Пожалуйста, хватит, - мягко и тихо просит, - Смешно, конечно. Но правда обидно.
Тру переносицу, отворачиваясь. Блять...
Упираю локти в колени и разглядываю свои руки, Гуля рядышком тихо сидит. Молчим.
- Как вообще дела? - примирительно спрашивает после паузы, намекая, что на нейтральную беседу вполне согласна.
А мне вот на хрен это не надо. Внутри кипит глухое раздражение, не видящее выхода. Она мне не подружка, она...
- Тебе с какого именно момента рассказывать? - отзываюсь едко.
Не могу сдержаться и не напомнить ей, что в последний раз мы нормально говорили десять лет назад. Если, конечно, тот разговор можно считать нормальным.
- Просто спросила, можешь не отвечать, - тут же морозится Гулико.
И мне приходится идти на попятную. Это инстинктивно происходит. Я всего лишь не хочу, чтобы Гулька уходила, и потому, сам не замечая, перехватываю её острый локоток и подаюсь ближе, почти касаясь носом пахнущих корицей волос. У неё зрачки мгновенно расширяются, и так хочется верить, что это не от испуга.
- Я не это имел ввиду, Гуль, - сам чувствую, что голос звучит хрипло.
Она слабо дергает рукой, и я отпускаю её локоть. Пытаюсь расслабленно улыбнуться, метаясь взглядом по её порозовевшему лицу.
- Ты про личные дела или про что? - пытаюсь вырулить обратно на разговор.
Сглатывает и отворачивается.
- Ну...- я вижу, как она чуть хмурит брови, собираясь с мыслями, - Насчет личных...Не думала, что разведешься.
Опять быстрый взгляд на меня, румянец ярче. Облизывает губы и продолжает.
- Помнится, ты говорил, что посмотрел на родителей и никогда на это не пойдешь.
Да, было такое. Правда, тогда я имел ввиду тебя, хочется мне ответить. Но я сдерживаюсь и не произношу рвущиеся наружу слова.
Как и следующие про то, что она мне говорила то же самое, но со своим идеальным гандоном- грузином Ломидзе, выбранным матерью, почему-то развелась.
Хотя спросить про это мне дико хочется. Просто на реакцию посмотреть...
Я не знаю причин их скорого развода, могу лишь догадываться, вот только Гулико вряд ли ответит. Так что вслух говорю лишь:
- Это решал не я. Катя сама ушла.
Вижу, как при звуке имени моей бывшей жены у Гули непроизвольно дёргается щека, и это приносит какое-то садистское удовлетворение. Неужели цепляет, а? Могу произнести ещё раз…Ка-а-ат-я-я…
- Почему ушла? – спрашивает Гулико, обрывая мои мысли.
- Так бывает, - пожимаю плечами и срываю травинку, чтобы чем-то руки занять.
- Бывает, но причина нужна, - Гуля тоже находит соломинку, зажимает её между нежных губ.
- Обязательно? – выгибаю бровь.
- Ага, - кивает, улыбнувшись.
- Ну…Её версия, что был равнодушным, уделял недостаточно внимания…
- А твоя?
- А для меня это было полной неожиданностью, - признаюсь, - Может и можно было догадаться, но я как-то…Не думал вообще в ту сторону.
Гуля кивает, начиная рисовать соломинкой на земле.
- Ты не выглядишь убитым горем, - замечает, скользнув по мне изучающим взглядом.
- Я не убит горем.
- Что? Прямо совсем не злишься? – удивленно выгибает бровь.
- Она такого занудного вафла себе нашла, - тру лоб, улыбнувшись, - Я ведь его знаю…Так что будем считать, что я уже отомщен.
- Хочешь сказать, что не похож на тебя? – в черно-шоколадных глазах Гули мелькает озорной свет, который заставляет меня чуть-чуть задержать дыхание.
- Полная противоположность, - бормочу, засмотревшись на неё.
- Хм…- тянет Гулико задумчиво и качается в сторону от меня, увеличивая расстояние между нами, которое почему-то успело сократиться до предельного минимума, - Значит, ее версия верная.
- Это почему же?
- Иначе ты бы сейчас вполне заметно страдал, а она бы искала мужчину, похожего на тебя. Но ты, Лёв, видимо, ее до печенок достал, заставив пойти от противного. Не обижайся, - мягко смеётся, толкая меня плечом в плечо.
Какой там обижаться?! У меня её бархатный смех ласковым эхом так и стоит в ушах. Из-за чего совсем забываюсь.
- А ты искала такого же? – спрашиваю уже про нас.
И разрушаю всю атмосферу. У Гулико мгновенно застывает лицо. Отворачивается, кусая нижнюю губу.
- А ты? – с вызовов бросает через пару секунд.
Сверлим друг друга глазами, на языке крутится столько всего, что в итоге совсем нечего сказать.
- Ладно. Мне пора, - Гулико пытается встать.
Подскакиваю первый, подаю ей руку и поднимаю с земли, хоть она и неохотно принимает помощь от меня.
- Я провожу, - тоном даю понять, что просто ставлю в известность, а не спрашиваю разрешение.
- Не надо, я сама, - снова упирается.
- Надо, пойдем.
Гулико ничего не остается, как, недовольно поджав губы, согласиться. Ну не убежит же она от меня.
16. Гулико
Палки для ходьбы спасают меня не только от видимой хромоты, но и от опасности того, что Лёва, пока провожает меня, возьмёт за руку. Стараюсь идти как можно быстрее, хотя бедро невыносимо колет после упражнений, и боль простреливает до самой икры.
Лёвка рядом, шаг в шаг, так близко, что почти задевает своим крепким предплечьем моё плечо. Прячет руки в карманы серого трико, и то и дело разглядывает меня, чуть склонив голову. Задыхаюсь в буквальном смысле от этих его молчаливых взглядов, слишком уже напоминающих, как он вот так же за мной подростком ходил. Тогда я тихо млела от счастья, а сейчас меня потряхивает из-за гремучей смеси диаметрально противоположных эмоций. Мне уже не четырнадцать, и я точно знаю, что он хочет за своё внимание.
Причем, ещё и озвучил вполне ясно. Видимо, чтобы не было никаких сопливых розовых сомнений.
"Мы взрослые люди...", "это
