И все-таки взгляд ее вновь и вновь возвращался к Гвенвифар и Ланселету и к тому едва различимому свечению, что переливалось и мерцало между ними ореолом жажды, желания и тоски.
В Каэрлеон они прибыли вскорости после заката. Замок стоял на холме, на месте древнего римского форта. Здесь еще сохранились остатки прежней римской каменной кладки - должно быть, во времена римлян место это выглядело примерно так же, подумала про себя Игрейна. В первое мгновение, обнаружив, что на склонах видимо-невидимо шатров и людей, она ошеломленно подумала, уж не осажден ли замок. И тут же поняла, что все это, верно, гости, съехавшиеся полюбоваться на королевскую свадьбу. При виде такой толпы Гвенвифар вновь побледнела и испугалась; Ланселет между тем пытался придать растянувшейся, расхлябанной колонне некое подобие внушительности. Гвенвифар закрыла лицо покрывалом и молча поехала дальше рядом с Игрейной.
- Жалость какая, что все они увидят тебя изнуренной и усталой с дороги, - согласилась с нею королева. - Но гляди-ка, нас встречает сам Артур.
У измученной девушки едва достало сил приподнять голову. Артур, в длинной синей тунике, с мечом в роскошно отделанных алых ножнах у пояса, задержался на мгновение поговорить с Ланселетом, возглавляющим колонну; а затем направился к Игрейне и Гвенвифар: толпа - и пешие, и конные почтительно расступалась перед ним.
Артур поклонился матери.
- Хорошо ли вы доехали, госпожа? - Он поднял взгляд на Гвенвифар, и при виде красоты невесты глаза его изумленно расширились. Игрейна с легкостью читала мысли девушки:
"Да, я красива; Ланселет считает меня красавицей; доволен ли мною лорд мой Артур?"
Артур протянул невесте руку, помогая ей спешиться; девушка покачнулась, и он поспешил поддержать ее.
- Госпожа моя и супруга, добро пожаловать к себе домой и в мой замок. Да будешь ты здесь счастлива; да окажется этот день столь же радостным для тебя, как и для меня.
Щеки Гвенвифар полыхнули алым. Да, Артур весьма пригож собою, яростно внушала себе девушка; как хороши эти светлые волосы, этот серьезный, пристальный взгляд серых глаз... Как непохож он на бесшабашного, веселого сумасброда Ланселета! Да и смотрит он на нее совсем по-другому: Ланселет взирает на нее так, точно она - статуя Пресвятой Девы на алтаре в часовне, а Артур глядит оценивающе и настороженно, словно видит в ней чужую, и не вполне уверен, друг она или враг.
- Благодарю тебя, супруг и господин мой, - отозвалась девушка. - Как видишь, я привезла тебе обещанное приданое: воинов и коней...
- Сколько коней? - быстро переспросил он. И Гвенвифар тут же смешалась. Откуда ей знать про его драгоценных скакунов? И надо ли показывать так ясно, что во всей этой истории со свадьбой он с нетерпением ждал отнюдь не ее, а лошадей? Гвенвифар выпрямилась в полный рост - для женщины она уродилась достаточно высокой, выше даже, чем некоторые мужчины, - и с достоинством промолвила:
- Мне то не ведомо, лорд мой Артур: не я их считала. Спроси своего конюшего: уверена, что лорд Ланселет назовет тебе точное число, вплоть до последней кобылы и последнего молочного жеребенка.
"Ах, молодец девочка!", - подумала про себя Игрейна, видя, как бледные щеки Артура зарумянились от стыда: упрек попал в цель.
