(генеральный секретарь), Ж. Робен, Ж. Шарль, Ф. Лакамбр, Ж. Розенталь, Ж.-П. Прево, Р. Тромелен, Ж. Сави, Б. Сеньёр, Ж. Офредо, Ж.-Л. Бресон[108]. Изначально движение не рассматривалось как политическая партия, отказавшись участвовать в избирательных кампаниях, хотя и допускалось двойное членство (в том числе в ФДСЛС, ОСП и др.). «Наши формы действия, – подчеркивал Р. Бюрон, – заключаются в исследованиях и политической педагогике. В последнем пункте «Objectif 1972» старается побудить циркулировать идеи, которые он помогает отобрать, среди мужчин и женщин, которые сами по профессии или характеру продолжают педагогическую деятельность в отношении других: ответственных профсоюзных деятелей, преподавателей, исследователей, руководителей домов молодежи или культуры, кадров, молодых сельскохозяйственных руководителей и т. д.»[109].
Поскольку большинство членов «Objectif 1972» вышли из левого фланга, то вставал вопрос об отношении движения к социализму. Р. Бюрон так пояснял этот аспект: «Сегодня СФИО представляет социал-демократию, доктрина которой вдохновляется необходимостью примирить традиционные якобинские устремления французской левой с уважением парламентской демократии, с одной стороны, и увеличением экономической роли государства, с другой». Но надо стремиться к другому социализму, в котором «господство коллективного интереса признано по отношению к личным интересам, где свободная инициатива и законный поиск прибыли упорядочены относительно высших целей, экономического роста, социального прогресса и полной занятости, человеческого продвижения и демократизации культуры». В таком режиме государственная власть «имеет стратегическую миссию, состоящую в содействии планированию, свободно обсуждаемому в организованных социо-профессиональных кругах (демократия участия), добровольной деятельности, осуществляемой через кредитование, налогообложение, внешнюю торговлю, но также в поощрении исследований и модернизации образования, в том, чтобы вести сегодня нацию, группы объединенных наций к модели цивилизации, больше заботящейся о расцвете человека и его семьи»[110].
В течение нескольких месяцев 1967 г. движение «Objectif 1972» конкретизировало свои позиции, высказываясь по различным вопросам внутренней и внешней политики. Например, во втором номере своего ежемесячника движение выступило за переговоры между Израилем и арабскими странами, потребовало воссоздать основы коллективной безопасности в международных отношениях, подчиненных давлению великих держав, СССР и США, потребовало пересмотреть представительство в ООН с точки зрения разделения мира на регионы[111]. В другом номере выражалась весьма сдержанная позиция относительно вступления Великобритании в ЕЭС[112]. В сфере внутренней политики, например, имела место сдержанная критика политической стратегии Ж. Леканюэ, который фактически принял правила игры, продиктованные де Голлем, как в 1965 г., так и в 1967 г. Его позиция, по словам издания, была политически оправданной, но лишала свободы маневра и создавала кризис доверия в отношениях с избирателями[113]. В феврале 1968 г. «Objectif 1972» одобрило заключение избирательного соглашения между ФДСЛС и ФКП, знаменовавшего «конец великой схизмы»[114].
Хотя движение «Objectif 1972» не участвовало напрямую в событиях Мая 1968 г., тем не менее, они стали темой отдельного номера. Кризис рассматривался как: 1) студенческий бунт против архаичной системы образования; 2) конфликт поколений; 3) стремление реформировать цели и смысл образования, решить вопросы социального продвижения и т. п. События Мая в представлении «Objectif 1972» – это «первый этап поиска путей реализации современного социализма», выражение воли народа идти к социализму, сохраняя свои свободы, увеличение «идеологического смешения», желание трудящихся стать информированными, ответственными гражданами, участвовать в жизни общества[115]. Последующие внешнеполитические события лета 1968 г. дали повод для нового обсуждения отношений французских левых и коммунистов. В «драме Праги» и реформах А. Дубчека сторонники Р. Бюрона увидели пример возможной эволюции коммунизма: установление «внутреннего федерализма» в институтах, либерализацию жизни в стране и внутри компартии, желание создать более эффективную экономическую систему и отказаться от централизованного планирования, утверждение национальной независимости[116].
7-8 декабря 1968 г. прошел II национальный конвент «Objectif 1972». Представлены были в основном левые партии и группы: ОСП, Конвент республиканских институтов, «Союз клубов за обновление левой», «Социалистическая власть» и др. В докладе Ж. Мастиаса, посвященного политическим проблемам, подчеркивалось неприятие голлистской модели общества, но также критиковалась идея по созданию новой левой партии (в связи с чем ставился закономерный вопрос: как быть с остальными партиями?). Ж. Мастиас предложил три гипотезы развития политической ситуации в стране: внезапный уход генерала де Голля, ухудшение социальной и экономической ситуации, президентские выборы. В своем выступлении Р. Бюрон напомнил, что движение создавалось в перспективе 1972 г., должно быть распущено в соответствии с уставом к 1973 г. и к этому времени должно выполнить свою миссию[117].
Однако в апреле 1969 г. после провала референдума об административной реформе и отставки Ш. де Голля движение «Objectif 1972» оказалось в растерянности. В майском номере отмечалось, что впервые с момента основания V Республики «левые кандидаты не имели никакого шанса уравновесить своих естественных противников». Вслед за этим ежемесячник констатировал, что «левые проиграли сражение до того, как вступили в него»[118].
К осени 1969 г. движение оказывается в двусмысленной ситуации. С одной стороны, отмечается падение числа членов и подписчиков одноименной газеты в несколько раз (из-за чего редакция вынуждена была изменить периодичность: новый формат предусматривал выход один раз в два месяца)[119], с другой, активизировались доктринальные дискуссии, уводившие движение в сторону большего теоретизирования. В сентябре 1969 г. Р. Бюрону были представлены разработанные доктринальные предложения. Затем они обсуждались на региональных конвентах движения. 28 февраля 1970 г. секретарь движения Ж. Офредо представил итоговый доклад на III национальном конвенте, который затем лег в основу коллективной книги под руководством Р. Бюрона «Политика для завтрашнего дня. Размышления о другом обществе»[120].
Основные идеи, представленные движением, вращались вокруг проблем, как традиционных, так и новых для христианской демократии. Кроме того, в представленных идеях заметно влияние технократизма, популярного в исследуемый период.
Во-первых, концепция человека, который предстает как индивид и как «социальное существо», опирающееся на «естественные группы» (например, семью). Отсюда классическая христианско-демократическая идея: необходимо освободить человека от внешних принуждений, чтобы ничто не препятствовало его эволюции и расцвету личности[121]. В этом вопросе главное внимание предлагалось уделить «экономическому освобождению» человека. «Завтра, в другом обществе, – отмечалось в книге, – отношения между людьми не будут основываться на эталоне денег, основы любой ценности, то есть на отношениях между торговцами, которые их производят. Придет час, когда будет возможным, наконец, заменить традиционные финансовые счета, еще необходимые сегодня, счетом социальной ценности производства. Решающий шаг будет сделан, чтобы изменить природу экономической системы»[122]. Иными словами, изменение общества пролегает через изменение его экономической системы, что является близким левой идее «разрыва с капитализмом». Позднее Р. Бюрон также писал: «Я уверен, что самые могущественные в техническом и военном отношении цивилизации будут навязывать свои ценности другим. Я убежден, что мир придет к катастрофе. Но так как я не
