространства, — он повернулся к Женнивер. — Надеюсь на помощь богини любви.
— Чтобы соблазнить мужика, мне не нужна магия, — сказала Женнивер, походкой чёрной лисы подходя к столу и касаясь тёплыми пальцами подбородка Найдена.
Он сглотнул.
— Нужно не просто соблазнить, а заставить его пойти за тобой.
— Сделаю. Показывай своего мага.
Глаза Женнивер сверкнули истинным интересом, и Найден понял, что Миль, как бы он там ни любил свободу, пропал.
15. Маг встает на защиту слабых
Рута сидела на шкуре и смотрела Кази в глаза, но та вдруг исчезла, а вместо тёплой мрачной пещеры Рута оказалась в заснеженном лесу. Она пробиралась между ветвистыми деревьями, которые цеплялись за платье. Из-за кривого ствола можжевельника вышла мама и потрясла Руту за плечо.
— Нести свет, дочка, помни. Проснись, проснись! — мама пропала, и Рута увидела склонившегося над ней брата.
Кази и Гойка хихикали напротив.
— Твоя магия? Ты пробовала на других?
— На всех нас работает, — сказала Гойка.
— То есть мы могли бы усыпить стражу, — прошептала Рута. — Обычно их четверо.
— Вот только с Иданом я не уверена, что сработает, — сказала Кази.
— Я возьму его на себя.
— Нет, лучше я, — брат принялся разминать кулаки.
— Тебя он просто убьёт, — возразила Рута. — А мне он обещал не причинять вреда.
— Ты ему веришь? Этот парень с самого начала преследовал свои грязные цели. Ему нельзя доверять.
— И всё же Руту он точно не убьёт, — поддержала Кази. — Она ему нравится.
Руту бросило в жар. Тайко сдвинул брови.
— Это ты во сне видела?
— Ой, не нужно быть магом видений, чтобы это заметить.
— Подтверждаю, — отозвался Ель, с ложечки кормивший рысь. Та уже почти поправилась, по словам мага лесов, и теперь набиралась сил.
— Что ты подтверждаешь? — в пещеру проникла кудрявая голова Миля. — Клан умников, выходим. Еда закончилась, а из воздуха её делать пока никто не научился. Неужели среди нас не будет рождён маг еды? Печально! Объявляем состязания по рыбному лову!
Маг пространства растворился так же быстро, как и возник. Но через секунду вернулся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И… Гойка… не подходи к воде, ладно?
Он снова исчез, не успела Гойка кивнуть.
— Кто возьмёт на себя Миля? — запустив пальцы в волосы, спросила Рута. Надо быть осторожнее. Их в любой момент могут подслушать. Где угодно.
— Я, — тряхнув удочкой, ответил Тайко.
— Нам нужно не драться с ними, а тихо уйти.
— Я справлюсь, — вставая со шкуры, заявила Кази. — Удочки у меня нет, так что буду ловить рыбу силой мысли.
— А так можно? — встрепенулась Рута.
— Нет! — захохотала Кази.
— В Речном Доле никогда не было нехватки удочек. Я принесу на всех, — отозвался Ель, напоследок погладив по расчёсанной и уже наполнявшейся блеском шерсти рыси.
Рута, сделав кислую мину, тоже поднялась. Гойка, подскочив, взяла её за руку.
— Если что, я помогу с Милем, — шепнула она.
— Заморозишь его? — Рута выпучила на девочку глаза.
— Да. Не бойся. Смотри, дай палец, — она схватила Руту за палец, и через секунду он онемел, будто его не было, и потерял способность двигаться.
— А это не опасно?
— Рута, ты собираешься бороться и при этом боишься причинить им какой-нибудь вред? — повернувшись в проходе, где ему пришлось пригнуться, спросил Ель.
— Конечно! Светлая магия запрещает причинять вред, ты забыл?
— Но защищаться она не запрещает, — подмигнул Ель и вышел.
— Это не опасно, через какое-то время он будет в порядке, — успокоила Гойка, и они покинули пещеры.
На площадке остались праздно болтаться только двое из клана блондинов и двое из клана сильных. Это называлось дневным караулом.
Народ гурьбой пробирался к ручью, впадающему в маленькое, шагов двадцать в ширину на вид, но глубокое и холодное озерцо. Прозрачная у берегов бирюзовая вода постепенно темнела, в середине превращаясь в бирюзово-чёрную.
Когда Рута с девчонками подошла к ручью, Тайко уже успел поймать рыбу под всеобщие аплодисменты. Громче всех визжала Нара. Она так радовалась, что случайно выпустила из пальцев огонь. Сухая листва под её ногами вспыхнула, все закричали, мальчишки бросились топтать листья.
— Вот это я понимаю, горячая девчонка! — хохотал Миль.
Селма, которая стояла рядом, потянулась к воде, но стоило ей обратить ладони к озеру, как оттуда поднялась волна и окутала её руки. Девушка от неожиданности вскрикнула и попятилась. Вода упала в озеро.
— Маг воды, маг воды! — завопили со всех сторон.
Ошарашенная, Селма снова подошла к воде и осторожно поднесла ладонь. Струя воды устремилась к ней. Народ визжал и свистел от восторга.
Рута села у ручья, скрестив ноги, вытянула над водой руки, но ничего не произошло. Она вздохнула.
— Мне кажется, меня разорвёт от магии. Всё пылает вот здесь, — она ударила себя кулаком в грудь.
В это время к ним сбежал Идан и перескочил на другой берег в узком месте, где ручей протекал между двумя валунами.
— А там весело, что вы тут приуныли? — спросил он на ходу.
— Ничего весёлого, — буркнула Рута и уставилась на воду, чувствуя, как краска ползёт на лицо.
— Сейчас пылает? — спросила Кази, заглядывая ей в лицо. — Это не магия, подруга. Это кое-что другое.
Руту вдруг осенило.
— Кази! — она вскочила на ноги. — Послушай, может быть, ты попробуешь что-нибудь увидеть, а? — она хотела взять подружку за руку, но та отстранилась, как от заразнобольной.
— Рута, пожалуйста, не проси! — чуть ли не вскрикнула Кази.
— Но почему?
— Боюсь увидеть наше будущее. Я только-только начала спать без кошмаров. Не проси меня, Рута, никогда не проси.
Кази пятилась, тряся головой и прижимая руки к груди, а в глазах стоял неподдельный страх. Потом она перепрыгнула через ручей и побежала туда, где Тайко таскал форель, Нара бросалась огнём, а Селма устраивала фонтаны.
Рута добрела до валуна, обошла его и опустилась на землю, прислонившись к нагретому солнцем мшистому камню, спрятавшись от общего веселья и вслушиваясь в себя, не стучится ли где-то внутри её магия, не теплится ли там огонёк её силы?