- Прошу меня простить, госпожа моя, - покаянно улыбнулся он. Воистину, никто и не ждет, что ты станешь утруждать себя заботами о подобных вещах. Не сомневаюсь, что Ланселет в должный срок обо всем мне расскажет. Я скорее думал о людях, с тобою приехавших; мне подобает приветствовать в них новых подданных, равно как и оказать достойный прием их госпоже и моей королеве. - На мгновение Артур вдруг показался совсем юным - ничуть не старше своих лет. Он оглянулся на толчею вокруг: на людей, коней, повозки, волов и погонщиков, и беспомощно развел руками. - Впрочем, среди всего этого шума и гвалта они меня все равно не услышат. Дозволь же сопроводить тебя к воротам замка. - Завладев рукою невесты, Артур повел ее по дороге, выбирая места посуше. - Боюсь, это древнее жилище покажется тебе довольно унылым. Это - крепость моего отца, но сам я не жил здесь с тех самых пор, как себя помню. Может статься, однажды, если саксы дадут нам передышку, мы подыщем себе дом более подходящий, но пока придется довольствоваться этим.
Артур ввел невесту в ворота; Гвенвифар провела рукою по стене. Крепкая надежная римская кладка; стена высокая, толстая и выглядит так, словно стоит здесь от начала времен; вот здесь можно чувствовать себя в полной безопасности. Девушка любовно провела пальчиком по камню.
- По-моему, здесь на диво красиво. Не сомневаюсь, что здесь безопасно... я хочу сказать, я уверена, что буду здесь счастлива.
- Надеюсь, что так, госпожа... Гвенвифар, - отозвался Артур, впервые назвав невесту по имени... что за странный выговор! Интересно, где он рос, внезапно задумалась про себя девушка. - Я слишком молод, чтобы распоряжаться всем этим... всеми этими людьми и королевствами. И весьма порадуюсь я помощнице. - Голос его дрогнул, словно и Артур тоже испытывал страх, - но чего, ради всего святого, бояться мужчине? - Мой дядя Лот, король Оркнейский, - он женат на сестре моей матери, Моргаузе, - так вот он уверяет, что жена его правит не хуже него, когда он в отлучке - на войне или на совете. Я готов оказать тебе ту же честь, госпожа, и позволить править со мною вместе.
И вновь Гвенвифар затошнило от накатившей паники. Как может он ждать от нее - такого? Разве женщину можно допускать к правлению? Какое ей дело, как поступают эти дикие варвары, эти северные Племена, или их вульгарные жены?
- На такое я не смею и рассчитывать, лорд мой и король, - срывающимся голосом пролепетала она.
- Артур, сын мой, и о чем ты только думаешь? - решительно вмешалась Игрейна. - Невеста вот уже два дня как в дороге, она утомлена и измучена! Не время обсуждать стратегию королевств, пока мы дорожную грязь с башмаков не отряхнули! Прошу тебя, передай нас на попечение своих дворецких, а завтра поговоришь с невестой в свое удовольствие!
А ведь кожа Артура светлее ее собственной, подумала про себя Гвенвифар, видя, как жених ее во второй раз вспыхнул, точно ребенок после выговора.
- Прошу меня простить, матушка, и ты, госпожа моя. - Он махнул рукой, и к гостьям подоспел смуглый, худощавый юноша с лицом, обезображенным шрамом. Шел он с трудом, заметно прихрамывая.
- Мой приемный брат и мой сенешаль Кэй, - представил его Артур. - Кэй, это Гвенвифар, моя госпожа и королева.
Кэй с улыбкой поклонился девушке.
- Я к твоим услугам.
- Как ты сам видишь, - продолжал Артур, - госпожа моя привезла с собою свою меблировку и все свое добро. Госпожа, Кэй в твоем распоряжении: вели ему расставить по местам твои вещи, как сама сочтешь нужным. А пока позвольте мне распрощаться; мне необходимо позаботиться о новоприбывших, о конях и снаряжении. - Артур вновь низко поклонился, и Гвенвифар почудилось, будто в лице его отразилось явное облегчение. Интересно, отчего: он разочарован в невесте или в этом браке его и впрямь интересует лишь приданое, кони и люди, как она и подозревала с самого начала? Что ж, она к этому готова; и все же приятно было бы, если бы ей оказали теплый прием ради нее самой. Гвенвифар с запозданием осознала, что темноволосый юноша со шрамом - Артур назвал его Кэем - терпеливо ожидает ее приказаний. Что ж, Кэй кроток и почтителен; его бояться нечего.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
